Кстати, там было весьма оживлённо. Путь наш пролегал через какую-то общую залу с бильярдом, телеками и баром, где свободные от дежурства охранницы изволили расслабляться. Это было, видимо, их место для психологической разгрузки и свободного времяпровождения, и пока мы пересекли его полностью, от десятка лыбящихся красоток я успел наслушаться и поздравлений в сторону Иланы, и кучи шуточек на тему секса.
В долгу, естественно, не остался, отвечая им тем же.
– Давай, Иланочка, отымей его как следует!
– А уж как я её отымею!
– Зелья, зелья побольше ему подливай!
– У меня и так длинней, чем твой кий!
– Смотри чтоб не сбежал!
– Я не сбегаю, я обхожу сзади!
И всё в таком духе.
В конце девушка была просто пунцовая и буквально зашипела:
– Ты что творишь?!
– А чего? Они сами первые начали.
Вскоре мы дошли до её двери, и распахнув ту, она буквально втолкнула меня внутрь, с треском захлапывая за собой.
– Ну вот мы и дома, – выдохнув, чуть вымученно улыбнулась Илана, немного, похоже, стесняясь спартанских условий собственного жилья.
Было тут и вправду тесновато, остро напоминая комнату в студенческом общежитии, ту, которая двенадцать квадратов. Сбоку вход в крошечный санузел, а в самой комнате всё небогатое убранство составляли: односпальная кровать, застеленная покрывалом, у одной стены и высокий – до потолка – шкаф со столом у другой. На столе я заметил серебристый планшет дюймов на десять. Окинув комнату взглядом повторно, зацепился за большую фотографию в рамке над кроватью и круглые часы над столом.
– Ты проходи, – произнесла девушка, – я пока разденусь, в душ схожу.
Последовав её совету, я присел на кровать, а Илана, раскрыв шкаф, принялась расстёгивать форменную одежду.
Присмотревшись к висящей на стене фотографии, я вдруг понял, что это не что иное как групповое армейское фото, причём, судя по куче оружия в руках и разгрузках на телах, снятое в зоне боевых действий.
Пять девчонок. Крайняя справа Илана улыбалась со снимка в сбитом на затылок берете и со здоровенным пулемётом в руках на фоне полуразрушенного здания. Подпись в углу фотографии я тоже различил: “Кабул, дворец Эмиры”.
– Ты воевала? – спросил, посмотрев на снимающую китель девушку.
– Что? – обернулась та. Я показал взглядом на фото, и она кивнула. – Да, было дело. Полтора года в составе разведывательно-диверсионной группы, сержана воздушно-десантных войск.
– Понятно, – протянул я, наблюдая, как она чуть нервно борется с тугой пуговицей. – Давай помогу.
Подошёл к ней сзади, прижимаясь к упругому крепкому телу, приобнял двумя руками, аккуратно расстёгивая. Затем, не останавливаясь, коснулся поясного ремня. Расцепил, медленно потянул за молнию брюк. Высвободил рубашку, давая штанам сползти вниз по бёдрам. А затем резко рванул края брызнувшей пуговицами рубахи на себя.
– Что ты… – воскликнула Илана, но я уже дёрнул ткань вниз, оголяя шею и спину девушки.
Коснулся губами бархатистой кожи, начиная целовать. Она застонала, а я одной рукой принялся массировать её грудь, другой проникая в кружевные трусики.
Минут пять девушка простояла так, тяжело дыша, под ласками моих рук, а затем мышцы её напряглись, и через несколько секунд она со стоном содрогнулась всем телом, обмякая и хватаясь руками за дверцы шкафа.
– Петя... ох... ты…
– Тебе понравилось? – перебил я её.
– Глупый вопрос, – оправившись от накатившей слабости, Илана резко развернулась ко мне, впиваясь поцелуем, и бешено принялась сдирать одежду уже с меня.
“И как я пойду обратно?” – философски подумал я, когда в сторону полетел с корнем вырванный рукав моей рубашки. Но это ещё полбеды. Буквально через секунду по швам затрещали уже мои брюки.
Впрочем, меня это тоже завело, поэтому когда последний элемент моей одежды, а именно трусы, меня покинул, то я был полностью готов к бою.
