внимания гулей? — спросил Франс. — Пока я не уведу их за собой, вы можете подождать в соседней комнате.
— Слушай, ты сейчас в своём уме или до сих пор под действием беса? — поинтересовался я.
— На данный момент бес не контролирует тело, — слегка обижено, произнёс Франс. — Задуманное мной, это непросто благородный факт самопожертвования. Как бы ни хотелось мне это признавать, но способность беса передвигаться по отвесным поверхностям будет очень полезна.
— А ты уверен, что тебя не переклинит и ты не начнёшь биться со всей этой толпой?
— Ты прав, действия беса иногда идут вразрез с логикой нормального человека, но при стопроцентных шансах проиграть он не станет вступать в бой.
— В принципе, если ты уверен, что сможешь оторваться, можем попробовать, — подержал я идею одержимого.
— Франс, я и раньше знал что ты псих, но думал это влияние беса, а теперь вижу у тебя и без него с головой не всё в порядке, — сказал Ларс.
— Просто в отличие от некоторых, Франс обладает таким качеством, как смелость, — вступилась за одержимого Эрика.
— Смелость не для нас. Осторожность, вот главная черта настоящего вора, — возразил Ларс.
— Хватит спорить. Если не у кого больше предложений нет, идём прятаться в комнату, — пресёк спор я.
* * *
Франс Верманд, родившийся в богатой семье и с детства не знавший что такое нужда, никогда не был смельчаком.
Отец Франса занимался торговыми перевозками между столицей и заставами, которые располагались на границе тёмных земель. Твари регулярно пытались продвинуться внутрь королевства, но встречая на своём пути хорошо защищённые укрепления, оседали трофеями у местных пограничников. Алхимики охотно скупали внутренние органы обитателей тёмных земель, бронники приобретали шкуры и кости, из хорошо сохранившихся тел делали чучела для богатых вельмож.
Франс постигал торговую науку, рассчитывая продолжить дело отца. Хорошее образование, постоянные балы, где так удобно обсуждать с равными себе рост цен на печень тролля, развили в нём острый ум и лёгкое пренебрежение к воякам. Пока воины, рискуя своими жизнями добывали трофеи, семья Вермандов в комфортном кабинете, перепродавая их, увеличивало своё и так немаленькое состояние.
Всё было хорошо, Отец уже начал подыскивать сыну невесту из магов, для того чтобы их дети смогли ещё больше возвеличить семью Вермандов. Франсу отдали курировать дела в одной из застав, а вместе с этим и всю прибыль которую она приносила.
Беззаботная жизнь закончилась, когда люди из тайной канцелярии забрали отца в застенки. Оказалось, что помимо разрёшенных товаров, при помощи караванов, в столицу ввозили и те части тел тёмных тварей, которые были строго запрещены и оттого так ценились на теневом рынке. Следствие было быстрым и уже через неделю на главной площади можно было увидеть главу семьи Вермандов, болтающимся в петле. Все их имущество отошло королевству, а мать, не выдержав свалившегося на них несчастья, покончила с собой.
Франс остался один. Скромный счёт в банке позволил на некоторое время не думать о еде и жильё, но изрядно сковывал запросы привыкшего жить в роскоши парня. Он пытался встретиться с бывшими друзьями, знакомыми отца, но везде получал лишь отговорки о загруженном графике. Единственный кто удостоил его аудиенции был Дагфин Эсбен, мерзкий старикашка, как когда-то думал Франс. Он постоянно критиковал молодое поколение, заявляя, что без состояния их отцов из себя они ничего не представляют и если убрать у них деньги, то получишь обычную напыщенную пустышку неспособную заработать даже на еду. Дагфин и объяснил, что с таким пятном на репутации с ним не то, что торговые дела иметь не будут, ему даже работу жалкого счетовода не предложат.
Деньги заканчивались, на работу во всех торговых домах его не брали, тогда-то Франс и решил отправиться в храм, средств как раз хватало, чтобы безбедно прожить до дня инициации. Он никогда не думал над обретением класса, понимая что храм отправит его на десять лет в тёмные земли, но судьба решила иначе, сделав его тем о ком он с таким пренебрежением высказывался на светских вечерах.
Как только он сошёл с портальной площадки, ощутил присутствие чужеродной сущности. Знакомство с бесом началось с того, что он начал уговаривать Франса размозжить голову стоящему рядом парня. С огромным воодушевлением он рассказывал, как можно принести случайной жертве как можно больше страданий. Попытки заткнуть внутренний голос ни к чему не привели, бес проигнорировал просьбы, приказы, мольбы.
Когда в зал ворвалась огромная псина и худой лысый парень, светя синими наколками по всему телу, убил тварь за два удара, Франс понял, что без отряда хороших соратников он вряд ли продержится здесь десять лет, не с его воспитанием и пренебрежением к боевому искусству. Видя, как на того же парня напал гоблин, он понял что это его шанс. Франс ринулся на зеленокожего, хотел достать нож, но рукоятка обожгла ладонь, в голове раздался возмущённый крик беса, а дальше тело перестало повиноваться. Последующие события он воспринимал с трудом, как сбивает гоблина с ног, как впивается в шею зубами, разгрызая податливую кожу, слыша, как хрипит и захлёбывается его жертва. Франс пришёл в себя, стоя над телом убитого им противника, чувствуя во рту стальной привкус крови.
Чужой голос не сразу пробился в его сознание. Когда же до Франса дошло, что с ним заговорил тот самый парень, так ловко разобравшийся с ворвавшийся в зал собакой, он решил — это его шанс обрести союзника. Рик оказался весьма приятным собеседником, конечно в его речах сквозили нотки сарказма по отношению к собеседнику, но он решил пропустить их мимо ушей. Когда же оказалось, что лысый парень уже состоит в отряде, Франс решил ухватить предоставленный ему шанс. Напроситься в команду было несложно, навыки истинного торговца помогли не заметить слабые намёки о том, что ему могут быть не рады.
Знакомясь с командой, Франс пытался произвести положительное впечатление. Боялся, что при виде заляпанного кровью подбородка и воротника последуют неудобные вопросы, но к счастью всё прошло хорошо, и его приняли в группу.
Весь дальнейший путь Франс пытался договориться с бесом. Он понимал, что группа вряд ли оценит садистские наклонности его нового сожителя, но всё чего удалось добиться, это запретить ему нападать на членов отряда.
Надежды на то, что Франсу удастся сдержать беса во время очередной схватки не оправдались. Сидя на табуретке, он смотрел на превращённую им голову рыцаря смерти в безобразное месиво, а тошнотворное ощущение во рту казалось, будет преследовать его вечно.
Когда Рик заявил что им нужно серьёзно поговорить, Франс запаниковал. Он
