царапаться будет долго, придётся ей ему сметаны ведро скормить, может тогда смилостивиться.
Зелье тётушки варили в отдельностоящем домике, специально оборудованном для этих целей. Между собой мы прозвали его «Домом чудес», потому что здесь что-нибудь нет-нет да и происходило. То вздорный лизун переселится из соседней деревни и примется выпивать настойки из белладонны да вылизывать котлы. И как добирался, неведомо. Может, к чьей повозке прицепился да подъехал. То местная полудница возьмётся захаживать — воровать зелье для улучшения кожи, а что не понравится, раскидает по полу.
К нам вообще нечисть нередко заглядывала, а уж в «Дом чудес» постоянно наведывалась. Кикимора, та вообще была частой гостьей, я с ней даже общалась, делала для неё настойки для отбеливания кожи и укрепления волос. Она мне за это лягушек сушёных приносила. Под полом жили три игоши, так называли духов умерших младенцев, появлялись они оттуда только тогда, когда рядом никого не было. Тётя Пифа лично отвечала за то, чтобы им на ночь на подоконнике оставались молоко и хлеб. Что-то мне подсказывало, что это именно тётушка и привезла их из города, только не сознавалась. Как они ели хлеб, было для меня тайной, покрытой мраком, только к утру его уже не было, а духи не шалили, а то ведь могли всё вверх дном перевернуть. Даже если мы всю ночь работали, подношение к утру исчезало само собой.
В домике у каждой ведьмы было своё личное пространство: стол, шкаф, котёл, множество полочек, пучки трав, мешочки с разными ингредиентами, всякие сушёные жучки-паучки, лягушачьи шкурки и всякие другие, очень полезные в хозяйстве, мелочи. У меня тоже был свой уголок, правда сейчас он почти пустовал, но я надеялась, что вскоре обзаведусь собственными ингредиентами. Тем более что я не собиралась расставаться со своей мечтой. Буду совершенствоваться, решила я, вдруг повезёт, что-нибудь в жизни изменится, и я смогу открыть лавку раньше.
Ближе к полуночи мы собрались варить зелья. Ночь благоприятствовала. Луна снова поднималась на небосвод огромным бледно-серебристым диском, заливая всё вокруг нереальным голубым светом.
— Будьте осторожны сегодня! — предупредила тётушка Андрона, разжигая огонь под котлом. — То, что мы будем варить с Ульяной, привлекает упырей с округи.
— Кошмар! — воскликнула тётя Пифа. — Ты уверена, что это обязательно?
— Естественно! — тоном, не терпящим возражений, воскликнула тётя Рона. — Вы же понимаете, что только зелье силы может увеличить дар, если удастся приготовить его, соблюдая все условия.
— А если нет? — поинтересовалась я. Что-то я была не в курсе таких тонкостей. Зелье Силы мы варить не практиковали, оно на самом деле привлекало к себе восставших и неупокоенных мертвецов.
— Не переживай, тогда только небольшое расстройство организма. Но всё можно перетерпеть, главное, чтобы результат был, — успокоила меня тётушка, хотя меня такая перспектива не обрадовала.
— И как мы узнаем, получилось оно или нет? — решила уточнить всё до конца, может, есть способ избавиться от эксперимента?
— Никак, даже упыри не чувствуют, напитано оно силой в нужном объёме или нет, — пожала плечами ведьма. — Всё происходит на энергетическом уровне.
— Да, но им-то расстройство не грозит, в отличие от меня! — возмутилась я.
— Ульяна! — прикрикнула на меня тётя Андрона. — Прекрати скулить! Я вообще не пойму, куда делась вдруг твоя упёртость. Где боевой настрой? Ты вроде хотела своё дело?
— Хотела, — подтвердила я. — Но это же какие-то эксперименты! Получится-не получится. Что, неужели нет какого-нибудь испытанного средства, чтобы решить мою проблему?
— Нет. Во всяком случае не в этом месяце. А там пойдёшь снова к Измире. Она одна способна передать тебе часть силы. Вот её и уговаривай.
— Наша родственница способна только издеваться, вряд ли она будет помогать, — не согласилась я. — Кстати, она интересовалась, почему ты сбежала и не стала вести с ней задушевные беседы.
— Э… — слегка зависла тётя Рона. — Мне было некогда, — внезапно придумала она. — Как-нибудь в следующий раз загляну. А вот это, — кивнула она на котёл, в котором начинала закипать вода, — тоже вполне реальный шанс. Не стой как истукан, Ульяна, подай мне высушенные лапы чёрного петуха. Луна уже поднимается, скоро она войдёт в силу.
Фло и Пифа не отставали, что-то намешивая в котелках и бормоча заклинания. Тётя Рона отошла, заставив меня мешать бурлящую жидкость зеленовато-коричневого цвета, которая, плюс ко всему, не сильно хорошо благоухала. При одной только мысли, что это придётся ещё и пить, меня передёрнуло. Я не прерываясь болтала поварёшкой в вареве, думая о том, как мало в мире справедливости. Эти мысли будоражили меня, не давая заснуть. Попутно на старинном языке наших предков я проговаривала слова древнего призыва силы, которые велела повторять родственница. После двадцатого раза мне показалось, что я натёрла во рту мозоль.
Ближе к полуночи Андрона решила совсем покинуть меня. Епифания и Флориана, доварив свои зелья и оставив их остывать, тоже ушли, и часам к трём в домике никого не осталось. Луна уже неспешно скатывалась к горизонту, а спать хотелось немилосердно, когда мне показалось, что в окне что-то промелькнуло. Я уставилась туда, поморгала, стараясь прогнать сон, но больше ничего не увидела. Успокоившись, продолжила своё занятие. Жидкость в котле уже начала загустевать, и я радовалась тому, что скоро тоже отправлюсь в постель, когда зазвенело стекло и в разбившееся окно полез полуразложившийся труп мужика. Вид у него был, прямо сказать, не очень. Запах и того лучше. Правый глаз он где-то потерял, а пока лез, оторвал себе об раму руку, и теперь она повисла, запутавшись в рукаве когда-то достаточно дорогого камзола.
— Отдай! — протиснувшись наполовину в не очень широкий проём, он клацнул челюстями и протянул оставшуюся конечность к котлу.
— Нельзя! — строго сказала я, стукая по костяшке горячей поварёшкой. Показывать упырю, что ты его боишься, нельзя, сразу набросится. — Разве не видишь, что ещё не готово?
— Когда? — просипел он, не переставая делать хватательные движения. Чаще такие экземпляры просто что-то невнятно мычали, а этот почему-то разговаривал. Очень было похоже, что он от кого-то сбежал.
— Скоро, — пообещала я. — Иди подожди на улицу, — вдруг поверит в ложь и уйдёт?
— Сейчас, — прохрипел он и настырно полез дальше в дом. — Ждать нет времени. Отдавай как есть, а то хуже будет.
— Что за упыри
