Читаем без скачивания Призрачный - Кэтрин Ласки

На самом деле сипуху тревожило воспоминание о том, как в одной из таких расселин лежала Уна. Фаолан посмотрел на сову пристальнее, и она вздохнула.

– Послушайте, я не хотела вам говорить. Но прежде чем мы встретились в Топи, я летала вдоль Кривого Хребта – ну, то есть вдоль того, что раньше было хребтом. Теперь он весь выровнен и пересечен глубокими расщелинами. В одной из них я нашла Уну.

– Уну! – в один голос воскликнули Эдме и Фаолан.

Гвиннет закрыла глаза, вспоминая, как в расщелину залетали стервятники, чтобы полакомиться останками попавших в смертельную ловушку животных.

– Это было ужасно. Расщелина, в которую угодила Уна, была довольно широкой – шириной примерно в размах крыльев стервятника. На дне его лежало много погибших животных. Для падальщиков это был настоящий пир.

– Послушайте меня внимательно, – обратился ко всем Фаолан, встряхивая головой, чтобы избавиться от ужасных образов перед внутренним взором. – Мы должны пересечь ледник. Выбора у нас нет. Но мы не станем пищей стервятников. Гвиннет, ты лети впереди и разведывай местность. Мы же будем идти осторожно. Нас всех обучали идти по тонкому льду реки, проверяя его своими маленькими пятыми когтями на лапах. Представьте, что это то же самое. Понятно?

Остальные только хмуро кивнули.

Фаолан расправил широкие плечи, поднял высоко хвост и пролаял:

– В путь!

И пятеро волков отправились в путь. Гвиннет летела чуть впереди и разглядывала снежный покров в поисках опасных трещин. Она чутко прислушивалась к ветру, дующему вдоль снега, потому что любое мельчайшее изменение в его звуке могло указывать на скрытый разлом.

Какое-то время этот план работал, пока они не добрались до места, плотно закутанного туманной дымкой. Гвиннет вернулась к друзьям и опустилась на снег.

– Трудно сказать, что там дальше. Туман всё скрывает, ничего не разглядеть. Но мне нужно сказать вам кое-что еще.

«Какая же я неумеха в таких делах!» – подумала она. Сипуху давно волновал один вопрос, но она никак не могла подступиться к нему и решить, как лучше рассказать о нем своим друзьям. Вот бы в языке было нечто вроде восходящего воздушного потока, позволяющего парить легко и без усилий!

Но ничего подобного она не знала, поэтому придется с трудом подбирать слова.

– Ты о чем, Гвиннет? – беспокойно спросила Эдме.

Сова встопорщила перья и выпалила:

– Банджа родила щенка. Я нашла их в моей старой кузне. Я понимаю, что это звучит необычно.

– Вот уж точно! – воскликнул Фаолан. – Я весь содрогаюсь от мысли, что такая волчица могла стать матерью.

– Ну, пожалуй, это самое странное. Мать она хорошая, – ответила Гвиннет. – Теперь она полностью изменилась. Стала другой.

– Значит, что получается? – решила подытожить Мхайри. – Она была стражем, которому не дозволялось искать себе пару. А теперь родила щенка.

– Да-да, она теперь мать. К тому же, насколько я полагаю, никаких стражей больше нет. Ведь нет Кольца, нет и углей, которые нужно было охранять.

– А она… поправилась? – осторожно спросила Эдме с едва заметной дрожью в голосе, внимание на которую обратил только шагнувший поближе к волчице Фаолан.

– Да, – вздохнула Гвиннет. – У нее открылся второй глаз. Она этого не понимала, пока я ей не сказала.

– А со щенком все в порядке? – спросила Эдме.

– Да. И это девочка. Банджа назвала ее Мод. Она идеальна.

– Это хорошо. Я рада за нее. По-настоящему рада.

В глазу Эдме выступили слезы.

Фаолан склонил голову набок и с сочувствием посмотрел на свою подругу. Сказать по правде, она была ему больше чем подругой. Сейчас на него снова нахлынули чувства, увлекавшие волка за собой, словно сильное морское течение. Он не находил себе места, когда думал, что ей может грозить опасность или что он никогда больше ее не увидит. Тогда лучше самому броситься в беспокойные бурлящие воды и утонуть вслед за ней.

– Я пообещала Бандже вернуться, – продолжила Гвиннет. – Помочь ей. Но теперь, когда мы идем на запад…

– Нельзя оставлять ее одну! – прервала ее Эд-ме. – Нельзя! Подумать только – на свет появилось новое существо, и это в такое время, когда… когда… происходит все это.

Она покрутила головой, осматривая пустынную снежную местность, которая когда-то была страной Далеко-Далеко.

– Да, конечно, возвращайся к ней, – сказал Фаолан. – Встретимся у Кровавого Дозора.

