Читаем без скачивания Посредник - Педро Касальс

— Ну, если вы так уговариваете... — сказал неохотно посредник и взял листок салата.

— Ну как?

— Да, на вкус совсем как оливковое масло, — согласился пораженный Сала.

— Хотите еще попробовать?

— Нет, салата больше не хочу, — ответил Сала и, обращаясь к официанту, крикнул на ломаном французском: — Одна помидора, пожалуйста.

Официант не понял его, вопросительно поднял брови. Лафонн объяснил, что спутник его просит принести помидор. Минут через десять им принесли один, весьма невзрачного вида. Сала взял его, разрезал пополам и одной из половинок натер кусок хлеба. Потом полил хлеб смесью, приготовленной Лафонном, и посыпал солью.

— Это народная каталонская еда, которую очень любят крестьяне, — сказал он, откусывая хлеб. Лицо его тут же выразило крайнее удивление. — Действительно, вкус совсем как у оливкового масла, это просто невероятно!

— Я же вам говорил, — самоуверенно ухмыльнулся бельгиец.

—Да... и все же... хотя это и очень похоже на оливковое масло — что правда, то правда, — но это же подделка. Все-таки здесь пятьдесят процентов химии. Слишком это опасно... — вздохнул Сала, однако в его голосе появились нотки сомнения.

— Послушайте, Сала, прежде чем вы примете решение, я раскрою перед вами все наши карты. Мы ввезем добавку «Олео Чем» в Испанию как масло для технических целей — это нам обойдется на таможне вдвое дешевле, чем ввоз оливкового масла. Затем вы смешаете эту добавку с чистым оливковым маслом и таким образом сэкономите ровно четвертую часть всех своих затрат. Короче говоря, каждый из четырех литров конечного продукта вам обойдется совершенно даром.

— Это слишком опасно... — повторил Сала.

— И, кроме того, мы, СОПИК, обеспечим вам для закупки «Олео Чем» кредит на четыре года, без всяких процентов.

— Но... Но...

— И наконец, — Лафонн извлек козырного туза, — мы, СОПИК, обеспечим реализацию этого вашего масла в разных странах Европы.

— Через ваши магазины и супермаркеты? — спросил посредник, не веря своим ушам.

— Именно так. — Лафонн знал, что он только что нанес окончательный и решающий удар.

— Не знаю... Не знаю... — Слушая последние фразы бельгийца, Сала уже успел в уме прикинуть, что такое предложение гарантирует ему возможность выкарабкаться из бездонной пропасти, над которой он сейчас висит. Так он не только получит в руки продукт, продажа которого на первых порах дает ему реальный шанс выплатить долги за украденное масло, — более того, когда он покончит с этими злосчастными долгами, то сможет сколотить одно из крупнейших в Испании состояний, рядом с которым даже сказочное богатство его жены — недвижимое имущество семейства Фликсов — покажется просто безделушкой. Иностранный партнер Салы впервые открывал, и как раз перед ним, такую невероятную возможность — реализовывать испанские продукты через грандиозную сеть крупнейших магазинов и супермаркетов, рассеянных по всей Европе.

— Ну, так что скажете? — Лафонн легко читал мысли, бешено крутившиеся в голове его собеседника.

— Это слишком рискованно! — неловко притворялся Сала, одновременно вычисляя в уме, какие огромные льготы предоставит ему в таком случае налоговое управление, всячески стимулирующее экспорт из Испании; как он будет блистать среди крупнейших коммерсантов страны, выступать с лекциями и давать интервью в качестве образцового дельца-экспортера; и как знаменитые, видные предприниматели, прежде презиравшие его, мелкого, хотя и удачливого дельца, нажившегося на ловких спекуляциях, будут почтительно склоняться перед ним.

— Повторяю, Сала, мы дадим вам кредит на закупку «Олео Чем», и, кроме того, предложим хорошую цену за ваше подмешанное масло, — так что эта операция будет весьма выгодной для вас в финансовом отношении — вы покроете весь ущерб от украденного масла.

— Ну уж ладно... — процедил Сала, хотя ему хотелось прямо закричать: «Конечно же! Согласен!» Однако его душа спекулянта требовала, чтобы он попытался урвать хотя бы еще одни кусок: — А вы дадите мне также возможность реализовывать консервированные оливки через ваши супермаркеты?

