Читаем без скачивания Хранитель талисманов. I - Юлия Давыдова

– Нет, возвращаемся к машинам и уходим, – спокойно произнёс Таркор.

– Они близко! – Аликан хотел отыграть эту партию. – И нам по дороге.

– Как хочешь, – ответил Таркор.

Оборотни Навии отступили вниз по лестницам.

Димка, больше не в силах двигаться, рухнул на землю.

– Святые духи, – прошептал он, – как вы вовремя.

– Лютик, преследуйте! – прозвучал приказ Дарьи. – Догоните – молодцы, уйдут – проследи, чтоб наверняка.

– Понял! Основная группа со мной! – скомандовал Лютик.

Часть волков, не сбавляя хода, прошла вперёд. Дарья остановилась рядом с раненым.

– Ну, вояка, жив? – спросила она.

Димка тяжело дышал.

– Таркор сейчас поведёт своих обратно и выйдет прямо на Рира, – прошептал он, пытаясь встать.

– Лежи, – приказала Дарья. – Иван добрался до города, всех на уши поднял. Соколов уже выслали, они прочёсывают лес, когда найдут наших парней, поведут их другим путём.

Димка обессилено лёг.

Рир шёл, осторожно наступая на траву и стараясь не создавать шума. Только делать это было трудно, потому что у Никиты начались судороги и спазмы, его рвало кровью, и оборотень всё время останавливался, опускал парня на землю, чтобы высвободить ему рот от крови и слизи.

– Ничего, братец, – шептал он, – чуть-чуть потерпеть осталось, совсем чуть-чуть.

Они двигались обратно к тому месту, где разделились. Не доходя ста метров, Рир положил Никиту на землю и пошёл вперёд, прислушиваясь и приглядываясь к ночи.

Над деревьями мелькнула тень, и оборотень затаился. Вниз спикировала птица со сверкающим рисунком на крыле. Рир вздохнул с облегчением при виде княжеского сокола, но в эту секунду, всколыхнув кусты, на него выпрыгнули оборотни Таркора. Рир даже не успел испугаться, только сердце вдруг замерло, к горлу подступил комок.

– Ты! – радостно зарычал Аликан. – На куски!

Оборотни ринулись вперёд, но накрыть свою добычу не успели. С обеих сторон вылетел патруль, и все сцепились в неравном бою. Здесь у оборотней Навии шансов не было. Один всё же прыгнул к Риру, но мощный волк ринулся на него из центра схватки и, ударив в бок, почти переломил надвое.

– Лютик… – прошептал Рир, оседая на землю.

Окончание боя он не увидел, только понял, что всё кончено, потому что стих рёв и сквозь пелену, застилающую сознание, пробился голос Лютика:

– Доложите князю: у нас раненый, ждём у ручья Линорт. А где парень, кстати?

Зашуршали раздвигаемые ветки кустов и следом раздалось:

– Ох, ничего себе!

– Я на минуту… – прошептал Рир, теряя сознание, – он хранитель… не спускайте глаз…

Глава 2

Ветер мчался над лесами и полями, большими городами, высокими крепостями. И всюду воины, много воинов, конные и пешие отряды на всех дорогах, во всех городах. Ветер летел над зелёной долиной к сторожевым башням, где синее пламя факелов освещало пространство до самого неба. На высокой площадке девушка в белых одеждах обернулась, и Никита увидел своё отражение в её глазах.

– Ты здесь, – прошептала Арнава, и ветер сна исчез, опустив Никиту на землю.

Где-то в вышине шумела листва, громко хлопали крыльями бабочки. Рядом разговаривали, слышались всплески воды.

Бабочка перепорхнула на ухо Никиты, и он тряхнул им, сбросив цепкое насекомое.

«Слишком длинное ухо…» – пришла неосознанная мысль.

Оно и свободно двигалось к тому же. Никита пошевелил ушами, теперь обоими и открыл глаза. Темнота ночи светилась изнутри, лёгкий блеск росы на листьях, переливался искрами, сверкала вода. Возле журчащего ручья расположилось несколько волков. Четверо всматривались в прозрачную тьму, остальные отбивались от надоедливых бабочек. Рир, Димка и ещё один волк сидели чуть поодаль от остальных.

Никита пошевелил пальцами. Снова пришло странное чувство. Пальцы стали короткими, словно рука сжалась в кулак, и он шевелил ими в таком вот положении. Парень перевёл взгляд на свои руки и подскочил. Не только пальцев, но и человеческих рук у него не было!

Волк попрыгал на месте, ошарашено посмотрел через плечо на свою мохнатую спину, болтающийся кончик хвоста.

Взгляды оборотней устремились на него, и что-то в них настораживало. Рир встал навстречу Никите, внимательно осмотрел, покачал головой.

– Вот уж не думал, что когда-нибудь такое увижу, – произнёс он.

