Читаем без скачивания День гнева - Чингиз Абдуллаев

— Сделаем, — кивнул Потапов, внеся соответствующую пометку в блокнот.

— Кому намерены поручить руководство группой по охране Полетаева?

— Полковнику Кикнадзе.

— Согласен, — кивнул директор, — он спокойный и рассудительный человек. Пусть немедленно выезжает в Министерство финансов. Дайте ему необходимое количество людей. Что еще?

— Для страховки я прикрепил бы к нему в качестве помощника Суслову, — сказал Потапов, — на всякий случай.

— Правильно, — согласился директор. — У вас все?

— Может быть, в группу включить Руднева?

— Руднева? — помрачнел директор. — Погибший, кажется, был его родственником?

— Племянником.

— Как Руднев себя чувствует?

— Плохо. Поехал сообщить брату о случившемся несчастье. А у брата больное сердце, и он за него боится.

— Дайте ему трехдневный отпуск. И вообще отстраните от работы. В таком состоянии нельзя являться на службу. Не говоря уже о том, чтобы подпустить его к Полетаеву или другому высокопоставленному лицу.

— Он еще не был в морге, — тихо заметил Корниенко.

Наступило молчание. Директор первый прервал его, подумав, что служебный кабинет не место для проявления эмоций.

— Остается проблема Слепнева, — сказал он, — как собираетесь ее решать?

Потапов перевел взгляд с Корниенко на директора и заметил:

— Против такого профессионала может действовать только настоящий охотник.

Корниенко, слегка покраснев, поправил очки и твердо пообещал:

— Мы найдем Слепнева.

— Не сомневаюсь, — сказал Потапов, — только бы не опоздать. Необходимо просчитать каждое его действие на шаг вперед. Извините меня, Корниенко, вы отличный специалист, один из лучших следователей, но пытаться напасть на след Слепнева занятие бесполезное. Главное — вычислить, где и когда он может появиться. Не забывайте, что Слепнев специалист высокого класса и может запутать следы.

— Я не умею предугадывать, — чуть запинаясь, сказал Корниенко, — но все равно мы его найдем, — упрямо повторил он.

— Не горячитесь, — сказал директор, — генерал Потапов прав. Это не обычный уголовник. Его нужно не просто найти. Нужно вычислить и взять прежде, чем он начнет действовать.

— Мы будем его искать, — сказал Корниенко, — постараемся вычислить.

— Этого недостаточно, — стоял на своем Потапов. — Нужен аналитик, который сумел бы понять образ его мыслей, предугадать его действия. Здесь даже наши аналитические службы бессильны.

— Я знаю, куда вы клоните, — с нотками недовольства в голосе сказал директор, — хотите снова привлечь к делу того подозрительного субъекта со стороны? Чем он вам так понравился?

— Он выручал нас в трудных ситуациях, и не раз. Помните историю с похищением ядерных зарядов в Чогунаше? Он тогда не только установил, кто именно похитил ЯЗОРД, но и сумел его найти.

— У нас и свои следователи есть, — буркнул директор, — нечего привлекать посторонних, тем более что речь идет о нашем бывшем сотруднике. Слепнев как-никак был нашим товарищем.

— Был, — выразительно заметил Потапов.

— Значит, мы и должны его найти. А не этот ваш специалист. Кстати, как его имя?

— Он предпочитает, чтобы его называли Дронго.

— Вот именно — Дронго. Он, конечно, неплохой специалист, но зачем вмешивать в наши дела такого рода экспертов? Не нужно. Думаю, мы вполне справимся сами.

— Этот человек умеет делать то, что не под силу никому другому, — сказал Потапов. — Он гениальный аналитик.

— Не нужно, — упрямо повторил директор, поморщившись, — вообще слово «гениальный» никак не вяжется с нашими доморощенными экспертами. Не отрицаю, он обладает некоторыми навыками решения подобных задач. И только. Поэтому давайте подумаем, как обойтись без него.

В этот момент зазвонил телефон. Директор посмотрел, какой именно, и сразу изменился в лице. Звонил сам президент. Осознавая важность момента, директор невольно подтянулся и снял трубку. Остальные затаили дыхание.

— Что происходит на улицах города? — гневно спросил президент.

— Сегодня была совершена попытка террористического акта, — доложил директор ФСБ чуть дрогнувшим от напряжения голосом.

— Как это попытка? — сказал президент. — Мне доложили, что у нас в городе уже стреляют из гранатометов. Есть погибшие. Это вы называете попыткой?

— Террористы организовали нападение на автомобиль министра финансов Полетаева. К счастью, Артема Сергеевича в автомобиле не было, но пострадали водитель и охранник, оба погибли.

