Читаем без скачивания Узник второй авеню - Нил Саймон

Эдна. Ладно, Мел… Прости, если огорчила тебя. (Уходит).

Мел идет к двери и открывает ее. За дверью стоит Гарри с портфелем «дипломат» в руке.

Гарри. Здравствуй, Мел… Позволишь мне войти?

Мел (удивленно). Ну, конечно, Гарри, конечно. Я и не знал, что ты в Нью-Йорке.

Гарри (понижая голос). Приехал по делам и, кроме того. Я хотел поговорить с тобой. Как ты себя чувствуешь? Поправляешься?

Мел. Не делай такое постное лицо, Гарри. Это же не больничная палата. Я вполне здоров.

Гарри входит. Мел затворяет дверь.

Гарри. Привёз тебе с дачи яблок. Вот попробуй — наливные. Я ведь помню, ты всегда любил яблоки… Сейчас тебе не противопоказано их есть?

Мел. Яблоки не влияют на голову, Гарри. Они не вызовут у меня расстройства психики. Спасибо большое. Это очень мило с твоей стороны.

Гарри. Эдна дома?

Мел. Да, пошла в ванную. Она неважно себя чувствует.

Гарри. Ладно, ничего. Она не хочет меня видеть. Я все понимаю.

Мел. Да нет же, Гарри, это не то. Она очень устала.

Гарри. Это женщина меня недолюбливает. Конечно, обидно, что тебя невзлюбила жена родного брата, но насильно мил не будешь. Я всего на пару минут. Хотел лично доставить тебе это и сейчас же уйду. (Достает из кармана чек). На, держи. Это тебе и Эдне…

Мел. Что это?

Гарри. Чек. На ту сумму. Давай покупай себе летний лагерь (Добродушно). Давай, давай! Готовься вытирать весь июль-август шесть сотен сопливых носов. Желаю приятно провести время. (Встает, собираясь уходит).

Мел. Гарри, это же двадцать пять тысяч долларов.

Гарри. Половину дают твои сестры, половину я. Завтра я сообщу им об этом.

Мел. Я ничего не понимаю.

Гарри. Я сам ничего не понимаю. Что за охота заправлять летним лагерем? Но раз это тебе приятно, то мне приятно дать тебе деньги на это.

Мел. Когда Эдна успела попросить днгьги?

Гарри. Какое это имеет значение? Инцидент исчерпан. Все мы немного погорячились. Бери деньги, покупай свой чертов лагерь.

Мел. Гарри.

Гарри. Что?

Мел. Во-первых… спасибо тебе… Во-вторых, я не могу взять это.

Гарри. Не будем препираться, ладно? Я полтора месяца собирался с духом, прежде чем дать тебе деньги.

Мел. Не знаю как объяснить тебе, Гарри, но не могу взять эти деньги.

Гарри. Почему ты не хочешь, чтобы я помог тебе? Почему ты лишаешь меня удовольствия порадовать тебя?

Мел. Ты уже порадовал меня, вручив мне этот чек. А теперь порадуй еще больше, порви его. Если в нашем милом районе увидят такие деньги, ты не доберешься живым до машины.

Гарри. Всем другим ты позволяешь что-то делать для тебя. Эдне, Полин, Перл, Джесси. Всем кроме меня, твоего брата. Почему же для меня ты делаешь исключение, словно я и не родственник?

Мел. Нашим сёстрам нужен кто-то, о ком бы они могли заботиться. А ты, Гарри, чего от меня хочешь?

Гарри. Я сейчас скажу тебе, Мел, одну вещь. Никогда никому не говорил. Ты неспособен заниматься бизнесом, с деньгами обращаться не умеешь, с собственными эмоциями справиться не можешь. Того, что имею я, ты не будешь иметь никогда. Но если бы ты знал, сколько бессонных ночей я провёл завидуя тебе…

Мел. Что я должен сделать — расцеловать тебя?

Гарри. Только попробуй — я тебе все рёбра пересчитаю. И забудь, что я тебе говорил. Я передумал. Что если я одолжу тебе двенадцать тысяч? Откроешь маленький лагерь. Пять мальчиков, пять девочек.

Мел. Хочешь, я поцелую тебя?

Гарри. Нет, ты еще не здоров. Что бы ни говорил твой врач, ты еще не вылечился. (Уходит, захлопнув за собой дверь).

Мел. Эдна!.. Эдна!..

Выходит Эдна в купальном халате.

