— А вот оно что, но только я тут причем?
— Понимаете… — замялся он, меня забавляло его обращение на вы, — ходит молва, что вас никто не смог приручить. Я долго путешествовал, идя по вашему следу, но все время опаздывал, вас продавали, то одному, то другому. И вот когда я сегодня прибыл в этот город, я узнал что опять пришел слишком поздно, оказалось, что вас купил человек, живущий в доме на окраине города, я пришел к нему сегодня, я просил, предлагал горы золота, но он сказал, что вы не продаетесь. Поэтому мне не оставалось другого выхода, кроме как похитить вас. Поверьте, я и в мыслях не хотел причинить вам боль или еще чего, поймите меня правильно, вы моя последняя надежда снять проклятье. Я умоляю вас помочь мне.
— Все это конечно очень интересно, но неужели во всей стране, кроме меня не осталось, ни одной лошади, которую не удалась приручить?
— В том то и дело, что таковых осталось очень мало. Диких лошадей по крайне мере на нашем материке не осталось, а остальные все домашние лошади, послушны. К тому же там есть еще одно условие, лошадь должна быть черного цвета, абсолютно черная, без единого пятнышка другого цвета. Очень сложно найти лошадь, подходящую под эти параметры. И вот я нашел вас, а вы еще и разговариваете. Не знал, что лошади умеют разговаривать, — восхищенно проговорил он.
— Вообще-то я не совсем лошадь, на меня, так же как и на вас наложено проклятие.
— Правда? А тогда понятно, но вы же мне поможете?
"И что ему ответить… вон, как жалобно смотрит, не люблю, когда на меня так глядят, никогда не могла отказать такому взгляду".
— Лан, что скажешь? Поможем этому пареньку снять проклятие? — решила я посоветоваться с ней.
— Честно, не знаю Кать, у нас и своих проблем хватает, с другой стороны нам лишний союзник не помешает. Если по дороге к Клариссе нам удастся помочь ему, то хорошо, а если нет, то значит не судьба. Только предупреди его об этом сейчас, чтоб потом он не мог нам ничего предъявить.
— Спасибо.
— Я тут подумала, кстати, давай на ты, и скажи, как тебя зовут?
— Хорошо, меня зовут Алиноегравияс? А вас как, то есть прости тебя как называть?
— А вот это уже интересный вопрос, у меня несколько имен, сейчас меня зовут Катя, если завтра глаза будут карими, то зови меня Лана. А можно я буду звать тебя просто Али, а то твое полное имя, извини, но язык сломаешь, пока произнесешь?
— Кхе-кхе, Али? — "Ой, бедненький, аж закашлялся", — а если я не разрешу себя так называть?
— Я все равно буду тебя так звать, изменится только твое отношение к этому, будешь ли ты злиться и постоянно напоминать мне свое длинное имя или же смиришься и примешь его короткую форму.
— Эх, ладно, раз тебе так нравится, то я разрешаю тебе звать меня Али.
— Вот и славненько. На чем я там остановилась?
— Ты говорила насчет меня, сможешь ли ты помочь мне снять проклятие.
— А, точно. Али понимаешь, в чем тут дело, мы через две недели уезжаем из этого города, на поиски одного человека, который сможет мне помочь. Путь будет долгим, куда он нас заведет я не знаю, но ты можешь поехать с нами, возможно по дороге нам удастся найти способ избавить тебя от проклятья. Единственное мое условие — ты должен дать слово, что не причинишь вреда ни мне, ни тем кто будет меня сопровождать в этом путешествии и еще хочу тебя предупредить, как только мое проклятье будет снято, а твое к тому моменту еще нет, то дальше тебе придется искать себе другую черную лошадь. Ты принимаешь мои условия? — "Похоже, он верит в то, что я действительно смогу ему помочь. Вон как засиял".
— Да, да конечно я безмерно счастлив, что ты согласились мне помочь. Я Алиноегравияс даю слово, что не причиню вреда ни Кате-Лане, ни людям нас сопровождающим. Ну как, подойдет такая клятва?
— Да вполне, — кивнула я.
— Тогда, может, ты все-таки сойдешь с меня? — выразительно посмотрел он.
— Погоди Кать, не отпускай, пусть еще даст клятву, что меня не тронет, я ведь вроде не человек, — подал голос Яло, "надо же очнулся, М-да… ошибочка вышла, а то вдруг и вправду невзлюбит мое яблочко любимое".
— Катя, а кто это сейчас сказал? Я вроде никого не вижу, — произнес Али, вертя головой по сторонам. И тут я поняла, что он лежит, а Яло у меня на макушке, соответственно Али никак не может видеть его. А Яло времени даром не теряя, быстренько спрыгнул к эльфу на живот.
— Ну что? Так лучше видно? — спросил он.
"Наверное, его сильно задело, что Али его не заметил, что сейчас будет…, хоть бы подружились, а то не хватало мне еще вражды между ними".
— Намного, — сглотнув, сказал Али и вопросительно взглянул на меня.
"Видимо ждет объяснений, не пусть сами разбираются, а я со стороны понаблюдаю".
— Так что, будешь давать клятву? Или я за себя не ручаюсь, — пригрозил он Али.
— А ты что за зверь такой? — спросил его в свою очередь Али.
"А вот это он зря, это напрасно, теперь даже я его не остановлю".
— Я, Зверь? Кать, он еще и обзывается! Можно я его покусаю? Хотя может он просто слепой? Эй, у тебя со зрением как? Совсем плохо? Уже яблоко от животного отличить не можешь? — "вот разошелся, а Али тоже хорош, яблоко назвать зверем, это надо было до такого додуматься".
— Я слепой? — возмутился Али, — к вашему сведению обычные яблоки не умеют разговаривать, они молчат и уж тем более не прыгают и не возмущаются, как ненормальные. Что спокойно объяснить нельзя было, а то сразу претензии предъявляешь, не так назвал, покусаю. Ну, кусай, раз хочется.
— Не буду, — надулся Яло.
— Эй, не ссорьтесь, — все-таки вмешалась я, — только познакомились, а уже ругаетесь. Али тебе придется извиниться перед Яло. А ты Яло будь повежливее, а то так ты никогда не найдешь себе друзей.
— Извини, — с неохотой произнес Али.
— Ладно, я не в обиде, но клятву все равно дай, — успокоился Яло "как хорошо, что он отходчивый быстро, вон уже сидит, улыбается. Али дал клятву и теперь снова как то странно смотрит на меня, интересно, что он от меня хочет. Ах, да, я же все еще держу его".
Я отпустила его. Он поднялся одним плавным движением и теперь стоял, отряхивая одежду от соломы, налипшей, пока я его держала. Яло опять перебрался ко мне.
— Я тебя тоже буду Али называть, мне понравилось это имя, а я — Яло, мы теперь одна команда, ведь, правда, Кать? — как ни в чем ни бывало, заявил Яло.
— Правда, то правда, вот только я думаю, чего бы такое сказать Ворду, чтоб он взял тебя с нами. Может у тебя есть какие-нибудь идеи по этому поводу? — спросила я.
Али прислонился спиной к решетке, сложив руки на груди.
— Я могу завтра прийти к Ворду и все ему рассказать и попроситься пойти с вами, — предложил он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
