Голос, исходивший из этих высохших сморщенных губ, поражал ещё более, чем живые глаза. Не хриплое шамканье старика, а богатый, звучный и музыкальный голос.
Лоренс поклонился, и Кейн обнаружил, что неуклюже повторяет это приветствие. Что-то в хаджи Абдуле требовало неукоснительного проявления подобной вежливости. Голландец произнёс положенное приветствие и представил американцев.
— Американцы? — яркие глаза осмотрели их от поношенной обуви до пропитанных потом волос. — За последние годы нас не раз навещали ваши соплеменники, но они в основном пролетали над нами, не спускаясь до наших недостойных особ. Прошу простить старика с его ослабевшим разумом. Сегодня весьма благоприятный день. Садитесь, друзья мои. Это мои сыновья Мохаммед и Куран. Так как я больше не выхожу в море, они взяли управление моим домом в свои руки…
Кейн смотрел прямо в глаза старика, а не на слабо жестикулирующие руки или на бородатый рот. «Как же!» — заметил он про себя. Оба сына, хоть и пожилые люди, стояли почтительно, пока отец жестом не разрешил им сесть.
— Как здоровье вашего почтенного деда, туан Ван Норрис?
Йонхеер умер пять лет назад, сэр. Он умер в тот день, когда нацисты оккупировали мою страну.
Коричневая клешня осторожно потянула за серебряную бороду.
— Ах, вот как. Ну, тех, кого навещает Азраэль, излечить невозможно. Китайцы справедливо говорят: «Смерть — это чёрный верблюд, который непрошенным склоняет колени у каждых ворот». Но я печалюсь за вас, мой сын. Это большая утрата. А, вот и освежающие напитки. Пейте, прошу вас, день сегодня жаркий, а путь у вас был пыльный…
Куран взял у слуги поднос и поднёс его гостям. Кейн попробовал розовую жидкость в высоком кубке горного хрусталя и обнаружил, что это охлаждённый фруктовый сок.
— Вы хотите возобновить дело йонхеера, туан Ван Норрис? — Абдул продолжал играть бородой.
— Насколько в моих силах, я хочу пойти его дорогой.
— А вы, друзья мои, — обратился Хакрун к Кейну, — тоже покупаете камни?
Американец покачал головой.
— Нет. Мы ищем своего исчезнувшего соплеменника. Он был пилотом бомбардировщика и исчез где-то на этих островах. Его самолёт не вернулся из рейса. Возможно, экипаж ещё жив на каком-нибудь не нанесённом на карты островке.
Коричневые пальцы на мгновение застыли, потом возобновили поглаживание серебряных завитков.
— Да, трудный в долгий поиск. В этих морях много-много островов, и среди них немало таких, которых нет на картах.
— Именно поэтому мы и попросили мистера Ван Норриса привести нас к вам, — сказал Кейн. — Мы слышали, сэр, что у вас много деловых контактов на островах, и надеялись, что вы дадите нам какой-нибудь ключ…
Теперь Абдул внимательно слушал молодого человека. Но когда Кейн закончил, Хакрун выразил только вежливое сожаление.
— Действительно, у дома Хакруна много связей и источников информации в южных морях. Только сегодня утром один из моих внуков вернулся из длительного плавания на Амбон[13]. Он слышал многое, но ничего не знает о пропавшем американце. Острова, не нанесённые на карту, хорошо известны даякам и моим людям. И никаких американцев на этих островах нет. Боюсь, ваш поиск будет бесплодным. Многие самолёты упали в море, и ни следа от них не осталось. Я помог бы вам в вашем поиске, но считаю, что никто не обладает нужной вам информацией.
— Спасибо, сэр, за совет, — вежливо ответил Кейн.
— Вы собираетесь ему последовать? — неужели эти блестящие глаза смеются над ним?
— Мы не можем так скоро отказаться от поиска. Всегда остаётся надежда…
— Да, надежда есть всегда. Без надежды мы, смертные, не смогли бы жить. Но иногда надежда оборачивается смертоносным демоном, ведущим человека к гибели Кейн опустил кубок. Это угроза? Но Абдул уже утратил интерес к американцу. Старый моро снова повернулся к Лоренсу, и что-то в позе голландца говорило, что он этого ждал.
— Удачно ли складывается ваше путешествие? — сделал первый ход Хакрун.
— Насколько можно рассчитывать при современном состоянии островов. Японцы, где могли, всё по выгребали из сейфов. Я приплыл, чтобы попытаться восстановить старые связи.
— И восстановили одну из них, когда навестили почтенного Лао в Джоло?
— Да, у него нашёлся чёрный коралл — и превосходного качества. Эта новинка может захватить американский рынок. Там чёрный коралл ещё неизвестен.
— Чёрный коралл. Но разве коралл более интересен, чем, скажем… рубины? — осторожно продолжал Абдул.
— Я не только торговец, но и ювелир. Из камня даже малой ценности можно сделать прекрасную вещь. У вас есть рубины на продажу, сэр?
Абдул на мгновение задумался, потом щелчком пальцев подозвал Курана. Откуда-то из своих одежд сын достал лакированную шкатулку и подал отцу. Абдул откинул её крышку и достал длинную цепочку, на которой висел медальон, усаженный драгоценными камнями. Он протянул цепочку Лоренсу и застыл в ожидании реакции голландца.
— Откуда это? — голос Ван Норриса оставался ровным и бесцветным.
— Во время войны многие сокровища появляются на свет из укрытий. Мне передали это на продажу. Интересует это дом Норрисов? Камни хорошие…
— Это восточная огранка, и для западного рынка пришлось бы огранивать заново. К тому же сорта «Мани Мала» и «Нараратна» за границей не ценятся. Может, в Индии вам дадут за это хорошую цену, — Лоренс вернул сверкающий медальон.
Кейн не мог догадаться, расстроил ли Абдула такой прямой отказ. Но через короткое время их очень вежливо выпроводили. Когда они снова оказались на дороге, Лоренс яростно пнул камень.
— Старый дьявол! фыркнул он. — Попытался так поймать меня! Неужели считает меня таким новичком в деле? Но я бы отдал весь свой тощий кошелёк, чтобы узнать, где он его взял. Работа четырнадцатого века!
— Вы думаете, это ожерелье украдено? — спросил Кейн.
— Не вижу, как ещё он мог им завладеть. Такие вещи охраняют надёжней, чем жизнь королей. Они означают удачу или неудачу целого рода или династии. А если бы я купил его или даже взял на комиссию, и вдруг объявился бы законный владелец! Фью! — он щёлкнул пальцами. — Конец пришёл бы дому Норрисов.
Сэм оглянулся на стену крепости Абдула Хакруна и произнёс короткое предложение на диалекте, которого Кейн не понял. Но Лоренс в ответ резко рассмеялся.
— Вот именно! «Он тигр среди молодых козлов!» И когда-нибудь на мне не будет ни рогов, ни копыт, как бы ни сверкали камни хажди Абдула!
Глава 6
«Он из 3апретной 3емли, туань!»
«Назови камень демоном, и в глазах большинства людей у него отрастут рога»
Из вахтенного журнала Дату Кумза
С тревожным ощущением, что старый купец моро победил их в первой встрече, трое с «Самбы» направились к европейскому кварталу Манадо. Лоренс предложил поискать Ван Блеекера в клубе «Гармония», но Кейн отказался.