– Но сохранился ли Кровавый Дозор? – спросила Гвиннет. – На тех холмах стояли друмлины. Как думаете, что с ними случилось?

Фаолан тяжело вздохнул.

– Ну, тогда встретимся в Пещере Древних Времен.

– В Пещере Древних Времен? – переспросила Эдме.

Она с сестрами удивленно переглянулись. Волчицы однажды скрывались в этой пещере от снежной бури и помнили загадочные рисунки на их стенах.

– Ты так ее называешь, Фаолан? – спросила Мхайри.

– Мне кажется, это и есть ее настоящее имя, – ответила Эдме, повернувшись к Фаолану.

Зеленый огонек в ее единственном глазе горел так ярко, что едва не прожигал кости до самого костного мозга.

– Да, – тихо, но уверенно ответил Фаолан. – И там мы должны найти Свистуна.

«В той пещере так много странных рисунков, – подумала Эдме. – Но не только. Там должно скрываться что-то еще!»

Эдме в глубине своей души чувствовала, что только в Пещере Древних Времен по-настоящему начнется их поход на запад. Именно там тот древний ледяной волк, которого она видела много лун назад, должен встретиться с волком, которого она знает под именем Фаолан.

От этих мыслей по ее спине пробежал холодок. Но не только. Костным мозгом волчица ощутила странное покалывание между бедром и коленом. Бедренная кость? Но у нее всегда были здоровые и крепкие ноги, благодаря которым она хорошо бегала на охоте и умело подпрыгивала на курганах Кольца. Особенно у Быстробуйного вулкана, где у нее получались мастерские пируэты. Да, в том друмлине было что-то особенное, что позволяло ей совершать более высокие прыжки. Может быть, ключевая кость, лежащая в его основе – не такая, как кости других четырех курганов? Может, именно из-за этой кости у нее возникла репутация умелой прыгуньи?

Меньше всего на свете ей хотелось сейчас охрометь. Конечно, существуют мази, облегчающие боль, но как только ее охватит хромая болезнь, то прыгать, как раньше, она уже не сможет. Правда, Кольца теперь тоже не существует, так что, наверное, это и не важно. Но ей нужно оставаться сильной. Нужно идти на запад, дальше Крайней Дали, но куда? Она точно не знала, но верила Фаолану. Разве она не верила ему всегда?

Этот вопрос заставил Эдме призадуматься. «Разве я не всегда верила Фаолану?» Почему-то она мысленно перенеслась в прошлое.

«Если есть земли дальше Крайней Дали, то были и времена до Начала времен. Вот куда мы идем – куда-то до Начала времен».

Ее вдруг охватил безотчетный страх.

Фаолан подробно объяснил Гвиннет, как найти Пещеру Древних Времен, даже после того, как вся местность изменилась до неузнаваемости.

– Звезды не изменились, Гвиннет. Держи курс между задней левой лапой Маленького Енота и первым из Золотых Когтей.

Он мордой показал на небо, называя совиные имена созвездий.

– Запомнила? Маленький Енот и Золотые Когти. Два градуса между задней лапой и когтем.

– Да, я найду путь, но…

– Но что?

– Откуда ты знаешь совиные названия, Фаолан?

– Это долгая история, Гвиннет.

Сова взлетела, а Фаолан задрал морду и смотрел, как постепенно исчезает из виду его первая подруга в стране Далеко-Далеко.

Мирр помахал хвостом.

– Это воспоминание, Фаолан, или просто история?

– А что, есть разница? – спросил Фаолан, а потом носом взъерошил мех малыша, пощекотал его и повалил на спину. – Ну ладно, у нас есть еще немного времени, чтобы отдохнуть. Пусть все вокруг перевернулось вверх дном, но вспомните, когда мы в последний раз играли в догонялки? Задержимся здесь ненадолго. Туман не такой уж густой, а лед, похоже, крепкий.

– Тогда я тоже играю! – воскликнула Эдме и принялась весело бегать кругами.

– Только осторожней, не убегай далеко, – предупредил ее Фаолан.

Но не успел он это сказать, как раздался треск и Эдме мгновенно скрылась из виду. После этого послышался жалобный вой, постепенно затихающий, как будто его поглощала толща земли. Одноглазая волчица провалилась в ледяную расщелину и оказалась в плену хищного ледника.

Глава пятнадцатая

Долгая синяя ночь

ПЕЩЕРА, ГДЕ РАСПОЛОЖИЛСЯ НА ОТДЫХ Свистун, оказалась не такой уж разрушенной, как ему представлялось на первый взгляд. Он вышел наружу и попытался отыскать других волков. Но, похоже, никто из Кровавого Дозора не пережил землетрясения. А то, что не разломали толчки, разрушил ледник. Он видел, как тот приближается, замедляясь с каждым часом. Зрелище пугало, но в нем таилась и особая красота – ужасающее очарование природной стихии.