театральные костюмы этой труппы ежегодно тратится значительная сумма, в которую те, кто посещают спектакли, не вносят ни единой копейки», – пишет в 1735 году Карл Рейнгольд Берк, шведский ученый, посетивший новую русскую столицу [Феррацци 2008: 67].
При этом правила поведения были строгими, и опоздавшие зрители не допускались в зрительный зал. Придворная публика выглядела изумительно и соперничала друг с другом в великолепии нарядов. Англичанка Элизабет Джатис, работавшая гувернанткой в доме английского купца, жившего в Петербурге, пишет:
Одеяния знати – как мужчин, так и дам – очень богаты. Некоторые дамы были в бархате, и большинство имели на отделке платьев крупные жемчужины. На других были гладкие силезские шелка, отделанные испанскими кружевами. Мужчины обычно носили бархат, расшитый золотом и серебром, каковым умением русские знамениты, как знамениты показной пышностью и парадностью. Думаю, что в этом русский двор невозможно превзойти [Феррацци 2008: 69].
Педрилло / Пьетро Миро – царский шут и посланец
Любимый шут Анны Иоанновны, по прозвищу Педрилло, приехал в Россию из Венеции в 1732 году, предположительно в составе второй итальянской труппы, как скрипач-виртуоз Пьетро Миро. Судя по финансовым документам, Пьетро Миро был одним из ведущих музыкантов в труппе, поскольку его жалованье было значительно выше, чем у остальных музыкантов (которые получали около 500 рублей или меньше) и составляло 700 рублей в год [Старикова 1995: 217] В России Пьетро Миро улыбнулась фортуна, а талант его расцвел благодаря покровительству Анны Иоанновны и ее щедрым подаркам. В различных документах Миро значился как скрипач, певец, композитор, шут,
1 Важно уточнить, что русские музыканты получали в четыре раза меньше итальянских.
знаток искусства и посланец императрицы, которого в 1734 году уполномочили набрать в Италии новую труппу. Миро был известен в России как шут Педрилло или Петрилло – этимология этого прозвища не совсем ясна. Музеру, изучавшему архивные документы XVIII и XIX веков, удалось установить, что Пьетро Миро родился недалеко от Неаполя в семье скульптора Адвьяджо Педрилло, и вполне вероятно, что его прозвище было попросту фамилией [Mooser 1948:69]. Всеволодский-Гернгросс считает, что Педрилло все-таки было прозвищем: «Среди скрипачей был еще некий Пьетро Миро, по прозвищу Петрилло. Попав к русскому двору, он вскоре променял свою профессию на место шута при Императрице» [Всеволодский-Гернгросс 1913: 14].
Поняв, что Анна Иоанновна выделяет его среди других артистов, Пьетро Миро стал вживаться в новые роли – любимого шута и доверенного лица Ее величества. Уцелевшие документы указывают на то, что Пьетро Миро был скрипачом-виртуозом, композитором, а также отличался исключительным остроумием[8]. Одно из уцелевших музыкальных сочинений Миро, которыми он развлекал царицу, «Забавные штуки для скрипочки, сочинение известного шута Педрилло», свидетельствует о великолепной технике, которая позволяла ему выделывать всевозможные музыкальные фокусы [Mooser 1948:106]. Миро участвовал и в представлениях комедии дель арте наряду со знаменитыми Антонио и Ниной Сакки. Одно из таких арлекинизированных представлений с его участием называлось «Комедия о рождении Арлекина» [Старикова 1995: 276]. Пьетро Миро был артистом-универсалом, разносторонние таланты позволили ему создать легендарный образ любимого шута императрицы, который смог соединить итальянскую комедию с русской шутовской традицией.
Еще во времена Петра I придворные шуты занимали привилегированное положение, совмещая шутовскую роль с ролью государственного деятеля. Многие русские шуты принадлежали к старинным аристократическим родам и считали свою роль не унизительной, а почетной[9]. В 1734 году Анна Иоанновна назначила шута Педрилло своим посланцем, поручив ему нанять в Италии постоянную труппу для выступлений в Санкт-Петербурге. Судя по всему, императрица полностью доверяла художественному вкусу Педрилло, его интуиции и деловым качествам и не сомневалась, что он успешно выполнит ее поручение. Музер предполагает, что русский двор снабдил Педрилло солидными финансовыми ресурсами, поскольку ему удалось привлечь в Россию третью итальянскую труппу, состоявшую из ведущих итальянских певцов, танцоров, комедиантов, композиторов, театральных художников и техников сцены. В составе этой третьей труппы была также одна из лучших в Италии трупп комедии дель арте.
Успешно завершив порученную ему миссию и привезя в Россию третью итальянскую труппу, Миро вскоре осознал, что, несмотря на желание императрицы видеть при дворе лучших итальянских актеров и музыкантов, ее собственный вкус не отличается особой утонченностью. В часы дневного отдыха Анна Иоанновна предпочитала слышать грубые или неприличные шутки, и комедийный талант Пьетро Миро, его игра на скрипке с уморительными гримасами заставляли царицу хохотать до слез [Анисимов 2002:87-100]. Итальянскому шуту удавалось превзойти знаменитого русского шута Балакирева и португальского еврея, шута Дакоста, служивших в это время при дворе.
Пьетро Миро не только сумел с успехом соединить итальянское и русское шутовство, но и стер грани между представлением и жизнью, вовлекая придворных в свою игру. Один дошедший до нас эпизод описывает находчивость шута Педрилло, его прекрасное знание русских традиций и обычаев и умение взаимодействовать с русскими придворными. Всеволодский-Гернгросс подробно описывает этот эпизод, отмечая, что благодаря этой истории Педрилло заработал свои первые 10 000 рублей:
Известное в России обыкновение класть роженицам на зубок деньги. Есть-ли знатная Госпожа, то по меньшей мере надобно подарить ее червонцом, и за то целуют роженицу. Некогда Курляндский герцог, шутя сказал Педрилле, будто он женат на козе. Педрилло ответствовал ему с ниским поклоном, правда, и что жена его скоро родит, и он приемлет смелость просить Ея Величество со всем двором посетить роженицу, и уповает, что ему не мало нанесут подарков, для порядочного воспитания своих детей. Сия шутка ему посчастливила. В назначенный день положили его в театре на постеле и подле его козу; по поднятии занавесы все увидели Педриллу лежащаго с женою своею на постеле. Императрица пожаловала ему свой подарок; почему и каждый Ея Двора дать должен был роженице [Всеволодский-Гернгросс 1913: 14–15].
За девять лет службы в России Пьетро Миро удалось заработать солидное состояние.
Большинство ученых сходится во мнении, что генеалогия Петрушки тесно связана с образом шута Педрилло [Смирнова 1963: 28]. Всеволодский-Гернгросс утверждает, что такие имена, как Петруха, Петруха-Фарнос, Фарное, также были именами популярного шута, посыпавшего лицо мукой (по-итальянски farina) во время выступлений. Образ знаменитого шута Педрилло был запечатлен и в русских народных картинках. На одной из картинок Педрилло изображен в польском костюме со скрипкой в руках. Подпись воспроизводит его выходной монолог:
Здравствуйте, почтенные господа,
Я приехал к вам музыкант сюда.
Не дивитесь на мою рожу,
Что я имею у себя не очень пригожу.
А зовут меня молодца Петруха Фарнос,
