Читаем без скачивания Сияющий мир - Кара Колтер

Может, у него была и не самая лучшая семья, но они всегда знали, где место их детей! И сейчас его мать чуть ли не плакала, когда они с Эйс и Синди поедут на Рождество не к ним, а к родным Синди.

Сама мысль о ненужности была чуждой. Он так поразился, что едва сдержал порыв обнять Морган, усадить на колени и убаюкать, как одинокого и заброшенного ребенка.

– На самом деле это вовсе не так плохо, – храбро продолжила она. – Я впервые занимаюсь всеми приготовлениями самостоятельно. До того как сорваться с места, все делала мама, и еще как! Новые рецепты каждый год, новый стиль для елочных украшений. Она всегда делала Рождество чудом для меня… то есть она так старалась, но на самом деле – упаси боже тронуть хоть что-нибудь! Вдруг тогда не все будет идеально? Так что я абсолютно ничего не смыслю во всех этих приготовлениях, но очень хочу научиться. Без этого никак.

Морган совсем не умела лгать. Ей совершенно не нравилась перспектива встречать Рождество в одиночестве. Но Нейт поддержал ей.

– Точно, – мягко сказал он. – Никак.

– Конечно, индейку я готовить не собираюсь. Для себя одной – это было бы глупо.

– Вы будете не одна на Рождество. – Нейт понятия не имел, зачем он это сказал, да еще так уверенно, точно знал наперед. А ведь не знал. Абсолютно.

Морган притихла.

Нейт бросил на нее взгляд. Она сморщила нос, но совсем не так забавно, как когда пробовала холодное какао.

– Вы собираетесь плакать? – в отчаянии спросил он.

– Надеюсь, нет.

– Я тоже на это надеюсь.

Он изо всех сил сопротивлялся желанию обнять ее и прижать к себе, которое становилось все сильнее.

Вместо этого он взял ее за руку и легонько сжал. Вряд ли это была хорошая идея. Ничего особенного, казалось бы, но…

Морган так вцепилась в его руку, словно утопающий, хватавшийся за соломинку.

Именно в этот момент Нейту следовало уйти. Но он не мог – пока Морган нуждалась в нем.

Нейт осознал, что что-то в нем изменилось. Он покинул тьму, в которой блуждал, освободился от боли – только для того, чтобы протянуть руку помощи тому, кто в ней нуждался. В его жизни забрезжили лучи света, которых он так испугался вначале, что чуть не вернулся в темную дыру. Та прежняя жизнь не требовала от него ничего – ни делиться с кем-то своими чувствами, ни помогать кому-либо, да и вообще – ничего не ощущать.

Но сейчас ему совсем не хотелось возвращаться к такому удобному, непритязательному существованию.

Морган глубоко вздохнула.

– Давайте повесим гирлянды, – предложил Нейт.

Собственное горе научило его, что, если просто сидеть на диване, легче не станет. Нужно было что-то делать.

– Хорошо, – ответила Морган. Ее голос дрожал от невыплаканных слез. Она резко отпустила его руку и вскочила. – Думаю, нужно найти звезду.

Нейт заметил, что все в доме Морган было абсолютно новеньким, недавно купленным. У них в семье вещи переходили из поколения в поколение, включая старенькую гирлянду с облупившейся краской на лампочках и картонные украшения, которые делала еще его бабушка.

То, что в коробках Морган не нашлось ни одного украшения старше одного года, показывало, каким на самом деле грустным и одиноким будет ее Рождество. И именно это заставляло Нейта дразнить ее – по любому поводу. Из-за размера ее елки, из-за полосатого чулка для Санты, который она со всей серьезностью повесила на каминную решетку, из-за чудовищной розово-зеленой звезды для верхушки елки. Он дразнил ее до тех пор, пока Морган едва могла перевести дух от смеха, а слезы в зеленых глазах сменились искрами радости. Нейт обрадовался, когда она стала поддразнивать его в ответ.

Вместе они развесили гирлянды и украшения, которых оказалось маловато для такой огромной елки – когда закончили, была почти полночь.

Морган настояла на том, чтобы выпить еще горячего шоколада. Она выключила свет во всем доме, и они сели вдвоем на лиловый диван, любуясь мягкими огоньками гирлянды.

Нейт даже не представлял, как отгородился от жизни, до тех пор, пока эта преграда не рухнула – сегодня. Он позволил себе расслабиться – впервые за два года. И понял, как устал быть постоянно настороже.

А потом он уже больше не думал ни о чем.

Нейт Хетоуэй уснул. Другая женщина, пожалуй, посчитала бы это недостаточно захватывающим финалом для такого многообещающего вечера. Но для Морган это было идеально.

