приобрести боеголовки в новообразованной Российской Федерации и теперь спешило вывезти ценный груз через территорию Эстонии, что вызывало куда меньше подозрений, чем прямая поставка. Ведь боеприпасы покупались не у правительства, а у проворовавшихся военных. Ошиблись скандинавские дельцы в одном — разведка США к тому моменту уже очень плотно курировала процессы на территории бывшего главного противника. О сделке стало известно в Пентагоне и генерал Линдон Джеффриз, курирующий соответствующий отдел спецопераций, приказал не допустить попадания столь опасных предметов в руки на тот момент ещё независимой Швеции.
Времени до поставки оставалось мало, и американцы не успели придумать и осуществить ничего более умного, чем попытка захвата груза в море. По случаю, совсем неподалёку проходили манёвры объединённого флота НАТО и на перехват вышедшего в свой последний рейс парома отправился патрульный катер «Айленд» с отрядом морской пехоты армии США на борту.
На самом пароме действовал отряд диверсантов, уничтоживших крепления визора — огромной откидной рампы в носу судна, через которую в трюм заезжали автомобили. Через неё не только было легче перегрузить «товар», но и мотивировалось исчезновение всех ненужных свидетелей. Затонуть, даже и с дырой от сброшенного визора, огромное судно не могло, ведь дыра получалась достаточно высоко от ватерлинии, да, к тому же, паром изначально проектировался с возможностью противостояния именно такой аварии.
Чего не учли, да и не могли учесть стратеги, так это банального случая, помноженного на не самую высокую подготовку лишь по случаю оказавшихся под рукой моряков. Набежавшая штормовая волна бросила как раз готовившийся принять первый из контейнеров «Айленд» на правый борт парома, и нос катера прошил не слишком прочную обшивку гражданского судна как картон. Получивший в дополнение к имеющейся от потери визора ещё одну огромную дыру в брюхе паром начал быстро тонуть, и американцы поспешили убраться восвояси.
О состоянии, в котором оказался груз не мог знать никто, поднимать паром, да и вообще приближаться к месту его гибели могло быть смертельно опасно, и правительства Швеции, Эстонии и Финляндии сделали всё возможное, чтобы навсегда забыть о злополучном судне, его грузе и обстоятельствах их гибели.
Но забыли не все. В тот день, когда гости мистера Сэвила наслаждались устроенным им хозяином «аэрошоу» дайверы подняли и погрузили на траулер первый контейнер со спецбоеприпасом. Величайшая в истории провокация вошла в кульминационную фазу.
Бой
Огромная поляна посреди бескрайнего лесного массива полна народа. Грандиозный музыкальный фестиваль «Рок фест Белоруссия» собрал несколько тысяч поклонников всемирно известных белорусских рок-музыкантов. Люди приехали сюда не только изо всех концов Великой, Малой и Белой России, но и из стран дальнего зарубежья. На краю поляны разбит огромный палаточный лагерь, в котором разместились те, кому по каким-то причинам неудобно ездить из Островцов.
Некоторую пикантность обстановке придаёт небольшая группа норвежских эко-активистов. Эти официально явились на фестиваль для проведения протестной акции с требованием срочного демонтажа находящейся совсем рядом с главной площадкой фестиваля законсервированной Беларусской Атомной станции.
Правда, протестная акция не удалась: весёлая русская молодёжь поотнимала у заморских гостей плакаты, сунула взамен уже открытые бутылки с горячительным, и вскоре почти все норвежцы влились в общую массу беспечно отдыхающих, наслаждающихся отличным летним днём людей. Несколько оставшихся молодчиков уныло стояли на краю поля с плакатами, но на них не обращали внимания даже специально приехавшие снимать «массовые протесты» журналисты европейских и американских медиа-холдингов.
Акулы пера быстро поняли, насколько жалко смотрится убогая кучка оставшихся от массовки фриков, и теперь задумчиво стояли у сваленных в небрежную кучу поломанных плакатов и транспарантов, гадая, что бы такое предпринять, чтобы дать в эфир заранее проплаченную картинку. В конце концов, журналисты решили снимать всё подряд в надежде на счастливый случай и льющееся рекой горячительное.
К полудню зной достиг такого уровня, что организаторы прервали выступления. На поле организовали раздачу воды и горячей пищи из полевых кухонь, толпа разбилась на группки по интересам, начались игры. Однако к пяти вечера поляна вновь наполнилась. С минуты на минуту на сцену должны были подняться главные герои дня: группа «Грёзы Донкихота». К тому моменту, когда дошло до главного хита этого лета, толпа уже просто неистовствовала, и не замечала ничего вокруг. Тысячи глоток в едином порыве орали:
Жизни половину я
Прожил, чтоб отчаяться!
Песня лебединая
В сердце не кончается!
Что я с этим сделаю?
Сердце непокорное
Любит лебедь белую
С головою чёрною!
Во всеобщем безумии, охватившем толпу, никто не заметил появления на горизонте двух групп самолётов, устремившихся к поляне. Концерт прервался только тогда, когда шальная очередь из крупнокалиберного пулемёта прошлась по сцене, раздробив ударную установку и лишь чудом не задев никого из музыкантов. Вот тут уже телевизионщики получили такую картинку, о которой можно было только мечтать!
И впрямь — в небе кружили аж семь явно военных самолётов, демонстрируя чудеса пилотажа! В центре боя летела очень красивая двухмоторная машина, а вокруг неё сплелись в клубке боя шесть истребителей: три длинноносых серебристых МиГа и столько же «Спитфайров». Рёв авиационных моторов заглушил все звуки, толпа замерла в изумлении, в ней началось стихийное движение: самые боязливые стали оттягиваться к опушке леса, другие, напротив, устремились к центру поля.
И никто не думал о том, что в воздухе решалось будущее не только присутствующих, но и ещё как минимум двадцати миллионов человек. Правду о происходящем, да и то не всю, знали только трое пилотов МиГов. Для остальных всё это было лишь жестокой, опасной, но игрой, о которой все слышали, а вот теперь сподобились наблюдать воочию.
Вылетели в три часа дня. По полётной легенде шёл 1941 год, и машины должны были соответствовать. Мы выбрали себе истребители МиГ-1. На первый взгляд такой выбор может показаться странным, ведь даже в отечественной авиации имелись и Як-1 и ЛАГГ-1. И это не говоря вполне достойных французких, американских и английских машинах. Подобный выбор был бы более логичен, ведь сопровождать нам предстояло американский «Бостон» А-20. Но вердикт был единогласен — МиГ и только МиГ.
И тому были вполне конкретные причины. МиГ многократно охаяли авторы многочисленных книг и фильмов про войну. Истребитель, на который
