обрадовался шеф. – Ты чего ко мне зашла-то? Помощь нужна?
– Нет, спасибо, мне Валентина Павловна все рассказала и показала. Я на обед отпроситься хотела.
– Очень даже вовремя – я как раз тоже пообедать собирался, вместе пойдем, – Владимир встал из-за стола, одернул пиджак и хищной походкой направился к своей помощнице. При этом Маше стало несколько не по себе: она почувствовала себя пташкой, на которую охотится опытный лис.
– Может, не надо? – пискнула она, глядя на Петровского снизу вверх, сама себя презирая за робкий голос и нелепость прозвучавшего возражения, которое и возражением-то назвать было нельзя.
– Надо, Маша, надо, – ожидаемо изрек начальник. – Ты же не знаешь еще, где здесь можно вкусно и недорого пообедать? А я знаю, покажу. К тому же я не люблю обедать в одиночестве.
– Хорошо, – сдалась Маша, – составлю тебе компанию, раз настаиваешь.
За обедом, вопреки ожиданиям Маши, Владимир вел себя сдержанно, ничего лишнего себе не позволял. Разве что не дал своей спутнице заплатить за себя, но она и не сильно настаивала.
Настроение у женщины поднялось, но ненадолго. Уже при выходе из кафе она услышала разговор двух посетительниц.
– Видела новую секретутку Петровского? – спросила одна из дам подругу.
– Нет еще, а где? – завертела головой вторая дама.
– Да вон же – с волосами, как у Мальвины, – хмыкнула первая.
– Чем дальше – тем чуднее, – отозвалась вторая, бесцеремонно разглядывая замешкавшуюся Машу.
Та пробкой вылетела из кафе, не дождавшись беседовавшего о чем-то с барменом Петровского.
– Куда ж ты убежала, Машенька? – спросил, догнав свою помощницу почти уже у самого офиса, Петровский.
– На работу спешу, – соврала Маша. – В приемной же нет никого, а вдруг кто звонил? Утром кто-то названивал, я трубку снять не успела.
– Кому нужно – дозвонится, – философски изрек Владимир. – Но если тебя это прям так сильно беспокоит, скажу Бурмисторовой, чтоб, пока тебя нет, на звонки отвечала. Она всегда на месте.
– Спасибо, – поблагодарила Маша.
Вторая половина рабочего дня прошла без приключений, и Машу ничто не задержало. Так что на родительское собрание она опоздала совсем чуть-чуть. Но войти в кабинет и сесть за свободную парту незамеченной не вышло. Мало того, что появление в дверях женщины с фиолетовыми волосами привлекло всеобщее внимание, так еще и Милана Даниловна Усатова – будущая учительница Симы – так строго посмотрела на Машу поверх очков, что та съежилась и выдала, как когда-то в школе:
– Извините за опоздание, Милана Даниловна. Можно войти?
– Заходите, Королькова, – разрешила Усатова.
– Королева, – поправила Маша, осматривая класс в поисках свободной парты. Свободное место оказалось лишь напротив учительского стола, рядом с Надей, Королевской соседкой. Пришлось продефилировать через весь класс, ловя на себе осуждающие, как показалось Маше, взгляды родителей Симиных одноклассников.
Список необходимых канцтоваров и материалов для творчества Усатова продиктовала до того, как пришла Маша. Об этом можно было догадаться, заглянув в блокнот соседке.
– Дай списать, – попросила Маша Надю.
– Спишите потом, Царева, – пристыла Машу, как школьницу, Милана Даниловна, – Вы все-таки не ребенок, нельзя так несерьезно относиться к родительским обязанностям!
– Во-первых, я не Царева, а Королева, – процедила взбешенная непедагогичным поведением педагога Маша. – А во-вторых, я не пренебрегаю своими обязанностями. В-третьих же, прошу не забывать, что вы общаетесь не с первоклашкой, а со взрослым человеком.
– Я и не забываюсь – это Вы забываетесь, – прошипела в ответ Усатова. – Вы находитесь в школе и должны вести себя прилично!
– Я и не забываюсь. Что я сделала неприличного? – вскочила Маша.
– Сядьте, Королева, и не мешайте вести собрание, иначе мне придется попросить Вас покинуть помещение! – сквозь зубы бросила Усатова.
На Машу зашикали. Пришлось сесть и, изобразив внимание, величественно разрешить:
– Продолжайте, я не стану Вас перебивать!
После собрания Надя все-таки дала Маше переписать из блокнота перечень необходимых канцтоваров и даже утешила:
– Не обращай внимания. Так Милана Даниловна нормальная, говорят. Не знаю, что на нее сегодня нашло.
Вечером Маша уговорила Ренату выдать ей на время ее старую симку: нужно было продиктовать мужу, что необходимо купить для Симы к школе. Набрала Витин номер.
Глава 14. Король и его принцесса
Витя дочку любил. Всегда тискал ее, приходя вечером с работы, спрашивал, как дела. По выходным почти никогда не отказывался составить Маше и Симе компанию во время прогулки. Иногда даже книжки дочке читал и сказки, какие помнил, рассказывал. Денег на игрушки и одежду для Симочки не жалел. Все разрешал своей малышке, никогда строго с ней не разговаривал – баловал. И был убежден, что свой отцовский долг выполняет на пять с плюсом. И даже не думал, что когда-нибудь Симочки в его жизни станет слишком много.
Однако за выходные общения с дочкой Витя наелся под завязку. Фантазия иссякла, и он с ужасом думал, что придется выдумывать новую игру, чтобы позабавить дочь и убедить ее что-то сделать, не прибегая к повелительному наклонению. Понедельника он ожидал, как узник амнистии.
Но в воскресный вечер все его мечты о свободе рассыпались в прах. Виктор понял, что расслабиться и немного отдохнуть от ребенка не удастся – придется брать Симочку на работу. Но он понимал, что там ему будет не до дочки, развлекать ее ему будет некогда, а что способен семилетний ребенок натворить из-за скуки, было страшно представить. Однако выбора у него не было.
Будильник Виктор поставил на полчаса раньше обычного: подсчитал, что этого времени на то, чтобы разогреть купленную вчера выпечку, накормить дочку завтраком и одеть по погоде, будет достаточно. Но просчитался. Больше получаса ушло только на то, чтобы Симу разбудить. Завтрак тоже занял больше времени, чем планировал Витя. В итоге из дома они с Симой вышли, когда Королев должен был уже восседать за директорским столом в своем кабинете.
– А где мама? Почему она не пришла? – спросила Сима, как будто забывшая о том, что мама с понедельника собиралась выйти на работу, оставив дочку на попечение отца. – Она еще не нагулялась?
– Вероятно, еще не нагулялась, но, надеюсь, уже скоро нагуляется, – согласился Витя.
На звонок секретарши Милы не ответил – был за рулем, а на заднем сиденье он вез свою девочку, так что рисковать, отвлекаясь от дороги, не имел права. Да и смысла отвечать не было. Виктор понимал, что секретарша звонила, чтоб узнать причины его же отсутствия на рабочем месте после девяти утра: он почти никогда не задерживался, а если и случалось такое, всегда предупреждал.
– Ах, вот в чем дело! Вот почему Виктор Борисович задержался, – сразу
