Читаем без скачивания Diamond Dust (СИ) - "mari.kvin"

— Спасибо, но… я попробую сам, — с улыбкой ответил Джек.

— Ты можешь рассказать, если какие-то трудности. Вместе все решим.

— Ссоры еще будут, не будешь же ты вечно нас мирить.

— Тоже верно, — признал Лиам. — Ты ей не изменял, надеюсь?

— Нет, конечно!

— Ладно, — согласился Лиам. — Я в душ уже пойду. Но просто, чтобы ты не расслаблялся, — дойдя ближе к Джеку, продолжил он. — Серьезно обидишь Мел, сделаешь ей больно — я тебе врежу, как только узнаю. А как сильно — зависит от тяжести нанесения физических и моральных страданий, — более грозно произнес он, смотря Джеку в глаза. Джек кивнул, Лиам негромко рассмеялся и шутливо ударил Джека кулаком в грудь. — В качестве профилактики, — насмешливо пояснил он. — А теперь точно в душ. Мне уже самому от своего запаха плохо.

Когда Лиам прошел коридор, то увидел, что Джек так и стоял растерянно на месте.

***

Время шло, Амелия прокручивала в голове диалог с Адамом и поняла одну не очень утешительную для себя вещь — он не озвучил время ожидания. К тому же, учитывая, что она понятия не имела, что он вкладывал в свое «разберусь с машиной», то и предположить о том, сколько его ждать, есть ли вообще смысл еще делать это, было проблематично.

Амелия продолжала пить воду, направилась в том направлении, куда он пошел, но не могла найти за что зацепиться для принятия дальнейшего решения. Клочок цивилизации, на котором она была, оказался единственным. Дальше виднелась только природа, слышался звук проезжающих машин, и ничего не напоминало место, где можно раздобыть машину.

— Хоть попутку лови, — раздраженно произнесла Амелия. — Только попутку куда?

Амелия чувствовала, что хотела в душ, хотела более легкую одежду, что-то на голову, чтобы солнце так не припекало, что хотела получить ответы на свои вопросы.

Звук подъезжающего автомобиля заставил ее обернуться. Седан Opel Astra синего цвета остановился рядом с ней, пассажирская дверь открылась.

— Я где тебя ждать просил?

Амелия услышала голос Адама и немного выдохнула. Он тут, за рулем, значит, все шло по плану. Только садясь в салон, Амелия поняла, что за чувством радости не заметила более поникший голос Адама, который звучал слабее, чем она слышала ранее.

— Тебя несколько часов не было, — в свою защиту сказала Амелия.

— И что ты решила сделать? Бродить по незнакомой местности? Я если бы я с другой стороны ехал? Искали бы друг друга, как идиоты?

— Я…

— Еще в школе учат, что если ты потерялся, то надо оставаться на месте, — раздраженнее произнес Адам. — И тем более на том месте, где тебя просили ждать.

Амелия хотела ответить, сказать, что запаниковала, что ей надо было делать что-то, а не сидеть на месте, что он мог бы и предупредить, что его ожидание могло затянуться, избавив ее от лишнего переживания, но на полу салона она заметила салфетки, испачканные кровью, разорванные упаковки бинтов и пластыря, аптечку, которая лежала между сидениями.

— Что случилось?

Амелия уже смотрела на Адама: песок и грязь на лице, в волосах, на одежде, красные костяшки на руке, которую он держал на руле, след от крови на спине в области лопаток и на сиденье.

— Ты как эту машину получил?

— Установим правила, — игнорируя все вопросы, сказал Адам. — Первое: чем меньше ты задаешь вопросов, тем лучше. Второе: если ты все-таки что-то спрашиваешь, не жди, что я буду на все отвечать. Третье: если я говорю, что меня надо где-то ждать, что надо тихо сидеть или любая подобная инструкция, ты просто это делаешь. Без вопросов, без самодеятельности, без всякой хуйни. Поняла?

Амелия заметила, что тон Адама изменился, стал более устало-раздраженным. Словно придя домой после тяжелого рабочего дня, ему приходится объяснять кому-то простые истины, сдерживая порыв просто накричать или ударить чем-то тяжелым.

