нравилось! Логично? Наверное. А на деле… Так стремно, будто я больше не чувствую себя в праве. Злиться, волновать его, трясти телесами, когда он уже явно с другой! В конце концов, я сама этого хотела. Я от всей души желала ему счастья, уходя. А теперь, кажется, отдала бы остаток жизни, чтобы не было… не было у него никакого счастья, кроме того, что ему подарю я. — Извини. Извини, мне так плохо… — заплакала и отвернулась, успев поймать некоторое смятение в его взгляде.
— Я принесу тебе свою футболку, и попрошу водителя отвезти, куда скажешь.
Всех сил стоило дождаться его ухода, перед тем как заплакать.
— Вот.
— Постой! — и снова я вскочила. Даже пару шажков умудрилась сделать, перед тем как пол у меня под ногами начал раскачиваться.
— Ну что еще?
— Артур, у меня не было ничего с этим Сомовым. Ты мой единственный, — заревела. — Слышишь? Артур, ты мой единственный! Не злись, пожалуйста. Пожалуйста, умоляю.
Боже мой! Я была такой жалкой… И такой ужасно растерянной. Я совершенно не узнавала его прежнего. Передо мной стоял абсолютно незнакомый мне человек. И тем невероятнее казались мои воспоминания о нашем прошлом.
— На этот счет не переживай, хорошо? Ты мне ничего не должна.
— Но я хочу! Я хочу быть должной, как ты не понимаешь?! Ты не веришь мне, да? Думаешь, я поехала приторговать собой?
Учитывая то, как отстранённо он себя со мной вел, это было, как мне казалось, вполне разумное объяснение. И я вцепилась в него, как в спасательный круг.
— Есения, я не хочу тебя обидеть, но, чтобы между нами не осталось двусмысленности, скажу как есть. Я вообще о тебе не думаю. Но это не означает, что ты не можешь рассчитывать на мою поддержку, если у тебя вдруг возникнут какие-то проблемы из-за случившегося. Беспредельщиков я не люблю, ты, может, в курсе. Так что обращайся к… — на моих глазах Артур деловито постучал по карманам, достал помятую визитку и сунул в руки: — Обращайся к Славе, если вдруг что. Он поможет. Кстати, у него твои вещи. Наверное, будет лучше, если ты его дождешься.
И все. Он разжал мои пальцы, разгладил пятерней рубашку и… ушел. Даже не хлопнув дверью. Я как зачарованная прошла по его остывающим следам. Прислонилась к стене и сползла на пол. Часы на полке показывали десятый час. При желании я могла еще успеть на репетицию, но… От мысли, что я увижу тех, кто вчера был со мной на этом «празднике жизни», начинало мутить. Я не понимала, как они с этим жили… Я ругала себя за то, что поддалась на уговоры, что поверила в сказочку о простом, ни к чему не обязывающем знакомстве. Потому что если все до крайности упростить, выходило, будто я променяла любовь лучшего из мужчин на… грязь. А он ничего. Он, как и следовало ожидать, будь я чуть-чуть умнее, просто переступил через нее и пошел дальше… Благородно, не тая злобы, как и подобает настоящему мужику.
Тихие всхлипы очень скоро переросли в вой. Истерика выкрутила регулятор головной боли на максимум. С этим нужно было что-то делать. Найти таблетки… Если они есть. И привести себя в порядок перед встречей с этим… Славой, который, я это еще по своей прошлой жизни помнила, не очень меня любил. Но стоило мне попытаться встать, как мир перед глазами резко закружился. Я замерла, стоя на четвереньках. Сделала несколько глубоких вдохов, и… меня стало выворачивать прямо на паркет. В этой унизительной ситуации меня и застали.
— Так меня еще не приветствовали, — резюмировал Слава, смерив меня презрительным взглядом. Я открыла рот, чтобы как-то с ним объясниться. И может быть, даже выдавила бы из себя что-то по случаю, если бы не отключилась.
От автора: друзья, кто не понял — события в книге излагаются не линейно. Фактически три последних части возвращают нас к прологу. Но в то же время, конечно, и настоящее, и прошлое описывается последовательно. Такой прием выбран мной для того, чтобы светлое и темное время в книге чередовалось, давая читателю отдохнуть от накала эмоций. Ну и чтобы вы не забыли в процессе выкладки, почему герой вел себя так, а не иначе))
Глава 7.1
Чуть более чем за год до основных событий
— Здравствуйте, — пробормотала еще раз, не придумав ничего лучше.
— Здравствуй.
Вершинин смотрел прямо, не мигая. Но разобрать, что там, на дне его глаз прячется, было невозможно. Ни единой подсказки, как действовать дальше. И что ему говорить. Вернуться-то я вернулась, а дальше?
— У меня сегодня был смотр, — выдала, страшно смутившись.
— Да, я видел, — уголки губ Артура дрогнули, обозначив намек на улыбку. И это немного меня ободрило: его улыбка и короткий вопрос, который, как показалось, подтверждал то, что я все-таки не зря к нему подошла: — И как?
— Это смотря с какой стороны посмотреть, — я закатила глаза, стараясь выглядеть максимально непринуждённо. — Нога еще деревянная, но… — сделала короткую паузу. — Здесь не такие высокие требования, как в столице, так что меня приняли в труппу.
— Поздравляю, Есения. Думаю, нашему театру это пойдет на пользу. А что касается ноги, — взгляд Вершинина прошелся вниз по моему телу, — то я не заметил ничего такого. Порхала как всегда.
То ли от комплимента, то ли от того, как он смотрел, внутри потеплело. Кровь бросилась к щекам и… омыла низ живота. Удивленная своей реакцией, я заправила за ухо выбившуюся из узла прядь и не без усилия над собой опять подняла глаза.
— Спасибо. Мне достался хороший партнер.
А глаза-то у него теплые, хоть и серые. С золотистыми вкраплениями на радужке, сгущающимися ближе к зрачку. Цвета штормового моря в робких отблесках света, с трудом пробившегося сквозь тучи. Что-то не понравилось ему в моих словах… Что? Даже страшно было представить. Не мог же он меня ревновать, ну правда.
— Сегодня обещали переменную облачность. Как думаете, стоит ждать солнца? — неловко сменила тему.
— Обязательно. Ты где остановилась? Тебя подбросить?
— Нет. Что вы. Я планирую отмечать… — улыбнулась я и, бог его знает откуда взяв смелость, добавила: — Составите мне компанию? Я угощаю.
Какое-то время он молча внимательно меня рассматривал, а я ругала себя за то, что поставила нас обоих в неловкое положение. В конце концов, поблагодарить Вершинина за участие в моей судьбе можно было и здесь. Так и сказать: «Спасибо, Артур Станиславович, все это в моей жизни происходит исключительно благодаря вам, я
