— Хм… А как далеко находится то место, которое ты называешь своим? — Не без подозрительности глядя на меня, спросил осторожный Отуупаак.
— Ну… До Большого Щита, мы плыли к нему восемнадцать дней. — Глядя на него самыми честными своими глазами, столь же честно ответил я.
— Хм… Странно. Я плавал и на запад от Большого Щита, и на восток, и нигде не видел таких людей как вы, и таких кораблей… — В голосе Отуупаака читалось не столько сомнение, сколько вопрос.
— Тогда тебе предстоит увидеть что-то новое. — Радостно заверил я его. — Думаю, это стоит небольшого путешествия. Уверен — тебе понравится!
Вот так и получилось, что на нашем кораблике, стало немного тесновато. Нет, не то чтобы критично, — но вписать двух новых людей в сработавшийся экипаж, — задача всегда не простая. А уж когда на одной палубе собираются целых три капитана…Да еще два из них, — старые враги…
Короче, проблем мне хватало. Зато и информации стало поступать значительно больше. К тому же, можно было перепроверять сведения Ясьяяака у Отуупаака, и наоборот.
Они конечно мне не врали… но частенько лукавили, утаивая мелкие детали и подробности. Все-таки, они в этих краях были своими, и всеми силами старались минимизировать ущерб посудной лавке, который нанесет ей, забредший не пойми откуда слон. Кажется они даже заключили временное перемирие, и о чем-то сговорились между собой. Так что, задавая им вопросы по раздельности, приходилось держать ухо востро.
К счастью, как правило, их выдавало излишняя согласованность в речах. Когда два разных человека говорят об одном и том же предмете, одинаковыми словами, это наводит на размышления!
Но пока я поймал их на вранье всего пару раз. И оба раза, они пытались предотвратить наш визит в рыбачьи поселки. То ли боялись за их жителей, — которые возможно снабжают продовольствием проходящие мимо корабли. То ли боялись быть увиденными этими жителями, в компании неизвестных людей, от которых так и веет проблемами и неприятностями.
Но в общем-то, нам и самим не больно хотелось лезть в эти поселки.
В город Шамиакаар, чье название означало «белый горшок», наоборот, хотелось. Но толика здравого смысла, возражала против этого. — Город был одной из больших баз Рода Черной Скалы на побережье, и гарнизон там должен был быть куда больше того, что стоял на Оленьей речке.
Так что я с удовольствием обошел бы его далеко по морю, как и предполагал сначала, если бы на свою беду не озаботился вопросом, — чем местные гончары топят свои печи, для обжига керамики.
— Камнями. — Услышал я в ответ.
Вот тут-то вот и взыграло ретивое… Я ведь у себя Там, уже задолбался этот уголь искать. И задолбал всех окружающих, вопросами о нем.
Тока вы сами попробуйте описать как выглядит и пахнет этот самый уголь, особенно когда сами видели его пару раз в жизни, в приготовленном для непосредственного засыпания в топку котельной, виде.
Чего мне только не притаскивали в ответ на мои просьбы. Пару раз я даже и сам почти поверил что это уголь, но вот заставить загореться предъявленные образцы, так и не смог.
Так что думаю уголь, в глазах моих соплеменников, стал восприниматься как некая, почти безобидная, хотя и слегка беспокоящая блажь их шамана. И вот теперь мне выпал шанс утереть нос этим фомам неверующим!
— Камни которые горят… — Понятливо кивнул головой Лга’нхи, посмотрев на меня как добрая мамаша, после того как пощупала горячий лобик, собственного дитяти.
— Точно. — Закивал головой я. — Ясьяяак сказал, что они тут есть!
— И чего ты хочешь? — Набрать их полную лодку?
— Да нет. — Терпеливо ответил я, потому что видел что Лга’нхи откровенно глумится надо мной (не так часто ему выпадали подобные возможности), так что худшее что я могу сейчас сделать, это поддаться на провокацию. — Мы возьмем лишь несколько кусков. И положим их в Храм. И будем показывать всем кто туда придет. — Может кто и узнает в них такие же камни, что видел раньше.
…Да ты не парься, — тут всего-то делов, я просто сбегаю и возьму.
— Ага… — Ухмыльнулся Лга’нхи. И окинул меня этаким взглядом, давая понять что он думает о моих необычайных способностях бегуна-марафонца. — Ты сбегаешь…
— Но ведь… — Сразу заподозрил я подвох. — А если не я, то кто узнает какие камни правильные?
— Так ведь ты и сам говорил, что такие камни только во сне видел. Ты там вообще много чего видел, и людей летающих, и дома высотой до неба… Сны, сам знаешь, обманчивы.