Эдна. Что случилось, Мел? Что случилось?

Мел сердито ходит взад и вперед по комнате, подыскивая слова. Она стоит и ждет.

Мел. Ты просила Гарри? Ты просила у моих родственников двадцать пять тысяч долларов на летний лагерь?!

Эдна. Я не просила… Они сами предложили деньги на лечение… Тогда я сказала им, что на лечение нам деньги не нужны, а нужны на лагерь.

Мел. Неужели ты не понимаешь, как это унизительно для меня — просить деньги у родственников? Неужели не понимаешь?!

Эдна. Ты и не просил. И не унижался. Меня унижали. Это я сидела здесь перед лицом испанской инквизиции. Ты же в это время безмятежно прогуливался по парку, одурманенный транквилизаторами.

Мел (повысив голос). Как ты говоришь с человеком, который только что перенес психическое расстройство?! Имей хоть каплю уважения к больному.

Эдна (кричит в ответ). Что-то не похож ты на больного! И голос повышаешь точь-в-точь как всегда.

Мел. Я говорю не о том, что есть сейчас. А о том, что было тогда! Меня, Эдна, лечили седативами, а не транквилизаторами! Седовитами!

Эдна (кричит). Господи боже мой, хоть бы снова тебя успокоили седовитами, чтобы ты перестал орать на меня!

Женский Голос (сверху). Эй, замолчите вы там, внизу?! Хулиганы!

Эдна (выскакивает на лоджию и кричит вверх). Кого это вы называете хулиганами?!

Женский голос. Вас и вашего горластого муженька!

Эдна (кричит вверх). Не смейте обзываться. Ваш муж в подметки моему не годится. Мы не забыли вашу выходку. Мы попомним вам эту воду!

Мел выходит на лоджию.

Женский голос. Мой муж через час будет дома. Если вы там внизу не заткнетесь, окатим еще раз!

Эдна. Ха! Интересно, чем? Откуда вы возьмете воду? Где ваша вода, трепачка?!

Мел (уводя ее с лоджии). Эдна, уходи отсюда. (Затем подходит к краю лоджии, глядя вверх). Извините. Моя жена не намеревалась кричать. Мы просто обсужда… (На него обрушивается поток воды. Входит с лоджии в комнату, вымокший). Они снова облили меня… (Садится).

Эдна (сидя, озадаченно). Где они взяли воду? Где они взяли воду?

Мел. У таких людей всегда есть вода… Они запасаются ею, чтобы всегда иметь возможность облить людей вроде нас.

Оба продолжают сидеть. На несколько мгновений воцаряется молчания.

Эдна (глядя на него). Мел, по-моему, ты держишься просто замечательно! По-моему, ты проявил на этот раз чудеса самообладания… Ты делаешь большие успехи, Мел. Ей-богу, Мел, ты вышел из этой переделки повзрослевшим! Права, правда.

Вдруг мы замечаем на лоджии, за их спинами, падают хлопья снега.

Может ты прав. Может, тебе действительно незачем больше ходить к врачу… Я так горжусь тобой, Мел, так горжусь… Потому что ты лучше их… Лучше их всех, Мел…

Идет снег, поначалу тихо, отдельными снежинками, но с каждым мгновением снег валит все сильнее. Мел, почувствовав какую-то перемену, оборачивается и устремляет взгляд на лоджию. Эдна смотрит на Мела, потом оборачивается в сторону лоджии, чтобы поглядеть, что это увидел Мел. Видит падающий снег. Посмотрев друг на друга, они опять оборачиваются и глядят, как летит снег. Мел смотрит на часы. Еще раз поглядев на снег, он отворачивается, не спеша встает и направляется к стенному шкафу. Эдна провожает его глазами. Он открывает дверцу шкафа и вынимает лопату. Потом он снова глядит на снег, смотрит на часы. Идет обратно и садится на тот же стул, в одной руке сжимая лопату и обняв другой рукой Эдну за плечи — современная «Американская готика».

Голос диктора. Передаем шестичасовой выпуск последних новостей. Сегодня вечером вдоль восточного океанского побережья установлены сигнальные огни, предупреждающие о сильном снегопаде; у нас выпадет, как предсказывают синоптики, рекордное количество снега: до сорока трех дюймов. На улицы посланы снегоочистительные машины, а горожан просят вооружиться лопатами и совместно приступить к борьбе со снежными заносами. Пусть горожане покажут, как они умеют дружно жить и дружно трудиться для общего блага.

Занавес