выйти.
Найк бросил автомобиль на парковке и стремительно поднимался в центр, перепрыгивая через ступеньки. Сара, шагая взад вперед, ждала у входа. Женщина лет тридцати была высокого роста со светлыми волосами, чуть ниже плеч и голубыми глазами.
— Ну что, девушка не объявилась? — Найк все еще надеялся на лучшее.
— Нет, она как будто растворилась, ее нигде нет. Но мы не успели обойти все помещения. Плохо, что камера видеонаблюдения снята, и ее установят только к вечеру.
— Это просто роковое стечение обстоятельств. Именно на этаже, где находилась девушка, камеры отключились. Я такого не помню за все время моей работы. Наверное, это моя маленькая ведьмочка шалит.
— Почему ведьмочка. Это конечно не мое дело, но скажите, кто она?
— Эта девушка для меня все, — Найк с легкой грустью взглянул на Сару. Потом он резко сменил тему. — Ну а внешние камеры. Что они зафиксировали?
— Я об этом не подумала… — Сара пожала плечами.
— Хорошо, это не важно, я буду говорить по внутреннему радио. Принеси мне микрофон.
— Она вас услышит, точно. Гениально… — Сару всегда восхищал ее начальник, но он уже давно дал ей понять, что с ней у них только рабочие отношения.
Найк включи микрофон.
Он заговорил на английском языке.
— Внимание всем сотрудникам. Будьте внимательны. Девушка, которая недавно поступила в центр пришла в себя. Далее моя речь будет обращена к ней. Если кто-то ее заметит немедленно сообщить мне, — Найк заговорил на болгарском. Он знал много языков, особенно тех стран, в которых открыты филиалы его корпораций. Этим языкам он уделял больше своего внимания. Изучал их более подробно. Языки ему давались легко, и он приспосабливал свою речь под нужный акцент.
— Внимание, мое обращение к девушке, которая покинула свою палату. Я прошу вас вернуться обратно, либо спуститься на первый этаж. Лифт находится в коридоре справа от вашей палаты. Хочу представиться, я ваш лечащий врач, и мне необходимо осмотреть вас, чтобы помочь, если это необходимо. Я отвечу на все ваши вопросы. Все будет в порядке. Здесь никто не желает вам зла. Дело в том, что не все специалисты центра знают болгарский, поэтому вы не получила ответы на свои вопросы.
Вероника услышала по радио обращение. Мужской голос ровный, размеренный, он завораживал. «Кто ты такой? Врач говоришь? Я как минимум не в Болгарии. Меня вывезли. Без сознания. Такое возможно если это… о боже. Меня продали в рабство. Да нет, на органы и готовят к расчленению. Поэтому я им нужна. Если бы в рабство, то был бы какой-нибудь подвал, а тут красиво все» Вероника осмотрела себя. «Живот без шрамов, значит, еще не успели вырезать ничего. Что же делать? Надо бежать отсюда» Вероника понимала, что умолять, тут не получится. Надо думать «Думай, думай. Лестница на фасаде, маленькая, я спущусь потихоньку, никто и не увидит». Ника открыла маленькое пластиковое окошко. Порывистый ветер пугал, но девушка вспомнила, как недавно летела с моста. «Если я тогда не умерла, то сейчас все точно будет в порядке» и подтянувшись забралась на подоконник. «Боже, как высоко»
Найк снова заговорил.
— Девушка, я тебя прошу, вернись в палату. Тебе еще рано вставать. Возможно головокружение. Необходим покой. Прошу, дай знать о своем местонахождении.
Высунувшись на улицу, Ника ощутила, как холодный ветер ударил в лицо. Она ухватилась за маленькие перекладинки и начала потихоньку выбираться.
Найк, поднявшись на этаж, услышал легкий шум. Свежий воздух ударил в лицо. Дверь санитарной комнаты сама распахнулась от сквозняка. Найк метнулся туда и увидел открытое окно. Девушки не было видно. Сердце оборвалось. Он запрыгнул на подоконник и увидел, как девушка, слабеющими руками перебирая перекладинки пожарной лестницы, спускается вниз
— Да что ж ты делаешь, черт возьми?!
Ника подняла голову и увидела черные глаза, которые были полны ужаса. Голова предательски кружилась, и одна рука стала слабеть. Найк в один прыжок преодолел расстояние и схватил девушку за руку. От падения, ее отделяла секунда. Ник уверенно подтянул ее выше и, перекинув девушку через плече, стал стремительно подниматься.
Ника, слабея понимала, что ее план провалился. Она почувствовала тепло исходившее от этого мужчины. Он придерживал ее одной рукой.
Она начала плакать, понимая, что попалась.
— Тише, тише. Сейчас все будет хорошо, — Найк понимал, что немного грубовато схватил ее, когда она чуть не сорвалась. Но ее жизнь была на волоске от смерти, и надо было действовать быстро. Он подумал, что возможно сделал больно, и поэтому она плачет. Найк осторожно опустил девушку на пол и захлопнул окно. Вероника оказалась значительно ниже Найка. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза. В горле, немея, застывали слова. Хотелось говорить, но что-то мешало. Удушающий страх и ужас, словно он сейчас совершит над ней самосуд. Его добрые слова не успокаивали. Он напоминал ей хищника, страшного зверя, который готов был разорвать ее на куски. Они смотрели друг на друга. Найк понимал, что ему просто необходимо ее сейчас успокоить. Она словно призрак увидела. Чертово проклятие.
— Я прошу отпустить меня. Я найду деньги и заплачу. Дам больше, чем вы получите, продав мои органы, — слезы катились из глаз. Найку показалось, что он ослышался, он за руку, как ребенка вернул девушку в палату.
— Что ты только что сказала? — Найк нервно усмехнулся. Ее логика и действия были совершенно лишены смысла. Она удивляла его все больше. Он предполагал все что угодно, но такое. Он прижал ее к груди и прошептал над ухом. — Как можно было такое нафантазировать? Я никогда не причиню тебе зла. Я действительно твой врач, и ты в полной безопасности здесь. А если ты предположила, что тебя продали на органы, то процедура изъятия необходимых органов происходит в Европе. Если предполагаемые доноры из Европы. Я этим не занимаюсь, но знаю, что такое есть в нашем современном мире. Успокойся. Я знаю, что не совсем правильно то, что я тебя вывез из Болгарии. Но твои травмы были очень серьезными. Требовалось дополнительное лечение. Пришлось действовать быстро, — он немного отстранился и заглянул
