Читаем без скачивания Артур и месть Урдалака - Люк Бессон

Арчибальд смотрит на настенные часы с боем. Большая стрелка, подрагивающая в такт храпу Маргариты, ухитряется показывать еще и время. Даже если предположить, что она на пару минут ошибается, полночь все равно наступит очень скоро – через четверть часа с минутами. До урочного часа, когда лунный луч упадет на линзу подзорной трубы и откроет проход в страну минипутов, остается пятнадцать минут.

Арчибальд размышляет. Разумеется, Маргарита извлекла на свет весомые аргументы. Она права: для таких путешествий надо иметь крепкое здоровье, а он уже далеко не молод. С другой стороны, прослыть трусом среди минипутов было бы ужасно. А прослыть предателем в глазах собственного внука еще ужасней. Но даже если оставить в стороне рассуждения о доверии и предательстве, вдруг минипуты действительно в опасности?

Неужели он так и останется дома и до утра будет слушать громкий храп жены, звучащий то глухо, то с присвистом?

На миг Арчибальд замирает, затаив дыхание, а потом набирает в грудь побольше воздуха. Разумеется, он стерпит эти звуки. Вот уже тридцать лет, как он терпит их каждую ночь, и если даже сегодня ночь не такая, как обычно, она все равно когда-нибудь кончится. «А завтра настанет новый день», – устраиваясь под одеялом, подводит итог своим размышлениям Арчибальд. Уж если спать под громкий храп, то хотя бы с удобствами.

Но так уж заведено: стоит тебе принять решение, которое судьба сама долго и упорно тебе втолковывала, как капризница фортуна тотчас меняет свое желание и посылает тебе знак, столкнувшись с которым ты понимаешь, что решение твое никуда не годится. Так, например, когда долго раздумываешь, стоит ли принять душ, и, наконец, являешься в ванную комнату, оказывается, что горячую воду отключили. Поэтому именно в ту минуту, когда Арчибальд уютно устроился под одеялом, раздается частая барабанная дробь. Или, если угодно, чечетка, исполняемая стадом буйволов. А проще говоря, яростный стук в дверь.

Арчибальд подскакивает в постели, а Маргарита нежно улыбается. Так как у нее в ушах беруши, то звуки буйволиной чечетки кажутся ей нежным легким постукиванием.

Под предлогом, что Арчибальд слишком громко храпит и своим храпом будит ее, она уже две недели подряд закладывает на ночь уши берушами.

А ее супруг, ни при каких обстоятельствах не забывающий о куртуазном* отношении к женщине, не решается сказать ей, что по ночам она просыпается исключительно от собственного храпа. Но куртуазность еще никогда не оказывалась лишней. И сейчас Арчибальд с радостью возносит хвалы чудесным маленьким берушам. Благодаря им он сможет спокойно, не вдаваясь в лишние объяснения, удрать из дома.

Быстро, насколько это возможно в его возрасте, он вскакивает с кровати, но впопыхах никак не может попасть ногами в войлочные тапочки. Наконец, выиграв поединок с тапочками, он шлепает в коридор. Стук в дверь по-прежнему сильный, однако удары стали более редкими: стучащий стал уставать.

Арчибальд завязывает халат и вцепляется в перила, чтобы не полететь с лестницы. Когда очень спешишь, это случается.

Добравшись до входной двери, дедушка, даже не подумав взглянуть в маленькое окошко, выходящее на крыльцо, и полюбопытствовать, кто это явился к ним среди ночи, тотчас отодвигает задвижку. Дверь распахивается, и в дом врывается Артур.

– Артур?! – восклицает Арчибальд, уставившись округлившимися от изумления глазами на мальчугана, который, согнувшись пополам, пытается отдышаться после долгого бега.

– Зачем ты вернулся? Где твои родители? И где, черт побери, машина? – забрасывает внука вопросами встревоженный дед.

Артур не отвечает, стараясь втянуть в себя как можно больше свежего воздуха. Схватив внука за плечи, дедушка пытается удержать его в вертикальном положении, чтобы тот мог поскорее отдышаться.

– Что случилось? Вы попали в аварию? Где это произошло? – тревожно вопрошает Арчибальд.

– Нет, просто я сбежал! – с усилием выговаривает мальчик.

– Как это – сбежал?!

От изумления, а главное, сознавая весь ужас последствий поступка внука, старик замирает, не в силах закрыть даже рот, только что издавший вопрос и восклицание одновременно. С открытым ртом и безвольно опущенными руками Арчибальд отдаленно напоминает соляной столп.

– Дедушка, у нас очень мало времени! Луч вот-вот появится! – тормошит деда Артур, свидетельствуя тем самым, что если дыхания ему порой и не хватает, то идей у него, как всегда, хоть отбавляй.