Никита не успел задуматься над его словами, потому что посмотрел на волка рядом с ним, и оказалось, что это…

– Ой, – вырвалось у него.

– Удивлён? – улыбнулась Дарья.

В памяти мгновенно возникла рослая черноволосая женщина, которую он видел в доме Ивана, но сейчас это была красивая чёрная волчица.

– Здравствуй, Дарья, – улыбнулся Никита, – какая ты…

Волчица поманила его к источнику:

– Посмотри лучше на себя.

Никита заглянул в воду. Он, конечно, ожидал это увидеть, но когда водяное зеркало показало волчью морду, стало не по себе.

– Цвет только другой, – стараясь не впадать в панику, произнёс он.

Зеркальная гладь отражала белую шерсть и синие глаза.

– Вы сами целы? – просил Никита.

Рир кивнул:

– Для нас раны не страшны. Два часа покоя после битвы и всё коркой закроется.

Дарья покачала головой:

– Вот ты сейчас одна сплошная корка и есть. Как доберёмся домой, пойдёшь к целителям. Без отговорок.

– Да, командир, – согласно кивнул Рир.

Из леса выпрыгнул ещё один волк. Его имя сразу пришло в голову – Лютик. И новообращённый оборотень вдруг поймал себя на мысли, что знает имена остальных волков.

Он на секунду задумался над своим открытием, и вдруг понял. Ведь за всё время он ни разу не открыл рта, хотя сказал уже много. Они общались телепатически. Отсюда были и странные ощущения присутствия – сознание Рира, Дарьи и Димки в его голове. А теперь там оказался ещё и Лютик.

– С пробуждением! – весело сказал он. – Как ощущения?

– Непривычно, – ответил Никита.

– Это временно. Рад знакомству, хранитель, я Лютик.

Часовые вдруг поднялись.

– Кто-то приближается, – произнёс один из оборотней.

Топот копыт завибрировал в воздухе. Ветер принёс запахи, вроде бы знакомые: лошади, железо, люди и… Иван. Никита сам удивился, как он различил его среди других. Волки уже не волновались – приближались свои.

На ветки опустились соколы и между деревьями появились всадники. Первым на поляну въехал Иван. На нём была кольчуга, на ногах обшитые металлическими пластинами сапоги и на поясе в ножнах меч.

Он остановился рядом с белым волком и произнёс с явным облегчением:

– Живой. Слава святым…

Следующий за Иваном всадник спешился и подошёл к Никите. Внешний вид этого существа мог бы сразить любого. Голову венчали витиеватые рога, на плечах лежали гладкие светло-коричневые волосы. Необычный нос, похожий на олений, и чёрные губы завершали облик. Заметив замешательство белого волка, он улыбнулся:

– Меня зовут Фаровль. Буду очень признателен, если ты разрешишь тебя осмотреть. Я целитель, вроде вашего доктора, только лучше.

Фаровль сел рядом с Никитой на корточки. Остальные всадники спешились. В них не было ничего необычного. Люди, одетые в кольчуги и наручи. У всех в ножнах мечи и скрещённые боевые топоры за спинами. Пока целитель осматривал белого волка, они собрались вокруг Ивана.

– Десять групп прочёсывают лес, – говорил он Дарье, которая стояла рядом с ним человеком, – путь безопасен настолько, насколько это вообще возможно сделать нашими силами.

Женщина посмотрела на Никиту и, понизив голос, сказала:

– Больше других вопросов меня волнует один, что скажет нам хранитель? Его ты спросил? Захочет ли он подвергаться такому риску?

Иван вздохнул:

– Чтобы сохранить ему жизнь, нужно доставить его в Рилеву, так что если будет возражать, повезём силой.

Он не учёл, что Никита теперь услышит его и за километр, поэтому вздрогнул, когда тот спросил:

– О чём это вы?

Иван замешкался, но всё же ответил:

– То, что ты несёшь – ценность великая и все твари, служащие повелителю Навии, будут охотиться за ней со страшной силой. Твоя жизнь, мало сказать, в огромной опасности.

– Что такое Навия?

– Тёмная земля. Наш враг.

Иван вздохнул:

– У меня нет права подвергать тебя опасности. Мы сообщим о тебе верховному совету Алавии, дождёмся прибытия берегинь, ты отдашь им талисман, и я лично отвезу тебя домой.

– Но, а пока… – подтолкнул его мысль Никита.

– Но, а пока, я приглашаю тебя в гости.

Фаровль посмотрел на Ивана.

– В целом всё в порядке, – сказал он.

Если бы Никита видел его взгляд, он бы усомнился в том, что всё действительно в порядке, но он не видел, думая, что же ему следует делать. Новое состояние было странным, непривычным, но оно нравилось и неожиданно для самого Никиты опьяняло, притупляя чувства тревоги и опасности, растворяя остатки боли от перерождения. Мысли не складывались, разрываемые множеством вопросов, и всё же один чётко вырисовывался сквозь остальные.