еще живу на их территории? Так это легко исправить. Будет легко исправить, если…
Я не успела закончить мысль, позвонили в домофон. Пришлось идти открывать.
— Ждешь кого-то? — крикнул из залы папа.
— Нет.
Приехал курьер с доставкой. В прямоугольной коробке, обтянутой бархатом черного цвета было… То самое платье, что я примеряла вчера и серебристые лодочки к нему. А еще записка — кремовый конвертик с восковой печатью.
“Надень это вечером в пятницу. М.В.”
Зашипев, я достала из кармана телефон и набрала номер Войта. Вместо гудков механический голос сообщил, что абонент в роуминге. Выходит, Австралия, не ложь?
— Кто приходил, Лера? — папа, насупившись, вышел в коридор.
— Курьер. Привез подарок от Марка.
— Не слишком ли много подарков, дочка, учитывая, что ваши отношения только начались? Такое ощущение, извини, что он покупает твое общество.
Все внутри начало закипать. Такое ощущение, что сейчас из ушей дым повалит.
— Дима! — ахнула мама.
— Нет, мам, пусть продолжает. Мне интересно, до чего ты договоришься, папа? Может, до того, что я проститутка?!
— Не смей так разговаривать с отцом! — рявкнул он. — Я не позволю тебе нас позорить, понятно? Достаточно уже твоего развода…
Я не верила ушам. К новости о разрыве папа отнесся адекватно, наравне с мамой и был целиком и полностью на моей стороне.
— … Раз уж ты выбрала этого парня, хоть сколько раз мы с мамой тебя отговаривали, то надо было принять ту жизнь, которую он тебе дал. Ребенка родить в конце-концов, хозяйством как мать заниматься!
Дальше я не стала слушать. Сбежала в комнату и хлопнула дверью, отчаянно стараясь не разрыдаться. Отшвырнула коробку на пол и плюхнулась на кровать. Из-за стенки донеслись звуки ругани и я заткнула уши.
Бред какой-то.
Было ощущение, что моя жизнь давно в заднице, а я парадоксальным образом этого не замечала много-много лет, которые прожила так, словно в запасе имелась еще одна жизнь.
Вскоре родители перестали ругаться. Я просидела в комнате аж до момента, как они уснут, и только потом пошла принять душ перед сном. Выпила таблетку успокоительного и только благодаря этому смогла немного поспать. Рано утром трусливо сбежала даже не позавтракав и приехала в офис к восьми. К счасть, закусочная неподалеку уже открылась и я купила себе там омлет и кофе. Усевшись у окна стала смотреть на прохожих, спешащих по делам в хмуром и сыром утре. Увидев направляющуюся к офису Сашу, помахала ей рукой.
— О, привет! А чего ты здесь? — обеспокоенно спросила она, подойдя ко мне.
— Поссорилась с родителями вчера, а сегодня позорно сбежала, — простонала я и уронила голову на руки.
— Леру-у-усь, — расстроенно протянула подруга, опустившись за стол напротив меня.
— Такое впечатление, что мне шестнадцать! — выпалила я.
— Слушай, ну, может сядь с ними и поговори. Терпеливо донеси, что…
— Это бестолку, Саш. Я так с пятнадцати лет живу. Переезжать надо. То есть надо-то уже давно по факту.
— Ну вот, значит потерпеть тебе осталось всего месяц. Уверена, тебя возьмут в штат. Ничего Войт не сделает. Хотел бы сделать — уже бы сделал.
— А он и сделал, — простонала я.
А потом рассказала про День рождения, про родителей, колье и платье, ставшее, собственно, причиной ссоры с папой.
— Лерка, да он, похоже, запал на тебя, — всплеснула руками Саша.
— Ага, конечно.
— Иначе бы не стал так заморачиваться, дорогая. И, если не будешь дурой, то, может устроишь свою личную жизнь.
— Нет, Саш. Я таки буду дурой и буду держаться от него подальше.
В ответ подруга молча закатила глаза.
* * *
— Лера, ты должна понимать, что мы с мамой беспокоимся о тебе и желаем только добра, — прервал молчание за ужином папа.
— То есть все, что ты сказал мне вчера было из беспокойства и добрых пожеланий, правильно? — проигнорировав мамин предупреждающий взгляд, сказала я.
— Возможно я неправильно выразился на эмоциях, дочка. Но нас с мамой действительно очень беспокоило то, по какой причине вы столько лет не заводили детей.
— Мы говорили, по какой причине, папа. Хотели встать на ноги. Заработать на свой угол. А потом уже сами отношения пошли на спад и вопрос отпал сам собой. И я очень рада тому, что получилось именно так. Ребенок так или иначе связал бы нас навсегда.
— Если бы ты послушалась меня изначально и не выходила бы за…
— Папа, с кем быть и за кого выходить замуж — это только мое дело. Это моя жизнь и мои ошибки. Я взрослый, самостоятельный человек и буду жить так, как, посчитаю нужным. Если ты не сможешь этого принять, тогда наше общение будет сведено к минимуму.
— Пока ты живешь в моем доме…
— В ближайшее время я перееду на съемную квартиру, папа. И этот вопрос будет решен, — я отложила приборы и поднялась из за стола. — Спасибо за ужин, мам.
С этими словами я ушла в свою комнату. Вслед донеслась папина ругань и мамины причитания.
— Дима! Дима, я сама…
Через несколько секунд мама постучала в дверь.
— Доченька, папа не хотел сказать ничего плохого. Он любит тебя, ты же знаешь. И знаешь, какой у него характер.
С языка так и рвались слова о том, что если б не его пресловутый характер, то возможно я бы не ухватилась за брак с Пашей, как утопающий за спасательный круг, сделав его буфером между нами, но я промолчала. Не только потому, что пожалела мамины нервы, но и поскольку вспомнила свою психотерапию. И простую истину — за все, что произошло в моей жизни, ответственна я сама. И раз я столько лет держалась за деструктивный брак, значит мне было удобно. Значит мне хотелось и было проще проживать одни эмоции взамен других.
— Даже не думай переезжать.
— Мам, я не то, что думаю об этом, я это сделаю. Мне двадцать девять лет. И, по хорошему, я должна была переехать еще давным-давно. И вовсе не из-за папы, но потому, что так правильно.
— И тебе не жалко отдавать половину зарплаты за то, что никогда не будет твоим?
— Моим будет самоощущение, мам. Я буду отдавать половину зарплаты именно за это. Пожалуйста, прими мое решение. Потому, что оно не изменится.
— Делай как знаешь, — с этими словами она вышла.
Было жалко, что я расстроила ее, но я понимала, что иного выхода просто нет. Вопрос только в том, как переехать, если…
Мысли снова вернулись к Войту. Исходя из того, что он таки в Австралии, у меня есть целые сутки подумать, что делать и подготовиться