— К счастью для кого? — спросил президент. — Вы хоть понимаете, что происходит? Террористы обнаглели настолько, что открывают стрельбу прямо в центре города, а вы говорите — «к счастью». Нужно найти и наказать тех, кто решил, что у нас нет законов. Или вы способны только чужие разговоры подслушивать?

Директор ФСБ вспыхнул и бросил взгляд на подчиненных. Может быть, они все же не слышали, что сказал президент. Ведь ни для кого не секрет, что не только ФАПСИ — Федеральное агентство правительственной связи, а еще и ФСБ прослушивает правительственные кабинеты и разговоры чиновников. Директор передавал информацию лично президенту, не сообщая ее даже своим заместителям.

— Мы сделаем все возможное, — сказал директор, — но необходимо прикрепить к Полетаеву наших людей, чтобы обеспечивали его безопасность.

— Вот это правильно, — согласился президент, — и докладывайте мне лично о ходе расследования.

Он отключился, и директор осторожно опустил трубку на рычаг. Посмотрел на обоих офицеров, снова поднял трубку и связался с начальником службы охраны. Раньше Девятое управление КГБ, на основе которого и была создана служба охраны, входило в структуру Комитета государственной безопасности и подчинялось Комитету. Но в начале девяностых эта структура была выведена из подчинения КГБ и организована как самостоятельная служба. Между ФСБ и службой охраны всегда существовало негласное соперничество. Трубку снял начальник службы охраны.

— Добрый день, — сказал директор ФСБ.

— Здравствуйте, — весело ответил начальник службы охраны. В его компетенцию входила охрана всех высших правительственных чиновников и правительственных резиденций. Но в случае нападения террористов он делил солидарную ответственность с директором ФСБ. А так как сегодня утром погиб один из сотрудников службы охраны, то можно было, ссылаясь на это, обвинить ФСБ в том, что именно их службы упустили террористов.

— Я звоню насчет сегодняшнего нападения на министра финансов, — сказал директор.

— Мне уже сообщили. Погиб наш сотрудник, героически пытавшийся предотвратить нападение, — явно издеваясь, сказал начальник службы охраны.

— Соболезную, — едва сдерживая ярость, прошипел директор, — поэтому мы и решили помочь вам. С двух часов дня берем Полетаева под свою охрану.

— Думаю, мы сами справимся, — возразил начальник службы охраны. — Вы лучше террористов ищите!

— Это приказ президента, — не без удовольствия сообщил директор ФСБ.

Его собеседник помолчал несколько секунд, потом сухо сказал:

— Желаю успеха. — И положил трубку.

Директор с улыбкой обратился к Корниенко:

— Полагаю, нам и своих экспертов хватит. Как вы считаете?

— Так точно. — Корниенко поднялся со своего места.

— Вот и прекрасно, — сказал директор, — к Полетаеву прикрепим группу Кикнадзе. А вы начинайте поиск Слепнева параллельно с расследованием этого нападения. И покажите всем, как мы умеем работать.

День первый. Москва.

14 часов 05 минут

Они приехали в министерство к двум часам дня. Восемь офицеров ФСБ прошли в приемную, и полковник Кикнадзе попросил секретаря доложить о них министру. Кикнадзе было сорок два года. Грузин по происхождению, он всю жизнь прожил в России и говорил по-русски без всякого акцента, от которого так трудно избавиться тем, кто с детства говорил по-грузински. Дмитрий Георгиевич Кикнадзе служил в контрразведке более шестнадцати лет, придя сюда еще во времена правления бровастого генсека, когда само название КГБ вызывало ужас у граждан огромной страны и доброй половины человечества.

Кикнадзе сделал неплохую карьеру и в свои сорок два был одним из лучших специалистов по антитеррористической деятельности в стране. Вместе с Кикнадзе в министерство приехали шестеро мужчин и одна женщина, на которую сразу обратили внимание секретарша министра и его помощники. Женщине было где-то под сорок. Высокая, с короткой стрижкой, обычным лицом и обычной фигурой. В общем, ничего такого, что свидетельствовало бы о ее принадлежности к элитарным спецподразделениям ФСБ. Разве что темные очки, которые она не сняла даже в помещении. Однако все понимали, что она не рядовой сотрудник. Офицерам пришлось ждать минут двадцать, пока министр проводил совещание.

Полковник Кикнадзе прошел к министру, когда от него выходили его заместители и помощники. Полетаев не покидал своего кабинета, куда приехал после встречи с премьером, понимая, как важно детально проработать позиции Министерства финансов перед завтрашней лондонской встречей.