причины говорить то, что ты мне сейчас говоришь. На самом деле я просто несу какую-то ерунду, а мне хочется закидать тебя вопросами и узнать всё-всё, что только можно.
Саредос тихо выдохнул и предложил:
– Вы можете уединиться и поговорить, вам сейчас это нужно.
Комград вдруг предложил:
– Лучше прогуляемся вдвоём, не возражаешь?
Нориан, не раздумывая, согласился:
– Никоем образом! Можно прогуляться по саду.
Согласившись, что так будет лучше, братья вышли за пределы дома. Саредос сам проводил их и вернулся обратно. Следующие четыре часа он не находил себе места. Если бы не запросы на связь, которые его отвлекали от странных предположений, то он бы надумал себе не знамо что. Сатэр должен был следить за тем, что происходит.
Братья вернулись, по дороге они о чём-то весело разговаривали, а у Комграда даже спала его серьёзность. Саредос понял, что они нашли общий язык, но кажется, всё равно придётся объясняться с Норианом.
– Отец, – сообщил неожиданно Нориан, – Комград хочет взять как можно скорее обратно своё имя и желает пройти картанский обряд посвящения, а после этого ты поможешь ему вернуть его планету обратно. Я сам разработаю военный план, если надо.
– Это и моё желание тоже. Мы говорили об Лакашу ещё до твоего прилёта. Лишить корпорации их законного дохода очень сложно, и требуются определённые законодательные мероприятия. Имперские законы в области коммерции очень пунктуальны. Я не пойду этим путём, потому что он слишком долог. Я буду просить императора объявить Лакашу планетой свободной от гильдии корпораций, тогда вопрос решится только его указом.
– Это возможно? – тут же спросил Комград. Он ожидал, что это будет сложнее.
– Я всё обдумал и вижу только этот путь. Не буду тебя обнадёживать, но сначала нужно переговорить с императором Дасарием. Если он согласится мне помочь, то проблема решится очень быстро, а если он откажется вмешиваться, тогда потребуется время.
– Он не откажется, – подхватил Нориан.
– Скорее всего, так и будет, я не хочу обнадёживать, поэтому предположил несколько вариантов. Тем более, корпорации, вероятно, замешаны в связях с Коалицией вторжения. Утром мы полетим на Натагру. Там есть Торианские храмовники, они и проведут обряд возвращения имени. Худжаки осветят имя Танарилана Актараса по Картанским законам и вернут его владельцу, тебе.
Саредос посмотрел на Комграда.
– Ты точно этого хочешь?
– Да, брат убедил меня, что так нужно сделать, хотя я и сам думал о том же.
– Я помню наш с тобой недавнишний разговор и уже всё распланировал. Твоё желание и просьба Нориана полностью укладываются на мой план.
Всё складывалось удачно. Встреча братьев прошла успешно, семья воссоединилась, точнее, воссоединились все, кто остался. Весь вечер прошёл в весёлых разговорах и, кажется, Комград всё же почувствовал адмиральскую резиденцию частью своей жизни, но по его глазам и взгляду было видно, что он рвётся обратно на свою планету, поэтому медлить не стоило, и уже утром они отправились на Натагру.
******
Шум двигателей транспортного корабля быстро стих. Единственный космопорт на Натагре принял гостей планеты. Кораблю Саредоса пришлось приземлиться на планету этим маршрутом, потому что любой другой, по которому обычно перемещался Аргон, не проходил через территории храма Худжаков. Отсюда несколькими планолётами придётся добираться до оазиса под названием Ожгетрак, что в пустыни Машаралон. Там, среди красных скал, остаётся красивейшее место, созданное на Натагре самой природой миллионы лет назад и до сих пор остающееся в своём первозданном диком виде несмотря на эволюцию планеты: красные скалы, озеро, лес Натагры и Торианский храм под названием Вижуаланарий, храм обновлённой Торианской веры. Торианские храмовники – Худжаки, единственные его постоянные обитатели. Худжаком мог стать любой имперский гражданин, свято верующий в новую торианскую веру. Саредос выяснил, что в храме есть картанец, а поскольку он Худжак, то он знает Картанский ритуал очищение имени. На самом деле имя нужно было только вернуть, но всё дело в том, что по Картанским религиозным законам если Картанец терял имя, то его требовалось не просто вернуть, а сначала очистить и потом провести ритуал возвращения. Саредос очень на это рассчитывал. Как только пройдёт ритуал, в доме Актарасов появится второй наследник с правом на императорские выборы. Его ветвь, если он будет иметь детей, будет вправе когда-то претендовать на правление империей, если пожелает. Этого бы хотел сам Лирго, и он не раз об этом говорил Саредосу, своему другу. Этого хотел и император Дасарий, когда говорил о восстановлении дома Актарасов. Теперь у дома два наследника. Император не откажет в просьбе.
Храмы Торианцев и храмы Торианской обновлённой веры очень сильно отличались. Торианские храмы в последние сотни тысяч лет оставались только на Торикандре и представляли исключительно расу Торианцев, тогда как храмы новой веры принадлежали всем имперским гражданам. Храм на Натагре не принимал всех подряд, его мог посетить только гость императорской планеты. Саредос уже давно не гость, а постоянный посетитель. Торианская новая вера имела большое значение в жизни империи. Множественные неотъемлемые ритуалы были её повседневной частью большинства граждан. Обычной жизни это не мешало, а доля верующих в обществе империи довольна велика.
Планолёты опустились на площадку перед храмом. Прибыли Саредос, молодой генерал Актарас, Тария Огур (она присоединилась утром во время отлёта), а также сам Комград, и два Андроида – Сатэр и Кару. Практически семья, если можно так сказать. Комград носил безликую маску на лице. Так было положено для прошения восстановления имени. Хотя маска использовалась и для многих других ритуалов.
Старый храм и его овальные башни возвышались словно гора. Оазис скрыт скалами со всех сторон, поэтому ветер тут слабый и очень жарко.
Из-за ворот вышел храмовник. Старый Худжак двигался ещё довольно бодро для своих лет. Он стал единственным, кто встречал высокопоставленных просителей.
– Приветствую вас в святом месте новой веры, – обратился он к прибывшим. – Кто будет проходить обряд очищения?
На самом деле он знал кто, но задать такой вопрос был обязан согласно традициям. Комград вышел вперёд.
– Я, из расы Картанцев, с именем Комград, в прошлом именуемый Танарилан из дома Актарасов, – прозвучал глухой голос из-под маски.
– Твой иктантум сапфара, – потребовал Худжак.
Саредос вместо Комграда сам протянул Худжаку маленький пирамидальный кристалл.
– Я представляю его интересы, – сообщил адмирал.
Худжак забрал иктантум сапфара и потребовал от Комграда:
– Протяни руку.
Комград подчинился.
Храмовник сделал лёгкий прокол на пальце Комграда и подставил кристалл. Капля крови, упав на поверхность устройства, активировала его. Запустился голографический текст. В нём говорилось о родословной Комграда, о том, что он принадлежит к некогда правящему картанскому дому Актарасов. Худжак ознакомился с текстом