Арчибальда поражает упорство этого маленького человечка. Как ни крути, внук – точная его копия. У него такая же белокурая головка, какая была в детстве у Арчибальда, он так же упрям и полон фантазий. Арчибальд до сих пор помнит о том путешествии, которое он совершил, когда ему было всего десять лет. Отец Арчибальда подарил сыну золотую рыбку, выигранную на деревенском празднике. Посаженная в узкий стакан, рыбка билась в стекло, постепенно меняя свой яркий золотой цвет на унылый серо-зеленый. Ничто не могло сделать юного Арчибальда более несчастным, чем созерцание мучений бедной рыбки. Поэтому ничего удивительного, что он решил выпустить рыбку на волю, то есть в море. Пересадив рыбку в банку с крышкой, чтобы не расплескать по дороге воду, маленький Арчибальд добрался до побережья, где его, в конце концов, отыскали жандармы, сообщившие родителям о его местонахождении. Ни родители, ни жандармы ни за что не хотели верить, что ребенок сам, добровольно, прошел сто тридцать километров, отделявших его дом от моря. Все были уверены, что у него был сообщник, который увез мальчика из дома. Но Арчибальду было всего десять лет, и никто из его друзей не мог иметь ни водительских прав, ни тем более автомобиля. Отец, разумеется, устроил Арчибальду нагоняй, но мальчик не обратил на это никакого внимания. Единственной его заботой было добиться ответа на вопрос: сумела ли рыбка, которая, по словам ярмарочного фокусника, была родом из Китая, найти дорогу домой? Поэтому вполне понятно, почему в маленьком Артуре дедушка видит маленького Арчибальда.

– Дедушка! Спать будешь потом! – мальчик окончательно пришел в себя и теперь изо всех сил тормошит деда. – Давай скорее неси подзорную трубу, а я пойду разбужу воинов матассалаи!

И, не дожидаясь ответа старика, Артур выскакивает на крыльцо, сбегает по ступенькам и, не снижая скорости, по хорошо знакомой тропинке мчится в лес. Пара-другая минут – он уже скрылся за деревьями.

Растерявшись от такого напора, Арчибальд, несколько минут назад еще нежившийся в мягкой постели, топчется на месте, словно крот, потерявший дорогу, а потом, шлепая тапочками, трусит по лестнице в кабинет.

Артуру не приходится долго бежать. Выскочив на поляну, он сталкивается с пятью воинами в полном боевом облачении. Все пятеро идут ему навстречу.

– Откуда вы узнали, что я вернулся? – удивленно спрашивает Артур.

– Ночь тихая, а ты, когда бежишь, сопишь, словно кабан, продирающийся сквозь бурелом. Тебя слышно за десять километров! – уточняет вождь, направляясь к подножию большого дуба.

Арчибальд осторожно ходит по кабинету, стараясь ненароком не наступить на проложенную по полу железную дорогу. Наткнувшись на стопку книг, он поднимает ее и сваливает на письменный стол. Потом кряхтя становится на четвереньки, вытаскивает спрятанный под радиатором тяжелый чемодан и извлекает из него подзорную трубу, необходимую для перехода в мир минипутов.

Бонго-матассалаи уже развернули свой знаменитый пятиугольный ковер. Каждый из воинов встает на один из его углов. Прибегает запыхавшийся Арчибальд с подзорной трубой. Артур сдвигает с места фигурку гнома, сидящего по обыкновению у подножия большого дуба, и Арчибальд, установив треногу, быстро направляет объектив в яму, которую только что прикрывал собой гном. Все готово для исполнения ритуала перехода.

Проверив настройку объектива, дедушка смотрит на часы.

– Ровно полночь! – сообщает он.

Арчибальд страшно горд, что исполнил задание точно в срок.

Все лица устремляются к небу. Теперь надо дождаться лунного луча, который, проникнув в подзорную трубу, откроет проход в страну минипутов. Но на небе, где только что не было ни пятнышка, вдруг появляется огромное облако. Оно напоминает гигантского кота, пушистого и ленивого. Кот сладко потягивается, не обращая внимания на тявканье пса за окном.

Артур с отчаянием всматривается в ночь. Он уверен, что, если это чертово облако сейчас не уйдет, произойдет непоправимая катастрофа. На карту поставлена судьба целого народа. Судьба минипутов решается здесь и сейчас, у подножия старого дуба, и решает ее толстое кучевое облако, играющее с ними, как кошка с мышью. Краем глаза Артур смотрит на вождя. Но лицо вождя матассалаи непроницаемо, словно раковина устрицы, пролежавшая двадцать два часа на солнце. Невозможно догадаться, какие чувства обуревают сейчас высоченного вождя. Значит, еще целых шестьдесят секунд мальчику придется переживать в одиночку. Целую минуту, такую долгую, что за это время он смог бы рассказать всю свою жизнь, да еще в шестидесяти главах.