* * *
Хорошая новость! Боб нашел поддон с едой в носовой части. Его несколько раз швырнуло на стены и покорежило, но из него удалось добыть достаточно продуктов на две трапезы. Настроение у всех сразу улучшилось, и жалобные стоны временно стихли.
Сабрина попросила добавить в опись багажа медикаменты, особенно антибиотики, но до сих пор опрос не дал ничего серьезного. Выяснилось, что кто-то вез с собой рыболовные снасти и двое пассажиров имели ласты и маски, но все это находилось на дне озера в металлических контейнерах. Я выбрал двоих парней, которые поплыли со мной в заднюю часть самолета, но они не захотели нырять, чтобы изучить обломки, – и должен сказать, что я их не винил. Я отправил их с другими пассажирами, которые еще находились в приличной форме, на разведку окрестностей. Они ушли несколько часов назад – четыре группы по три человека – в четыре разные стороны. Я сказал им, что, если они найдут что-нибудь или кого-нибудь, им нужно будет сразу вернуться в лагерь. И в любом случае они должны были отправиться в обратный путь до полудня, даже если удача не будет им сопутствовать, чтобы быть в лагере к заходу солнца. Я рассчитывал, что мы к тому времени будем знать значительно больше.
* * *
Харпер заболела. Бедняжка проснулась с сильным кашлем, головной болью и небольшой температурой. Она клялась, что все в порядке, но ее состояние вызвало у Сабрины беспокойство, и доктор перевела ее, несмотря на все протесты, в носовое отделение самолета.
Я проверил деревья, которые удерживали заднюю часть: вся конструкция по-прежнему казалась мне ненадежной, но другого варианта у нас не было.
У открытого конца мы повесили голубые одеяла, но они не слишком защищали от порывов ветра. Даже днем там было холоднее, чем у костра возле озера, но я не сомневался, что ночью, после того как Шредер отправит туда достаточное количество людей, станет заметно лучше.
Таинственный азиат – Юл Тан – придумал решение получше: предложил построить стену. Они с Сабриной собрали ручную кладь из бизнес- и первого класса и сложили ее перед дырой до самого потолка, затыкая щели и отверстия сдувшимися спасательными жилетами. Выглядело это сооружение довольно странно, но роль свою сыграло.
Харпер села на свое место в первом классе, 1Д, и разложила кресло.
– Я чувствую себя совершенно бесполезной, – сказала она и закашлялась.
– В данный момент от нас всех мало пользы. Мы можем только ждать. Но мы скоро отсюда выберемся, – заверил я ее.
– Ты действительно в это веришь?
– Конечно, – автоматически ответил я, прогнав все сомнения из своего голоса, потому что в тот момент не мог сказать ничего другого.
Прошла минута. Мы оба молчали, наблюдая, как другие пассажиры шли друг за другом, кашляя и пытаясь найти место, чтобы лечь.
– Итак, чем же все-таки зарабатывает себе на жизнь разносторонний Ник Стоун, когда не спасает пассажиров с потерпевшего крушение самолета? – поинтересовалась мисс Лейн.
– Я? – Я несколько мгновений колебался, пытаясь решить, что ответить. – Ничего… столь же увлекательного, как спасение пассажиров с потерпевшего крушение самолета. А ты чем занимаешься?
– Я писательница.
– Правда? Я читал что-нибудь из твоих книг?
Женщина опустила глаза и то ли рассмеялась, то ли закашлялась:
– Вполне возможно. Я написала шесть книг, но ни на одной из них нет моего имени, и мне запрещено их обсуждать.
Я попытался понять, что она имела в виду, почувствовав, что для нее это больное место. Но, не успев задать вопрос, я заметил краем глаза, что кто-то машет мне рукой, и увидел Майка, стоявшего у подножия лестницы. Два других парня, которые отправились на разведку вместе с ним, находились рядом с ним и выглядели невероятно измученными. Они тяжело дышали, согнувшись пополам и уперев руки в колени. То, что с ними произошло, заставило их, не теряя времени, броситься назад, в лагерь.
Через четыре секунды я уже был около них:
– Вы что-то обнаружили?