И умом Амелия понимала, что лучше промолчать. Ситуация, растормошенная аптечка, настроение Адама просто кричали, что сейчас не лучшее время, чтобы возражать, ругаться, но эмоции настигли, а промолчать не получилось:

— Знаешь что? Тебе легко говорить! Это не тебя выдернули из привычной жизни, продержали в заложниках несколько дней и свалили информацию, что половина самых близких мне людей… использовали рабский труд? Платили… не тому, кому следовало. Еще какая-то чертовщина, которую я еще до конца не поняла? Ты, может, и привык похищать людей, менять машины, засекать слежки, но я нет. Я поехала с тобой и ни на что не возражала. И уж прости, что просидев несколько часов не пойми где, не зная, нормально ли что тебя нет все это время, решила осмотреться, — заметила, что Адам обернулся к ней. — Я поняла тебя, но и ты не будь таким козлом, пожалуйста.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мне и так страшно

Амелия успела остановить свой словесный поток, не озвучивая последнее предложение. Адам снова отвернулся. Амелии почему-то показалось, что звук ее голоса сейчас доставлял его голове, куда больше вреда, чем он показывал.

— Ты ведь можешь управлять машиной, не угробив нас?

— Не волнуйся, — кинул Адам. — Никто тебя не угробит.

Пока они ехали, Амелия успела съесть свой салат, выпила почти всю бутылку воды. Больше они не разговаривали. Амелия перестала пытаться отгадывать место по пейзажу за окном и почти задремала, когда начало темнеть.

Почувствовав к плечу прикосновение, Амелия нехотя открыла глаза. Было уже достаточно темно, горело несколько фонарей, в которых виднелись здания. На одном из них горела неоновая вывеска «есть места».

— Переночуем здесь, — кратко пояснил Адам.

Номер в мотеле оказался лучше, чем Амелия ожидала. И хоть выбор цвета стен оставлял у нее вопросы, наличие двух кроватей и ванной комнаты радовали. Амелия кинула пакет с покупками на одну из них и пошла проверять ванную: душевая кабина, напоминающая душ в школьных раздевалках, раковина, зеркало, запачканное брызгами, толчок. Все выглядело слишком использованным, слегка негигиеничным, но лучше это, чем ничего. В конце концов, под ноги в душ можно было что-то постелить, а к толчку необязательно прикасаться, как дома.

Когда Амелия вышла обратно в комнату, то увидела, что Адам стоял уже без футболки спиной к ней. В области лопаток была повязка, пропитанная кровью. Кровотечение дошло уже до резинки джинс, образовывая собой несколько струй.

— Это выглядит плохо, — констатировала Амелия.

— Это будет выглядеть еще хуже, если не зашить.

Амелия услышала ответ, посмотрела на вещи, которые Адам доставал из сумки. Через несколько секунд он протянул ей антисептик для рук.

— Промывать раны умеешь?

— Да, — неуверенно ответила Амелия, забирая антисептик.

— Хорошо. Тогда помой руки с ним, промой рану, а потом тебе придется ее зашить.

— Мне?

— Сам я не дотянусь при всем желании.

— Я не умею…

— Я и не ждал от тебя умения.

— Но…

— Мне либо кровью истекать и подцепить какую-то заразу, либо дать тебе штопать меня.

— Еще можно обратиться в травмпункт, где тебе окажут квалифицированную помощь.

— Не рисковать же из-за такой херни, — спокойно ответил Адам, сел на кровать. Амелия продолжала смотреть на него, не веря, что он действительно просит о подобном ее. — Давай не бойся, я все тебе объясню по ходу действия, — мягче добавил он.

========== X. ==========

Адам лежал на животе, буравя одну из стен взглядом из-за отсутствия чего-то достойного внимания. Рана на спине неприятно ныла. Порой Адам поглядывал на сумку, в которой лежали таблетки обезболивающего, но решил их не трогать, оставить на что-то более серьезное, но антибиотики принял после дороги, соприкосновения раны с грязной одеждой и землей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ложкой снег мешая,

Ночь идет большая,

Что же ты, глупышка, не спишь?

Неожиданно для себя, Адам услышал тихое пение из ванной и стал вслушиваться. Он сел, сосредоточившись уже на двери в ванную комнату, нахмурился.

— Спят твои соседи,

Белые медведи,

Спи и ты скорей, малыш.

Адам подошел ближе к ванной, пытаясь разобрать язык, который слышал. На знакомые ему было не очень похоже. Вспомнив о матери Амелии, Адам предположил, что она напевала что-то на русском языке.