Читаем без скачивания Лед тронулся - Михаил Барщевский

Решение, воспользовавшись возникшей паузой, подсказал Вадим.

— А может, вы выделите здание кооперативу в аренду? На сорок девять лет и по цене, как для коллегии адвокатов. Закон предусматривает пониженную арендную ставку для адвокатских структур?

— М-м, хороший вариант, — протянул Попов.

— Стоимость ремонта можно зачесть в сумму арендной платы. Заминусовать, — на всякий случай уточнил Вадим.

— Хорошо, — теперь уже вполне уверенно согласился Попов. — Готовьте письмо от вашего кооператива!

Попов взял письмо Марлена, прочел еще раз и размашисто написал резолюцию: «Просьбу не поддерживаю. Неясны источники финансирования».

Марлену о результатах похода к Попову лучше было сообщить по телефону. Тогда он, по крайней мере, ни страха в глазах Вадима не увидит, а Вадим по-настоящему стал бояться затеянной им игры, ни веселого азарта. Разгорался тот все жарче, — кто кого?

Впрочем, Марлен, так и не разгадавший, что у Вадима на уме, воспринял информацию спокойно. Ну, отказал Попов, невелика беда!

— Я же вам говорил, Вадим, что вы переоцениваете свои возможности и достижения. Вот вам пример. По земле ходить надо! По земле. Хорошо, что я еще Президиуму об этой вашей затее не докладывал. Взял, так сказать, риск на себя. Представляете, каким дураком я бы выглядел?

— Да, Марлен Исаакович, мне очень неудобно! — Быстро согласился Вадим, понимая, что, знай Марлен истинную картину происходящих событий, ему бы одними стариковскими нравоучениями точно не отделаться…

Аксельбант тоже воспринял информацию Вадима спокойно. В пять минут продиктовал и подписал письмо на имя Попова и, распрощавшись с Осиповым, задумался.

Что же на самом деле придумал Вадим? Он же не столь наивен, чтобы организовать дело именно так, как объясняет. Ведь что получается? Осипов устраивает аренду особняка в центре Москвы на сорок девять лет. Без взятки! И себе посреднические не просит. Больше того, сам со своей командой там расселяться не планирует. Если американцы не обманут и возьмут Мишку к себе, получится, что он, Олег, с ними имеет прямой взаимный интерес. Вадиму-то в чем выгода? Что он собирается попросить взамен?

Да и во взаимоотношениях с Марленом Вадим мало, чего выигрывает. Если его отпрыски будут сидеть с американцами под крышей Олега, то Вадим опять получит бульон от яиц.

Неужели Вадим настолько прост, что рассчитывает на благодарность Перельмана? Нет, это было бы смешно.

Несколько дней подряд Аксельбант возвращался к мыслям об истинных планах Вадима, но так и не нашел удовлетворительного ответа. Успокоился в итоге на том, что либо сын все же недалеко ушел от отца, а Михаил Леонидович представлялся Олегу образцом неделового человека, наивного, милого, но совершенно неделового, либо… И тут до Аксельбанта дошло. Вадим хочет, чтобы он вложился в ремонт, Марлен помог американцам наладить бизнес, а затем… Ну, это просто подлость! Затем Осипов договорится с Поповым, Москва расторгнет договор с кооперативом и отдаст готовое здание в аренду структуре Вадима. Пока он, Олег, будет делать ремонт, ребята Марлена обживать помещение, Вадим зарегистрирует свое юрлицо и всех обведет вокруг пальца!

Конечно, до сих пор Вадима ни на чем подобном не ловили. И подозревать его в таких корыстных и мерзких планах причины пока нет. Но на всякий случай Олег решил, что договор с Москвой готовить будет Марлен. Вадиму он доверять не станет. Мало ли какую хитрость тот заложит в текст, чтобы потом облегчить Москве расторжение контракта. А Марлен уж для себя постарается!

Когда Леша уехал, Юля села перед зеркалом, посмотрела на растрепавшиеся волосы… Настроение было паршивое. Леша в постели оказался вовсе не плох. Можно даже предположить, что он куда опытнее Вадима. Но партию свою он исполнял как-то механически, без того жара в глазах, который так нравился ей в Вадиме. И слова какие-то банальные говорил. И сопел.

А одеколон у него лучше, чем у Осипова.

Вадик всегда ее вперед пропускал, а Леша думал о себе. Еле успела. Хотя это ничего, привыкнуть надо.

Зато Леша жену не любит, это — очевидно. А Вадим от своей никогда не уйдет. Леша, конечно, поглупее, но и управлять им будет проще. А у Осипова никогда не поймешь, что на уме.

Юля выдвинула ящик письменного стола, вынула второе дно. Автоматически пересчитала купюры в пачках, продолжая анализировать достоинства и недостатки нового любовника. Затем открыла дневник и начала писать. Это был ее седьмой мужчина. По всем статьям не самый интересный, но бесспорно самый перспективный.

Лена поняла, что Вадим пребывает в плохом настроении, как только он зашел в квартиру. В такой ситуации приставать с расспросами нельзя. Надо дождаться, когда муж сам заговорит. Ждать пришлось долго.

