Читаем без скачивания Конец «Крота» - Рэм Красильников

Термин «ласточка» для обозначения агента-женщины, которая участвует в разработке объекта-мужчины для создания так называемой «любовной ловушки», в Лэнгли использовался редко, но Питеру Николсу он нравился своей нежностью и какой-то наивной непосредственностью.

И вот теперь и коротышка Гарри, и красавица Сэлли включены руководителем резидентуры ЦРУ в Бангкоке в сложную оперативную комбинацию, цель которой — вербовка советского разведчика.

«Однорукие бандиты»

и красавица-полукровка

…Представление на эстрадной сцене театра-варьете закончилось.

«Очень мило, по-своему изящно и красочно, но все же это недалеко от самодеятельности», — думалось Плахову, когда он со своими гостями покидал зал. Часть зрителей устремилась на улицу, другая — направилась в помещение казино. Плахов и его гости были среди последних. Любопытство — не порок. И вот они уже у одного из игральных автоматов. Переливающаяся разноцветными огоньками машина притягивала, словно магнит. Кажется, что здесь, взявшись за рукоятку «однорукого бандита», можно поймать свое счастье. Трое русских не на шутку увлеклись. Они сосредоточены и, похоже, не замечали ничего вокруг. Нe заметили они и Гарри, который уже несколько минут наблюдал за ними со стороны. «Коротышка» Гарри не спешил подходить. Он прекрасно знал способность «одноруких бандитов» превращать людей в безвольных игроков. И все же потом он подошел — это обычное внимание хозяина к своим гостям. Поздоровался, представился, любезно поинтересовался, как идут дела.

— Спектакль моим гостям понравился, — ответил Плахов, удивляясь про себя безукоризненному английскому произношению подошедшего маленького толстяка, — а вот здесь дела идут неважно. Мы уже проиграли два доллара.

Доллары и центы пользуются в казино большими правами, ничуть не меньшими, чем национальная валюта — бат, который в Юго-Восточной Азии имеет репутацию надежных денег.

— Вам просто не везет. И потом, недаром эту машину называют бандитом. Правда, иногда она бывает настоящим Робин Гудом.

И как раз в этот момент, как бы иллюстрируя слова любезного хозяина, у соседнего игрального аппарата веселое оживление — позванивая и искрясь, выдал аппарат из своего чрева монеты.

— Вот видите, что я вам говорил, — улыбнулся Гарри, — но все же я вам не советую долго задерживаться у «одноруких бандитов». Может быть, попытаете счастья за рулеткой?

— Ну, что же, попробовать можно, — женщина оказалась решительнее, и все направились к столу, где уже сидели несколько человек и бешено вертелся запущенный крупье блестящий шарик. Гарри делает, незаметный для окружающих, знак крупье, тот понимающе кивает.

Плахов ставит полученную фишку на «красное». Шарик неистово крутится и, наконец, останавливается на цифре в красном квадрате. Крупье пододвигает к Плахову выигрыш. Довольный, он снова делает ставку и снова — на «красное». И опять шарик, как будто направляемый умелой рукой, замирает у одной из цифр на красном поле. Плахов, охваченный азартом, уверовав в свою удачу, порывается играть дальше, но благоразумные гости уговаривают его прекратить игру — пора уходить, уже поздно.

Между тем в глубине зала казино Гарри о чем-то оживленно разговаривает с красивой молодой женщиной, и она посматривает в сторону русских гостей.

Почти у самых дверей казино Гарри догоняет уходящих, улыбаясь, любезно прощается с ними, приглашает заходить снова. Плахов согласно кивает головой.

«Какой приятный человек, — решает Лев Плахов, выходя со своими гостями на душную улицу, — настоящий представитель своей улыбчивой нации. Пожалуй, действительно черта национального характера тайцев — стараться улыбаться и услужить».

Проводив гостей, «Коротышка» весело ухмыльнулся. Скоро он позвонит своему боссу прямо на виллу и доложит о результатах вечера. Гарри очень доволен, все намеченное — сделано. Он уверен, что теперь русский придет в казино снова. «Знаете, босс, он очень азартный человек, я умею определять характеры». У агента ЦРУ наметанный глаз, ему не откажешь в острой наблюдательности.

Гарри не ошибся — на следующий же день Плахов снова оказался в казино.

В человеке от рождения заложены разные начала — и хорошие, и плохие. Что перевесит? — ответ дает сама жизнь, мораль, которую ему успеют привить к моменту испытаний, люди, его окружающие, обстоятельства, в которые он угодит. Впрочем, и обстоятельства бывают разными — порой они создаются специально для улавливания нужных душ.