Весь вечер она так старалась убедить его и себя в своей собственной независимости, что это привело к обратному, довольно неожиданному эффекту: Нейт наконец-то опустил подъемный мост и приоткрыл двери своей души. Позволил себе расслабиться.

Сейчас она любовалась им, спящим. Она могла изучить каждую черточку его лица, не опасаясь, что внезапный острый взгляд повергнет ее в смущение. И Морган с трепетом всматривалась в густые черные ресницы, в линию темных волос над воротником, твердые линии скул, подбородка, челюсти.

Вздохнув со странным ощущением спокойствия, Морган наконец-то встала, убрала чашки из-под шоколада, выключила гирлянду и взяла одеяло. Она хотела укутать Нейта потеплее, но для этого ей пришлось аккуратно приподнять его голову, подложив подуш ку. Нейт коснулся ее руки, пробормотал:

– Не уходи, останься со мной…

Морган прекрасно знала, что он спит – или засыпает – и не отдает себе отчета в том, где и с кем находится. Он отбросил свою защиту и нуждался в помощи этим вечером как никогда раньше. Он не хотел быть один – как и она.

Морган знала, что ей следует тихонько скрыться в своей комнате. Может, Нейт проснется среди ночи, очень смущенный тем фактом, что уснул в чужом доме на лиловом диване.

Итак, она знала, что следует сделать. Но вся ее жизнь состояла из чужих предписаний – за исключением того случая, когда она взбунтовалась против желаний своего жениха. Закончилось это неудачно.

Стоило сделать выводы и не отступать больше от требований общества, хотя бы потому, что все, о чем говорилось в «Радости одиночества», на самом деле не приносило никакой радости. Это был всего лишь сборник правил, которым она надеялась следовать, чтобы хоть в какой-то мере чувствовать себя защищенной, чувствовать чью-то поддержку. Книга была не путем к свободе, а всего лишь очередным оправданием для того, чтобы снова смирить свои инстинкты, не рисковать, не пытаться строить жизнь по своим правилам!

Истина заключалась в том, что никаких общих правил не существовало.

И никто не собирался оценивать или осуждать ее поступки. Пожалуй, никому и дела не было. Мать в Таиланде, отец занят новой семьей. Так почему бы не последовать своим желаниям? Даже если придется переступить через некоторые свои принципы.

И вообще, она не собиралась целую ночь лежать рядом с Нейтом, так, может, на несколько минут – а потом вернется к себе.

Морган села на край дивана, осторожно коснулась Нейта. Было похоже на то, как будто она коснулась каменной скалы, нагретой за день солнечными лучами. Неожиданно его рука обвила ее талию, притянула к себе. Морган затаила дыхание. Что она скажет, если он вдруг проснется?

Она задержала дыхание, но Нейт спал. Его дыхание стало глубоким, медленным, лаская шею Морган словно шелком – так она себе это и представляла. Она расслабилась. Их сердца теперь бились в унисон, она ощущала тепло, расточаемое его телом.

Морган сказал себе, что самое время было уйти в спальню. Однако это оказалось намного сложнее, чем она думала: оставить это тепло и силу и исчезнуть в своей холодной одинокой комнате.

Еще сложнее было расстаться с новым чувством, которое пробудилось в ней – чувством близости. Связи. И это чувство росло в ее сердце, как живое существо, и именно его можно было назвать счастьем.

Морган уснула в кольце рук Нейта. И проснулась, когда в окна лился свет зимнего солнца. Она снова ощутила то самое счастье – на мгновение. Но потом поняла, почему проснулась. Потому что и он тоже. О господи. Ну почему она не ушла к себе, как собиралась? Тогда им не пришлось бы страдать от этого ужасного чувства неловкости.

Интересно, что же он сейчас скажет? «Какого черта вы здесь делаете?»

Морган напряглась, ожидая его реакции. Неожиданно пальцы Нейта легонько погладили ее щеку.

– Ну вот, – мягко сказал он. – У вас опять на щеке отпечаток.

Но на этот раз он ее не поцеловал. Поднялся и с удовольствием потянулся. Помятая футболка приподнялась, открывая мускулы живота.

Морган перевела взгляд на его лицо. Нейт улыбался – похоже, он совсем не считал ситуацию неловкой.

– Кажется, я начинаю понимать смысл ночевки в гостях, – задумчиво проговорил он.

Морган пришло в голову, что он совсем не сожалел о случившемся. И может, когда ночью он попросил ее остаться, он вовсе не спал и вполне осознавал, что происходит…

– У меня волосы дыбом стоят? – спросила она.

– Так, немного.

Вот они, ночевки в гостях. И что же ей теперь делать? Предложить ему завтрак? Указать на дверь?