– Подожди, сейчас зелье приму, – сказал я пристраивающейся на мне сверху девушке, похоже, совсем потерявшей голову от желания. Однако замер, когда её ладонь упёрлась в мою грудь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Нет, я хочу так, – хрипло прошептала Илана, блестящими глазами смотря на меня. – Плевать на размер, главное – я вижу, что ты меня тоже хочешь!
– Конечно хочу, – ответил я, подаваясь навстречу девушке.
– Тем более, он у тебя и так немаленький, – горячо выдохнула она в моё ухо, сжимая бёдрами.
Во второй раз Илана кончила где-то минут через пятнадцать. После чего полезла в душ. Впрочем, я догнал её и там, и в третий раз всё произошло под струями воды. Правда, в порыве страсти мы напрочь отломили раковину умывальника, но нас это уже не остановило.
Потом я принял-таки зелье, потому как всё имеет свой предел. Впрочем, она не возражала, трёх раз без него ей было вполне достаточно для подтверждения моего взаимного к ней интереса.
А дальше началось форменное безумство. Я воздействовал на все известные мне эрогенные зоны, постоянно держа девушку на пике возбуждения. И мы трахались, трахались, трахались…
Сначала сломалась, не выдержав, кровать, затем треснул стол, на который я, не чувствуя веса, в одно движение перенёс девушку, потом я просто прижал её к стене, долбя с остервенением, словно отбойный молоток, и заставляя штукатурку сыпаться на нас с потолка.
Мы рычали зверями, мы визжали словно дикие обезьяны! Она орала от страсти, а потом орал я, когда мои яйца будто тисками выжимало уже в восьмой раз.
Сколько это продолжалось – я не готов был сказать, часы разбились, рухнув Илане на голову, ещё когда мы развлекались на столе. Но что не час и не два – это точно.
Уже после, устало откинувшись на покосившуюся кровать, я посмотрел на пластом валяющуюся неподалёку девушку и, вытерев пот со лба, со вздохом произнёс:
– Пойду я, наверное.
– Ага, – слабо выдавила из себя Илана, приподнимаясь на локтях, и переползла поближе, тоже опираясь на жалобно заскрипевший остов постели, после чего огляделась, со вздохом вопрошая: – И как я объясню завхозу ЭТО?
– Вали всё на меня, – махнул я рукой.
– Думаешь, мне поверят?
– Скажи, что затрахала меня до смерти.
– Ну да, тут ещё кто кого надо сперва выяснить.
– Ладно, – я на дрожащих от перенапряжения руках пополз к окну, – пойду одежду поищу.
– Давай.
В этот миг в дверь осторожно постучали, и женский голос поинтересовался:
– У вас всё в порядке? Илана?
– Нормально всё! – крикнул я в ответ. – Все живые, травм и открытых ран нет.
Подобный ответ, похоже, спрашивающую не успокоил, поэтому она вновь настойчиво позвала:
– Илана!
– Здесь я! – устало крикнула девушка. – Правда, всё нормально.
В дверь стучать перестали, а я кое-как вытащил из-под обломков стола свои штаны. Посмотрел на них, отметив, что разорваны ровно посередине, и бросил обратно. В таких идти – только позориться.
– Придётся тебе одолжить мне какие-нибудь свои, – сказал девушке.
– В шкафу посмотри, – ответила та, и не думая мне помогать.
– Ладно, – буркнул я.
Пошарившись, выудил какие-то треники, напялил. Затем нашёл свою рубашку без одного рукава, но тут уже махнул рукой, одевая. Видок так и так у меня был ещё тот.
– Ну всё, увидимся.
Я подполз, чмокнул девушку напоследок в губы, и уже возле двери, кое-как приняв стоячее положение, обулся.
– Петь.
– А? – обернулся к Илане.
– Я буду ждать.
– Я тоже.
Распахнув дверь, я медленно, широко расставляя ноги, проковылял в коридор, а затем, опираясь рукой, по стеночке направился к себе.
Моё появление в общем зале отдыхающие охранницы встретили полным молчанием, с нездоровым интересом разглядывая и меня, и изменения в моей одежде. Такое ощущение, что девушек не только не стало меньше, а наоборот, раза этак в два прибавилось. А еще прибавилось алкоголя, если судить по количеству пустой стеклянной тары, что стояла под столами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я постарался улыбнулся, держась, по возможности, прямо.