Капкан захлопнулся

За рулеточным столом в казино Плахов был напряжен и мрачен. Лежащая перед ним кучка фишек таяла с каждым новым вращением шарика.

На освободившееся рядом место садится молодая женщина, она сразу же включилась в игру. Поначалу Плахов, увлеченный игрой и подавленный своим невезеньем, ее не замечал. Законы рулетки жестоки, ей, как и русскому дипломату, явно не везло.

Через несколько долгих минут молодая женщина уже немного освоилась за столом и осторожно попыталась завладеть вниманием соседа.

— Похоже, мы с вами товарищи по несчастью, — Плахов уже явно заинтересовался молоденькой симпатичной соседкой. Та была не прочь вступить в разговор.

— Вы правы, взаимное сочувствие нам сейчас необходимо. Судя по акценту, вы не англичанин? И, конечно уж, не местный? — английский язык женщины безупречен, и Плахов это сразу же отмечает.

— Я русский, дипломат из советского посольства. — Плахов видит, что рядом с ним молодая хорошенькая женщина, замечает ее красивое смуглое лицо, серые с поволокой глаза, гладкую, упругую кожу открытых рук. Хотя она сидела за столом и в зале был полумрак — это не скрывало ее стройной фигурки, которая без труда угадывалась в изящном, плотно облегающем платье.

Девушка нисколько не удивилась, что познакомилась с русским дипломатом. Казалось, она привычна к подобным знакомствам.

Плахов, уже наученный опытом общения с иностранцами, трудно воспринимающими русские имена, представляется, как «Лео». В ответ он услышал восхитительный голос:

— Меня зовут Сэлли, я — актриса, танцовщица и немного — певица. Вот выдался свободный вечер, и я случайно заглянула сюда. Тем более это совсем рядом с моим домом.

— Вас, наверное, удивляет наше знакомство в казино, меня же, напротив, воодушевляет. Но, кажется, я должен сойти с дистанции. Наверное, похож на промотавшегося игрока? Но я все же не игрок. Это — игра судьбы. Если вы не против, давайте отметим наше общее невезенье.

Он кивнул в сторону бара. В столпотворении он не заметил коротышку Гарри, который внимательно наблюдал за ним и Сэлли издали. А те уже отошли к бару и продолжили прерванную беседу.

— Я и cам удивляюсь, как я здесь очутился. — Плахов не на шутку увлекся очаровательной собеседницей. — Наверное, случай. Казино — как водоворот, оказаться в нем легко, но выбраться гораздо труднее. Это уже философия. Встреча с вами — тоже случай, но какой-то особенный и, возможно, счастливый. Ну, а игра есть игра.

— Я не очень-то разбираюсь в философии, и мне тоже в чем-то не повезло. Вот мы с вами отмечаем совпадение судеб, и это естественно. Мы родственные души, — Сэлли заразительно и весело засмеялась.

Плахов невольно присоединился к ее смеху. Огорчения отошли на второй план.

— Расскажите о себе побольше. Родственные души должны знать друг друга.

— Я профессиональная актриса, и мне не чуждо тщеславное желание стать известной. Я много училась здесь искусству пения и танца. Национальный балет — это символ нашей страны. В довоенные годы театр и танцы, тесно с ним связанные, катились к закату. Но вот когда война закончилась, правительство решило восстановить и оживить древнее традиционное искусство драмы, музыки и танца. Я училась у преподавателей, которым удалось сохранить секреты мастерства. Училась великому искусству.

Сэлли замолчала и ласково взглянула на Плахова. Тот осторожно коснулся ее руки.

— Я не хочу плохо отзываться о Западе, об Америке. Но люди в моей стране видели от них немало зла. И все же нельзя отрываться от западной цивилизации, невозможно отгораживаться от нее непроницаемой стеной. Нельзя упрямо твердить, что Восток — это Восток, а Запад остается Западом, и они никогда не сойдутся вместе. Наша страна, наш народ должны cберечь свою национальную душу. Мы находим свою надежду в свободе, успокоение — в религии, нас согревает тропическое солнце. Мы обращаемся к Западу за содействием, но не в поисках счастья. Мы сами можем научить многих других быть счастливыми. Наш великий писатель Сумат Джумсай сожалеет, что кое-кто из тайцев думает только о материальной выгоде, не заботясь о том, чтобы достоянием нации стали лучшие культурные традиции Запада.

Плахов внимательно слушал и думал: «Какая милая девушка! И сколько в ней нежности, изящества и эрудиции. И как увлеченно и интересно она рассказывает».