— Но ты их даже и во сне не видел! — Насупившись, отбрил его я. — Притащишь еще чего-нибудь не то.
— Которые горят, те и притащу. — Хладнокровно ответил Лга’нхи.
Шамиакаар пришлось обходить по большой дуге. По очень большой. Потому как оба наших капитана-лоцмана, дружно заверили нас, что из города, на промысел рыбы ежедневно выходят сотни лодок, потому как харчи, в этом краю, довольно дорогое, и можно сказать, — редкое удовольствие.
В том смысле, — что если бы не регулярные поставки харчей издалека, — местного ресурса пахотных земель, на то чтобы прокормить все, занятое на работе с глиной, население, явно не хватило бы. А значит, помимо рыбачьих лодок, нам надо еще и опасаться попасться на глаза и караванам везущим продовольствие. И тем ушлым ребятам, которые поджидают эти караваны. — Как это обычно и бывает, у такого крупного торгового узла, всегда ошивается всякая хитрая шваль.
— И не думай что они испугаются вашего большого судна. — Весьма резонно заметил мне Ясьяяак, который и сам, как мы уже выяснили, был не чужд романтики легкой наживы. — На вас может напасть целый караван. Или встретим много рыбачьих лодок, …а они окажутся не только рыбаками.
Да уж, — море, это отдельная грань бытия, при попадании на которую, все иные законы и обычаи перестают действовать.
Мы в общем-то, каких-то там пиратов не боялись. — У нас не только лодка большая, но и копья длинные! Но и в лишние неприятности, лезть не хотелось. — Так что мы взяли круто к северу, и обошли Шамиакаар по очень большой дуге. Настолько большой что на это ушло почти четыре дня.
А потом, еще почти целый день возвращались назад, осторожно крадясь вдоль берега, пока наконец не достигли нужного места.
Информацию о нем, из Отуупаака, пришлось тянуть клещами. Когда я спросил о подходящем месте, он сначала сделал вид, что ничего подходящего не знает.
Но вы попробуйте побыть шаманом с мое, — больше пятнадцати лет… А еще и дипломатом, военачальником и купцом. — Уж чему-чему, а читать по лицам людей, я научился.
Так что крохотную искорку, промелькнувшую в глазах Отуупаака, я заметил. А потом еще и этакую дымку-поволоку, пытающуюся прикрыть мелькание этой искры.
Поднажал. Еще поднажал. Поднажал достаточно сильно… И бедолага сломался.
Надо было видеть торжествующую физиономию Ясьяяака, когда и он узнал одну из тайн своего конкурента, чтобы оценить степень огорчения, которое нанесло ему обнародование данной информации.
Но зато, мы получили настоящий подарок. — Информацию о месте, где можно не только причалить наш корабль к берегу, но, и что весьма немаловажно, — оставаться некоторое время незамеченным.
Вероятно сначала тут была речка впадающая в море. Потом она заболотилась, и превратилась не пойми во что. И даже пройдя полосу прибоя, и подойдя к ней почти вплотную, я долго не мог заметить этого обещанного места стоянки. — потом заметил. Мы с трудом впихнули «Морского Гуся» в узкую протоку, и на бечевках протащили его дальше, за невысокий холм, однако достаточно большой, чтобы скрыть нас со стороны берега.
И пусть комары со всех окрестностей, разом сочли наше появление, приглашением на большой банкет, — у нас появилась уверенность, что несколько дней мы сможем простоять тут, не привлекая ничьего внимания.
— Так вот, — в сотый наверное раз уже, повторил я Лга’нхи, тыкая пальцем в карту, составленную со слов мальчишки Тууивоасика. — Вот добегаете до этих холмов, а потом все время вдоль них, пока не увидите город…
Расспрашивать этого мелкого гаденыша пришлось в течении всех дней, что мы подходили к месту высадки, очень старательно формулируя вопросы, и стараясь предугадать все возможные варианты.
…Напоминало уроки информатики в школе. На которых я, честно говоря, больше стремился поиграть за компом, чем обогатиться полезными знаниями. Но что-то, видать осталось в голове, от общения со страшно быстро думающей, и столь же страшно тупой, машиной.
— Он говорит, что печки, на тех самых холмах и находятся… Думаю, это такие же печки, что я придумал для обжигании кирпича. Помнишь?
Лга’нхи лишь нетерпеливо дернул плечом. — Сколько я не старался приобщить его к чудесам ремесел, он в это отношении так и остался диким степняком, у которого руки хорошо заточены чтобы держать копье, а не молоток или стамеску. Так что мои замечательные печи, были ему искренне не интересны.
