просто бумажки, которыми можно развести костëр.
Покрутив бутылку и открыв еë делаю щедрый глоток чтобы немного успокоить нервишки. Вот только решение это оказалось опрометчивым, тяжело выдохнув я выпучил глаза. Горло обожгло и я почувствовал, как по пищеводу потекла обжигающая жидкость. Огх какая хрень ещë и горькая это точно не коньяк, ох мля что-то мне дурно от него.
Закрыв бутылку подхожу к раковине и нагнувшись открыв кран делаю несколько больших глотков прохладной живительной влаги. Вот только от этой живительной влаги мне не стало лучше скорей, наоборот только хуже.
Невольно морщась я побрëл обратно в свою каюту, не знаю, что за чертовщина была в этой бутылке. Но ноги просто отказывались меня слушаться из-за чего меня шатало во все стороны, хотя соображалка ещë отлично работала. Но как бы мне не было плохо, за спиртным я пришëл не просто так. Нужно обработать раны аборигенши и замотать их чистой тряпицей. Если эта особа сдохнет я останусь тут один, чего мне не хочется. Лучше сидеть на одном корабле с бабой, что может меня сожрать, чем сойти сума в одиночестве.
Кое-как добравшись до каюты где сидела, аборигенша я чуть ли не рухнул на кровать с зажатой в руке бутылкой. Ну и хреново же мне было, а я ведь всего один глоток сделал, большой правда, но ведь один.
Оторвав кусок простыни, я начал разрывать его на тканевые полоски, это конечно не стерильные бинты, но лучше, чем ничего. Закончив данное не столь сложное действие, я открыл бутылку приступив обработке ран. Девушка шипела, переходя на рык, но терпела. Что хорошо, потому что нет нет но меня посещала неприятная мысль, что ещë секунда и она вцепится мне в горло.
Это неприятное чувство так достало что я не выдержал и когда закончил с ранами, влил в себя часть содержимого. После чего почувствовав, как алкоголь начинает бить мне по мозгам окончательно осмелел, заставив аборигенку выпить остатки бутылки. Ей алкоголь явно пришёлся не по вкусу. Она начала морщится и похрипывать, сразу видно в первый раз пьëт поило, особенно такое крепкое.
Наблюдая за недовольной девушкой, чувствуя, как начинаю засыпать я только и смог что лечь на кровать по удобней, после чего быстро уснул. Но прежде чем я окунулся в мир морфея в моëм опьянённом мозгу продолжала сидеть мысль что я могу не проснуться после ночи рядом с этой особой.
Глава 5
Ночь и кровь
Аборигенша, утро.
Очнувшись на мягкой лежанке рядом со странным хумом (человеком). Воительница племени острых зубов поднялась, держась одной рукой за голову. Напиток, которым напоил еë этот хум оказался коварным зельем для еë ослабленного тела. Долгое недоедание давало о себе знать, того что ей давал этот хум было слишком мало, чтобы потушить в ней чувство голода.
Непонимающе посмотрев на руки, перемотанные повязками, девушка издала еле слышный рык принюхиваясь к ним. Они пахли еë кровью и чем-то невиданным для неë. Девушка так до конца и не поняла зачем хум это сделал. Переведя взгляд на спящего, воительница племени острых зубов в какой раз подивилась какой слабый, глупый и беспомощный этот хум. Живущий в чреве странного монстра и обладающий удивительными предметами, которых та никогда не видела. Когда она вспомнила вкус еды, что тот ей давал, девушка невольно облизнулась. Нависнув над мужчиной, она высунула свой длинный язык, провела им по его шее и лицу.Еë глаза блеснули, хум был крайне аппетитным.
Вытерев выступившую слюну она отстранилась, оторвав взгляд голодных глаз от спящего, повернувшись в сторону мëртвых тел. Девушка хотела есть, но убивать того, кто не проявлял к ней большой агрессии, не спешила, пусть и она была зла, что тот какое-то время не давал ей свободно двигаться.
Сейчас хума спасало отсутствие меток враждебных племëн. И большое количество всë ещë свежего мяса лежавшее перед ней. Если бы не это вряд ли это смогло остановить девушку. Голод был еë вечным спутником, она была готова на многое, чтобы утолить это мучительное чувство.
Взяв за руки мëртвые тела, девушка поволокла их за собой. Проходя возле убитой ей самки, та отпустила мëртвых и войдя в помещение взяла в руки странный предмет со столь живыми рисунками. Казалось вот-вот и они оживут. Полистав его некоторое время, не скрывая своего любопытства она положила его обратно. Потащив за собой уже три мëртвых тела. Когда же она оказалась на поверхности покинув чрево этого странного монстра, что давил на неë со всех сторон та, дотащив тела до перегородок отпустила тела.
Посмотрев в сторону леса девушка словно хищный зверь втянула ноздрями воздух. Не почуяв запахов, что могли бы нести в себе угрозу та нагнулась и принялась есть. Набивая пустой желудок нежным мясом.
Обглодав лицо девушки, аборигенка сорвала с лежащего перед ней куска мяса преграду, что надавала ей добраться до свежей плоти.
Немного утолив голод, девушка, чувствуя, как сильно зачесались еë руки начала срывать повязки. Смотря как прямо на еë глазах раны начали медленно регенерировать, скоро на теле не останется даже шрамов. Такие царапины для неë были смехотворны, если бы она не была так голодна. Оскалив острые зубы, девушка продолжила свою трапезу, ей нужно много мяса, восстановление тела требовало много еды.
Вскрыв живот жертвы, она запустила внутрь руку, достав печень. Раскрыв свою пасть полную острых зубов девушка с наслаждением съела еë. За печенью последовало сердце. А в конце было главное блюдо, мозг!
Закончив с девушкой воительница острых зубов облизнув окровавленные губы. Наклонившись к остальным втянула ноздрями воздух. Желая уловить сладкий аромат печени остальных хумов. Но вместо сладковатого аромата, она почувствовала лишь гнилостный отталкивающий запах.
Недовольно фыркнув, девушка поднялась, чувствуя, как еë тело наполняет сила. Сжав кулак воительница острых зубов оскалилась, теперь она может вернуться в племя и не с пустыми руками. Закинув на плечи тела мужчин. Та легко спрыгнула с этого странного монстра в чреве которого ей пришлось прожить некоторое время. Выпрямившись девушка побежала в гущу леса обратно в племя.
Некоторое время спустя.
Чувствуя запах гари, девушка неслась в сторону поселения. Но когда она оказалась на границе деревни воительница увидела лишь догорающее пепелище. Пока еë не было кто-то напал на них уничтожив всë. Упав на колени девушка громко завопила в бессильной ярости.
Этот крик не остался незамеченным, раздались голоса со стороны пепелища показалась малочисленная группа тех,