Вадим неотступно думал о Юле и Леше. Воображение подкидывало самые подробные и откровенные картины. Он понимал, что ревнует. Понимал, что такой расклад является для него лучшим выходом из опасной ситуации. Не он бросил Юлю, — она изменила ему с другим.

А, может, все-таки, нет? Может, она его просто дразнит, а на самом деле ничего не произошло? Ну не может же такого быть, чтобы его Юлька вдруг переключилась на такое убожество, как Кашлииский!

Конечно, любая женщина мечтает выйти замуж. Сначала за принца, потом — за достойного мужика, чтобы подруги завидовали, потом думает уже о нормальном, чтобы только надежный был, а потом — о каком угодно, лишь бы стать, как все: у самой — муж, у детей — отец. Возможно, Юля дошла до этой стадии.

Но ведь Леша женат! И что? Он бросит жену, которую, судя по всему, не любит, ради Юльки в две секунды. И приданое — Марлен. Перспектива! Господи, да почему он всю жизнь «неперспективный»?! Сначала для Лениной мамы, теперь для Юли?

Он Лену не бросит. Низа что! Т ем более, уж точно не ради Юли. Хитрой, расчетливой, развратной. Если она так соблазняла его, то где гарантия, что через год-два ей не захочется новых острых ощущений на стороне? Хотя не в этом дело! Он Лену любит. И Машку. И свой дом.

«Господи, я уже минут двадцать дома, а Ленке еще и слова не сказал» — вдруг сообразил Вадим.

— Как у тебя дела?

— Спасибо, нормально, — Лена настороженно взглянула на мужа. Мыслями он обретался явно в другом месте.

— А как у Машки в школе?

— Тоже ничего особенного. Получила тройку по русскому, но вроде исправила на пятерку.

— Хорошо, — Вадим чувствовал: надо как-то продолжить разговор, иначе Лена догадается, что он выбит из колеи, что с ним происходит что-то необычное. Только вот о чем заговорить?

— Ау тебя как дела? — после непродолжительной паузы откуда-то донесся голос жены.

— Сам не понимаю. Такое ощущение, будто почва из-под ног уходит. Придумал одну комбинацию на фирме, так, по интуиции. И, кажется, ошибся. Сам себя перемудрил…

— Расскажешь? — Лена была явно рада возможности хоть как-то прикоснуться к жизни мужа.

После возвращения из Америки, где она подолгу и подробно каждый вечер обговаривала с Вадимом все перипетии прошедшего дня, они опять стали отдаляться. Он, разумеется, все делает ради нее и Машки, в этом сомневаться не приходится. Но, тем не менее, у него — своя жизнь, у них с дочкой — своя.

— Ты же знаешь, котенок, пока сам не разберусь, не люблю выкладывать.

— В Вашингтоне было иначе, — тихо откликнулась Лена.

Вадим ее не услышал, он уже направился в кабинет.

Истекли первые два месяца работы Кати Машинской в бюро. Она получала свою тысячу рублей и была счастлива. Уже несколько раз позволила себе съездить на Черемушкинский рынок, центр московского продуктового изобилия, и купить «вкусненького» для сына Яши. У кооператоров выбрала кожаную куртку для отца. Тот был рад беспредельно. Во-первых, кожаная куртка — это шикарно! Ни у кого из его друзей такой не было. Ну, а во-вторых, и это особенно важно, его дочь стала зарабатывать столько, что может сделать ему дорогой подарок. Об этом ни один из приятелей стареющего инженера даже не мечтал.

Просьба Вадима задержаться после работы вызвала у Кати бурю эмоций. Чего он хочет? Если недоволен ее работой, хотя она старается изо всех сил, и серьезных ошибок за ней не числится, то это страшно. Вадим может в два счета выгнать с фирмы любого. Грозился не однажды. Правда, пока так никого и не выгнал. Был какой-то парень из консультации Вадима. Катя с ним толком даже познакомиться не успела. Парень этот, Николай, кажется, ходил на фирму каждый день, стонал, что ему нечем заняться, но Осипов ему работы не давал. Недели через две после Катиного появления, Николай из подвала Аксельбанта пропал. Потом уже Лена Суворова рассказала Кате, будто они с Вадимом не поделили какие-то деньги. Подробностей Лена не знала.

А может, Вадим наконец заметил в ней женщину? Но она решила для себя твердо — романа с женатым мужчиной заводить не станет! Конечно, что-то там у Вадима с Юлей явно происходит. Пару раз Катя перехватывала такие взгляды, которые лучше слов говорили об их неслужебном конфликте. Но то, что могла себе позволить свободная во всех отношениях Юля, Кате было заказано. Не приведи господи, поссорится она с Вадимом — вмиг выставит за дверь. Да если и не поссорится, а просто ему наскучит. Зачем держать рядом с собой брошенную женщину? Это всегда опасно. В общем, перспективы у этого романа — только печальные. Но если честно, призналась себе Катя, потащи Осипов ее в постель, она не устоит. Даже во сне, что греха таить, не раз снились ей ласки Вадима. И было это так сладко…