из магической приблуды в зале собрания, я бы и пальцем не пошевелил. Судя по размерам рельсы у него на плече, причуда замаскированная под видеокамеру была довольно убойной, конечно если у её создателя не было склонности к гигантизму. Мне тут билет до Магаданской губернии пытаются выписать, а меня должна волновать смерть нескольких десятков чопорных князьков? Ага, как же… От скверха уши и оба левые! Вообще не трогает… Мне с ними не в дрейф на одной посудине отправляться. Только был один веский аргумент, который менял всю мою концепцию. Сейчас рыбий глаз объектива этой бандуры смотрел прямиком на меня, и что-то мне подсказывает, что эта штука стреляет не из своей задней части, а туда, куда смотрит её объектив.
«Мля…Расстояние большевато» — Прикинул я, выкидывая правую руку в направление «оператора», для помощи себе жестикуляцией.
В следующее мгновение активировался контур, но несмотря на это события понеслись быстрее флаера на форсированном ходу. Мне удалось «Манипулятором» собрать оргон вокруг стрелка, чтобы вырвать у него из рук приблуду, когда на мне повис капитан разведчиков.
— Левая сторона зала! Оператор! — Проорал я, съездив от души локтем в нос Димасу Олеговичу, скручивая оргон на приблуде, вырывая её из рук доходяги. — Взять, олухи!
В то же мгновение, левый бок обожгло тупой болью. Зашипев, удерживая контроль над вырванной из рук стрелка приблудой, я поднял её вверх, на расстояние около пятёрки метров над головой ошарашенного таким действом оператора. Не мудрствуя, взявшись левой рукой за бок, не обращая внимания на творящееся вокруг, развернув выброшенную вперёд руку ладонью вниз, я с размаха опустил эту гробину прямиком на кабину интервенту.
Камера разлетелась на части, а вот доходяга к моему удивлению оказался гораздо крепче, чем выглядел. Тряхнув головой, он вытянул вперёд обе руки, выставив ладони вперёд. Звука из-за звона в ушах я не слышал, но почувствовал, как дрогнул пол под моими ногами, а столб магического фиолетового огня, разрезая воздух понёсся прямиком в мою с Иоаном сторону.
Выматериться я не успел, а сжавшиеся шары резко утратили блеск, расслабляясь. В дело вступили гвардейцы. Натолкнувшись на невидимую преграду, издав треск, отбрасывая языки магического пламени в разные стороны, столб эфирного огня выпущенный оператором начал истаивать, теряя свою силу. Бухенвальдский крепыш вновь вскинул руки, но второй атаки не последовало. Махая руками и ногами, доходягу оторвало от пола, подбросив вверх на пару метров, после чего в него вонзилась пара магических снарядов техник «Эфирное копьё» и в довершение «Гарпун», потянувший стрелка к одному из гвардейцев будто на буксире. В момент сближения, последовал мощный удар в челюсть, сопровождающийся магическим всплеском, с разошедшейся в стороны круговой волной фиолетового марева. Доходяга, рубашка которого превратилась в лохмотья, прокатившись по мрамору, врезался бы в стену журналистов, если бы не ещё один гвардеец, пинком прибивший к полу стрелка.
— Скоты! Шавки императорские! — Прохрипел оператор, лежащий брюхом вниз, перед тем, как подошедший к нему гвардеец, сняв с пояса тридцатисантиметровый жезл, с квадратным сечением, упёр его конец между лопаток потерпевшему.
Подоспела ещё пара гвардов и методично принялись заламывать руки магу. Поняв, что всё кончено, я удосужился взглянуть на свой левый бок.
— Ммм… Скверно. — Подобрав корректное выражение, чтобы не травмировать окружающих, я осторожно вытянул мизерикорд из своего левого бока, демонстрируя его капитану, нос которого напоминал раздавленную картошину. — Ваше, Дмитрий Олегович?
Не дождавшись ответа, немного злясь на самого себя, что пропустил тычку этой зубочисткой, я швырнул кинжал с узким трёхгранным лезвием под ноги разведчику.
Жалея о том, что вокруг огромное количество зрителей, я поднял взгляд на Иоана, который всё это время находился передо мной на расстояние чуть меньше полутора метров и обомлел. За всё это время император даже не сдвинулся с места, а выражение его лица, как было угрюмым, так и осталось.
— Князь Станислав, вы в порядке? — Поинтересовался Иоан, внимательно глядя на маленькое отверстие прокола, оставшееся на рубашке. — Может необходима медицинская помощь?
— Необходима, — честно признался я, чувствуя, как от бурлящего внутри бешенства у меня начинают отказывать «тормоза». — Помощь нужна вот этому идиоту, который пырнул меня кинжалом. Не помню, чтобы в Российской империи была отменена презумпция невиновности. За мной сохраняются все привилегии, пока моя вина не доказана. Сейчас вы совершили вооружённое нападение на князя уважаемого рода….
— Я могу объяснить. — Убрав платок от разбитого носа, капитан отбил полупоклон. — Я классифицировал ваши действия, князь, когда вы вытянули руку, как попытку нападения на Великого….
— Я вас классифицирую как придурка, которому кокарда фуражки жмёт на мозги. У меня всё. — Чувствуя, неописуемое облегчение от сказанного, мною тут же был исполнен полупоклон. — Прошу меня извинить, император. Медицинская помощь ненужна. Теперь я в полном порядке.
Это была не бравада, а чистая правда. Каон «Геморандж» не давал мне истечь кровью, а регенерация на пятом крыле справится с этим незначительным проколом в течении часа. Жаль, что до завершения «Стального сердечника» ещё девятнадцать петель оставалось. Отделался бы лёгкой царапиной.
— «Врил» рано или поздно тебя достанет, Иоан! — Раздался истошный крик справа, после чего последовал глухой хлопок удара.
Кому-то из гвардейцев явно не понравилась бесцеремонность, которую допустил худосочный маг по отношению к императору.
— Р-ххх! Ты ничтожество без своих псов! Если бы….
У гварда рядом вновь сдали нервы, а речь доходяги была прервана увесистой плюхой.
— Как ты узнал, Станислав? — Спросил император, странно сощурившись, посмотрев в сторону мага.
— Часы у него на руке странными показались. Долго не мог вспомнить, где их видел, пока вы не упомянули про время. На самом деле это причуда скрывающая эфирное тело. Вот почему служба безопасности не смогла распознать в нём мага. Видел нечто подобное при штурме подпольной лаборатории. — Краем глаза я взглянул, как гвардейцы неспешно поволокли неудавшегося убийцу к выходу.
— Вот значит как. Наблюдательность очень хорошая черта. — Ровным голосом сказал Иоан, но в тот момент, когда он как и я взглянул вслед уходящей процессии гвардейцев.
На мгновение в его угрюмом взгляде проявился неподдельный гнев. Ничего не говоря, Иоан неторопливо зашагал к центральной площадке перед трибунами, где стояла полоса журналистов перед разделительными заграждениями и оцепление из гвардов.
— Подождите. — Повелительно произнёс Великий князь, а его голос посредствам какой-то