– Угу. – Майк с трудом сглотнул. Я видел, что он взволнован и одновременно напуган. – Мы кое-что нашли.
Глава 11
Ник
Прошлой ночью я почти не спал – мне никак не удавалось прогнать из своего сознания фотографию, которую сделал Майк: восьмиугольное сооружение из стекла и сверкающего металла, стоящее посреди поля. К нему не вело ни дорог, ни тропинок, а кроме того, нигде не было машин и вообще ничего, что указывало бы на то, что находилось внутри. Диковинное строение напоминало мираж, возникший в море высокой зеленой травы.
Майк снял его с горной гряды, находившейся довольно далеко, а потом вместе с товарищами помчался назад, в лагерь. Мы так и не смогли понять, что это такое, но, ради замерзавших голодных пассажиров рейса номер триста пять, я очень надеялся, что внутри полно еды. Да и спутниковый телефон, который помог бы нам выбраться из этой переделки, тоже не помешал бы. Наше положение с каждым часом становилось все отчаяннее.
Я знал, что еды нам хватит только на утро, и не имел ни малейшего представления о том, как добыть еще, в особенности если учесть, что накормить нужно было сто четыре человека. Я попросил Джиллиан организовать поход в лес за орехами и ягодами, а также распределить людей по группам, которые будут следить за костром. Главным образом это было сделано для того, чтобы они занялись каким-то делом и не перегрызли друг другу глотки.
У нас было полно воды, но на этом положительные аспекты нашего положения заканчивались. Мы могли обойтись без еды пару дней или, возможно, немного дольше при определенных условиях, но я понимал, что после этого здесь разразится настоящий ад.
Мы решили, что на восходе солнца четыре отряда разведчиков возьмут оставшуюся еду на два дня на случай, если нам придется где-то разбить лагерь и заночевать. Таким образом мы сможем расширить зону поиска.
Майк здорово придумал взять с собой телефон, и я решил проследить, чтобы у каждого из разведчиков было с собою два мобильника – собственный, если у него еще не разрядилась батарейка, и еще один, взятый у кого-нибудь из пассажиров. Таким образом, на четыре группы по три человека нужно было двадцать четыре телефона. Аппараты от разных производителей и подключенные к разным мобильным сетям должны были максимизировать возможности приема сигнала.
Мы договорились, что разведчики будут останавливаться каждый час, включать телефоны и проверять, не появился ли сигнал, а также фотографировать все, что покажется им интересным, любые ориентиры или знаки. Ландшафт, который описали вчера Майк и его товарищи – холмы, поросшие лесом, и кое-где луга, – мог находиться в любом месте Северной Европы, в Скандинавии или на Британских островах. Но я подумал, что, возможно, разведчикам удастся снять что-нибудь такое, что покажется знакомым кому-то из пассажиров. И тогда мы смогли бы понять, куда следует двигаться и как далеко находится помощь.
На противоположном берегу озера над верхушками деревьев появились первые лучи солнца. Я немного посидел, наблюдая, как мое дыхание превращается в холодном утреннем воздухе в белые облачка, а потом встал и направился в сторону леса.
Боб Уорд ждал меня около импровизированной лестницы, которая вела в носовую часть самолета.
– Я иду с вами, – объявил он.
– Нет, не идешь, Боб, – возразил я и зашагал быстрее, постаравшись обойти его. Однако он преградил мне дорогу.
– Ты же видел фотографию, которую сделал Майк. Там может быть все что угодно. Я нужен тебе, Ник.
Я решил, что пришла пора прекратить разводить церемонии. Мне совсем этого не хотелось, но речь шла о жизни ста четырех человек, и у нас было мало времени.
– Здесь полно дел, Боб. А мы отправляемся в очень тяжелый поход и не сможем останавливаться из-за того, кто не сможет выдерживать темп и нагрузки, – сказал я ему прямо.
– Я смогу.
К сожалению, я в этом сильно сомневался. Уорду было лет шестьдесят, а я даже за себя не мог с уверенностью сказать, смогу ли удерживаться рядом с Майком, который был лет на десять моложе меня и в лучшей физической форме.
