и сам не прочь показать что он вообще-то тоже что-то знает и умеет.
Сыграй Детройт сегодня в откат, нам было бы сложнее. А так мы их просто раскатали.
Правда началось всё с дубля Айзермана. Стив открыл счёт уже на первой минуте а потом удвоил преимущество Детройта на пятой.
И им бы в этот момент поумерить пыл. Всё-таки начать играть от обороны. Но нет.
Через минуту гости всей пятеркой полетели в атаку, потеряли шайбу и я из-за ворот отдал передачу на Гартнера.
Майк принял её и просто убежал от куда менее скоростных защитников в красном.
Вышел один на один с вратарём Штефаном и пробил его кистевым под перекладину. 1–2.
Уже через две минуты мы сравняли, В большинстве Штясны подставил клюшку после наброса на ворота от Гиллиса а к концу периода вели уже в две шайбы.
Арчибальд и Пасек, центры наших нижних звеньев забросили практически идентичные шайбы. ЧТо Дэйву что Душану отдали передачу в правый круг вбрасывания и парни в касание щелкали по воротам Штефана.
Вся разница в том что Арчибальд забросил от перекладины а Пасек попал между щитками.
Две шайбы это не сказать чтобы большое преимущество. Их можно отыграть буквально за несколько секунд игрового времени. Поэтому мы во втором периоде постарались минимизировать риски и сыграли так как должен был играть Детройт.
Очень строго и с оглядкой на собственные ворота.
Правда когда у тебя две такие тройки как моя и Майка очень строго всё равно означает опасность для соперника.
К тому же Детройт еще и переусердствовал в силовой борьбе. Нет, в ней нет ничего плохого, скорее наоборот, силовые приёмы помогают как в обороне так и в атаке. Но только если их проводить чисто.
И если с количеством у красных крыльев проблем не было то вот качество увы подкачало.
В промежутке с пятой по пятнадцатую минуту второго периода мы играли в большинстве четыре раза. И именно в это время мы сняли все вопросы о том кто победит.
Четыре попытки реализовать лишнего. Пять бросков. Три гола. И все три мои.
За то время что я провёл в НХЛ у меня существенно улучшился бросок. Он и во время моего выступления за Автомобилист был одним из лучших в мире, а сейчас тем более. Наверняка что щелчок что кистевой у меня сейчас сильнейший в мире. Плюс точность. НА тренировках я иногда бросаю с закрытыми глазами и при этом стараюсь попадать по углам. И у меня это получается. Правда только на домашнем льду.
Третью за вечер шайбу я забросил именно так. С закрытыми глазами щелкнув по воротам второго вратаря Детройта.
Когда повтор этой шайбы показали на видеокубе то фанаты буквально с ума сошли. Зайти на хет-трик таким способом! Это очень нагло!
И за эту наглость я тут же получил от Боумэна. Стоило мне сесть на скамейку как наш тренер буквально набросился на меня.
— Семенов? Какого хрена ты творишь? Это что за клоунада?
— Тренер, я реализовал для нас большинство. Какая клоунада?
— Такая! Это неуважение к сопернику. Ты что, хочешь чтобы за тобой охотится начали? Зачем специально провоцировать?
— Да пусть охотятся. Посмотрим кто кого.
— Мы еще поговорим с тобой, — это прозвучало как-то угрожающе. Пожав плечами я потянулся к бутылке воды. НА мой взгляд Боумэн немного преувеличивал.
Вот только третий период показал что прав как раз Скоти а не я. Игра к тому моменту превратилась в формальность. Мы вели уже семь шайб 9−2 и Детройт смирился.
Но только с поражением а не с тем как я над ними поиздевался.
Роль мстителя взял на себя Проберт. Вот же человек железная голова. Он всё никак не унимался в своём желании побить меня.
И к сожалению в этот вечер ему это удалось. И виноват в этом я. Точнее мой очень удачный удар всё той же левой рукой которую я сломал в концовке прошлого сезона.
Я попал ей по шлему Проберта и самым настоящим образом услышал как хрустнули кости. Я опять сломал руку!
Мой соперник тоже почувствовал что со мной что-то неладное и пока нас не разняли судьи успел отвесить мне несколько очень тяжёлых ударов.
В результате хоть мы и выиграли игру а я в очеередной раз стал первой звездой но на на следующий день, после того как у меня подтвердился перелом я второй раз попал в кабинет Кларка.
Итогом разговора стало то что меня оштрафовали. Каждая пропущенная мной игра стоила мне 25 тысяч долларов. В контракте был такой пункт так что возмущаться бесполезно.
Да я и сам понимал что виноват. Решил спижонить и получил обратку. Идиот. И сам подставился и команду подставил.
Как минимум до середины декабря команда будет играть без меня.
Глава 7
Остаться на 8 недель без хоккея это, конечно, очень неприятно. Хорошо хоть моя травма случилась на старте сезона, а не перед началом плей-офф, или в тот момент, когда игры на вылет уже идут. В случае каких-то проблем еще будет время всё поправить.
Хотя даже и без меня Миннесота должна выходить в плей-офф. Может и не с первого места. Как-никак после того, как из команды ушли сначала Бротен, а потом и Гагнер, которые до моего появления в составе были железными центрами первых двух звеньев, без меня у «северных звезд» отчетливо образовался дефицит игроков на этой позиции.
Но никого подписывать Боумэн и Кларк не стали. Вылетел я не на весь сезон, и они решили, что полтора месяца можно играть и так.
Тем более что в начале сезона неплохо проявил себя Боб Брук. В прошлом сезоне с Митчем Мессье постоянно путешествовали из фарма в основную команду, и моя травма дала Бобу шанс закрепиться в основном составе. Чтобы не разбивать уже сыгранные звенья Боумэн поставил его в первое звено. Которое сразу же стало таким только формально. У тройки Модано стало стабильно больше игрового времени.
В общем да, позицию центрального нападающего руководство команды не стало усиливать. В отличие от других позиций.
Сразу после моей травмы произошло сразу три знаковых перехода. Каждый из которых стал очень обсуждаемым. Притом как в США и Канаде, так и в Советском Союзе, при том боссы НХЛ и Миннесоты смогли помириться с совкомспортом.
Первым к Миннесоте присоединилась легенда советского хоккея, лучшие года которой, правда, остались далеко позади. Сразу после
