— А тебя сильно пугает то, что я могу сделать, Милтон?
— Мы уже знаем, на что ты способна! — рявкнул он, воинственно поднимая подбородок. — И если ты надеешься снова пустить в ход свое… очарование, чтобы договориться с Трентом, то ты безусловно недооцениваешь этого человека.
У Дороти было ощущение, будто Милтон дал ей пощечину. Что ж, сама напросилась. Она распрямила плечи и посмотрела ему прямо в глаза.
— Знаешь, он будет не первым, в ком я ошиблась.
Шелдон с облегчением вздохнул, когда массажистка принялась за его плечи. Казалось, под опытными руками Мисси мышцы обретают былую силу и эластичность. Он слегка повернулся, устраиваясь поудобнее. Ему необходим массаж, чтобы расслабиться. Всю прошедшую неделю он испытывал невероятное напряжение, так что в конце концов ему стало казаться, что все тело деревенеет.
Он и сам не понимал, что с ним происходит. Из головы не шли мысли о Дэвиде и зеленоглазой Дороти Джексон. Раньше, когда он не знал ее, решение отобрать у нее своего племянника представлялось ему единственно верным. Теперь в глубине души он понимал, что не сможет нанести ей такой жестокий удар. И кроме того… кроме того, приходилось признаться, что она нужна ему не меньше, чем Дэвид. Всю неделю он лихорадочно придумывал способ заполучить их обоих. Трудность состояла еще и в том, что он не мог обратиться за помощью к Шону, который, несомненно, не одобрил бы его замысел. Лишь сегодня ему, кажется, удалось сообразить, как все уладить, и оставалось только ждать…
Массажистка прекрасно знала свое дело. Ее пальцы в одну секунду находили узел и разминали его с такой силой, что Шелдон еле терпел боль. Но эта боль позволяла ему отвлечься от бесконечной тирады Шона, который говорил и говорил как заведенный.
Шелдон закрыл глаза, стараясь не вслушиваться в слова друга, — тот иногда перегибал палку. Все, что он мог сказать, уже было сказано, и сейчас повторялся, волнуясь из-за того, что Шелдон никак не реагирует на его доводы. Однако слова Шона проникали в его сознание и временами больно кололи.
— Не могу поверить, что ты это сделал! — негодовал адвокат. — Мне не следовало давать тебе ее адрес. Как ты мог! Как ты мог!
Мисси, закончив массировать плечи Шелдона, принялась за его руки. А Шон продолжал возмущаться.
— Скажи мне, Холден, — не выдержал Трент, — давно ты стал таким занудой?
Наступила тишина. Лишь спустя минуту Шон ответил:
— Не знаю. А ты давно стал таким негодяем?
Руки Мисси на миг застыли: она явно ожидала бурной развязки, но все обошлось. Профессионально делая вид, что ничего не видит и не слышит, Мисси продолжила ритмично массировать клиента. Шелдон, приподнявшись на локте, вскинул брови и посмотрел на друга.
— Негодяем? Тебе не кажется, старина, что ты превращаешь все в трагедию? Что я сделал, по-твоему? Думаешь, я приковал Дороти Джексон к кровати и жестоко изнасиловал?
Шон покраснел.
— Я знаю, что ты сделал. Знаю от ее адвокатов.
— Ах так? Ну что ж, тогда тебе должно быть известно: все, что произошло с Дороти в ту ночь, случилось по ее собственной воле.
— Вздор! По собственной воле… Ты что, не знал, сколько она выпила в тот вечер?
— Надеюсь, она не собирается использовать это в качестве аргумента в свою защиту, — с циничной ухмылкой заметил Шелдон.
— Кроме того, она ведь даже не подозревала, кто ты на самом деле.
— Тем хуже для нее!
— Проклятье, Шелдон! Мы не в суде, и я могу сейчас сказать тебе, что это был отвратительный трюк. Дешевый и бессердечный. По правде говоря, как адвокат, я считаю это обманом. Ты поставил перед собой цель любым путем завлечь ее в постель, чтобы, занявшись с ней любовью…
— О Господи, повторяю тебе в сотый раз: мы не занимались любовью.
Шелдон вздохнул и снова лег. Какой смысл доказывать, что у него и в мыслях не было заманивать Дороти Джексон в постель. Он даже не думал провожать ее домой. Просто отправился на этот дурацкий аукцион только для того, чтобы взглянуть на нее, может быть, немного поговорить — словом, разведать ситуацию перед началом атаки.
Если уж быть точным, то он не готовил ей западню, а сам попал в нее. Достаточно было заглянуть в ее таинственно мерцающие зеленые глаза. Или увидеть, как достойно она держалась после того, как мерзавец Милтон поступил с ней непорядочно. Да, он не устоял перед соблазном, но ведь и ее томило желание. Ни один нормальный мужчина не мог бы устоять перед этим… Но Шон никогда этому не поверит. Шелдон и сам едва в это верил…
— В любом случае, — сказал Шон, — если дело дойдет до суда, я не собираюсь выступать с обвинениями в безнравственности. Если хочешь выстрелить именно этой пулей, тебе придется поискать другого адвоката.
Шелдон ничего не ответил. Мисси укрыла его полотенцем и начала массировать ноги. Он лежал совершенно спокойно, не подавая виду, как уязвило его заявление друга. Шелдон вовсе не собирался поднимать на суде вопрос о моральном облике Дороти.
Разговоры об этом начали ее адвокаты. Они понимали, какую серьезную ошибку совершила их клиентка, и поэтому не теряли времени даром. Нанятый ими агент уже действовал в Нью-Гэмпшире, собирая любые слухи, дискредитирующие его. Это было понятно, но что случилось с Шоном? Вот уже десять лет он был адвокатом Шелдона. И только сегодня, впервые за все это время, пригрозил ему отказом от дела. Что же в зеленоглазой Дороти побуждало мужчин совершать безумства?
— Не волнуйся, — наконец произнес Шелдон, — до этого дело не дойдет.
— Нет? — Шон поднялся и нервно зашагал по роскошному номеру гостиницы, затем остановился у массажного стола. — Откуда такая уверенность? Вряд ли она уступит в этом деле. Ты мне говорил, что не пройдет и недели, как она сама явится к тебе. Начинать наступление раньше ты не собираешься, так ведь?
Шелдон кивнул.
— Все верно, но неделя истекает завтра.
Шон забарабанил пальцами по столу.
— Очень скоро нам нужно будет что-то предпринимать. Уже одиннадцатый час. Не думаю, что Дороти в обход всех своих адвокатов явится сейчас сюда, чтобы вести длительные ночные переговоры с голым мужчиной.
Стоило ему это сказать, как в дверь громко постучали. Руки Мисси застыли на бедре Шелдона. Шон уставился на дверь, будто ожидая увидеть на пороге привидение.
Шелдон рассмеялся.
— Посмотрим, Шон. Впредь не будешь таким самоуверенным.
5
Дороти долго не решалась постучать. Несколько секунд она стояла перед дверью, собирая все свое мужество. Наконец подняла руку и стукнула в дверь кулаком. Удар прозвучал сердито и требовательно. Второй раз она постучалась тише, будто извиняясь за допущенную грубость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