— Вы зарвались, Сала, — Лафонн не скрывал своего раздражения. — Нет. На это мы не пойдем. Пока только распределим ваше масло, назовем его так условно... пока, а там видно будет.

— Но к консервированным оливкам мы еще вернемся, не так ли? — настаивал Сала.

— Ну так что же? Я так понимаю: мы договорились! — отрезал бельгиец. — Тогда вот что: завтра же партию добавки «Олео Чем» повезут в Испанию — документация уже мною подготовлена. Послезавтра, то есть пятнадцатого января, вы сможете начать смешивать его с натуральным маслом. Разлейте смесь в бутылки, запечатайте и сделайте наклейки, все как положено, и тут же экспортируйте этот продукт нам. Сейчас самое главное — не терять ни минуты. Не забывайте о векселях, которые вам надо оплатить... через... кажется, четыре месяца.

— Да. Я немедленно лечу, возвращаюсь в Барселону. И прямо сегодня же вечером приступаю к этому делу, — сказал Сала и добавил: — На следующей неделе вы начнете получать ваше масло.

— Кстати, Сала, спрашиваю из чистого любопытства: как вам удалось получить кредиты под то масло, которое у вас украли? Я-то думал, что такого рода операции совершаются только за наличные, разве не так?

— Дела можно делать по-разному, — посредник снова почувствовал себя удачливым предпринимателем и заговорил самодовольным тоном. — То, что вы говорите, в принципе верно. Но мне удалось заручиться поддержкой одного банка, а затем, уплатив небольшой процент, отсрочить выплату платежа.

— Так что, если вы не уплатите вовремя банку, он сделает из вашей шкуры подстилку и положит ее у своего входа, чтобы все вытирали о нее ноги. — Лафонн, отбросив в сторону желчный сарказм, заговорил в юмористическом тоне, что было для него делом необычным, ибо его шуточки, как правило, были слишком остры и задевали самолюбие любого человека.

Возвращаясь домой на «мистэре», Сала ощущал себя чуть ли не суперменом: тяжесть в груди мгновенно исчезла, он испытывал наслаждение, думая о миллионах, которые заработает. Посреднику виделось, что он плывет среди моря банковских билетов. Но видел он не дальше своего носа.

Барселона

Когда Салинас с Теной вошли в бар «Наварра», Кармина их уже поджидала. Было ей лет тридцать, она была худой и стройной, с очень светлой кожей, коротко постриженными черными волосами. Одевалась девушка так, словно старалась, чтобы ее привлекательность не так бросалась в глаза, а подкрашивалась таким образом, что казалось, она только что тщательно умыла лицо — лишь если присмотреться к ней, можно было понять, что для такого макияжа требовались почти профессиональные косметические навыки.

— Здравствуй, Кармина! — поздоровался с ней Тена.

— Точны вы, однако, — ответила девушка.

Тена представил ей Салинаса и сразу же приступил к сути дела, предварительно предупредив, что разговор этот весьма конфиденциальный и он просит ее соблюдать профессиональную тайну. После того, как врач окончил свой рассказ, Салинас спросил:

— Как, по вашему, можно было транспортировать такое количество масла?

— Не знаю... Не знаю... Но что это дело рук специалистов, совершенно ясно. А если судить по тому, какой объем вывезен тайно, сделано это очень опытными людьми.

— Может, это какая-нибудь иностранная компания? — поинтересовался Тена.

— Нет. Не думаю. Как в таком случае провезут масло через таможню? Ведь у них соответствующих бумаг нет, — сказала Кармина.

— А если у этой иностранной фирмы имеются филиалы в Испании? — продолжал настаивать врач.

Лицо Кармины было такое белое, что, казалось, оно из фарфора с матовым оттенком, а глубоко посаженные глаза, веки которых словно были вырезаны точным и острым резцом, походили на миндалины.

В разрезе ее глаз было что-то восточное, и Салинас поймал себя на том, что глядит в них чаще, чем того требовал только лишь разговор про разные системы распределения пищевого масла.

— Какая-нибудь иностранная фирма? Или же испанская? Какой-нибудь зарубежный гангстер или из своих, местных, — теперь и такие у нас появились? — медленно, словно раздумывая вслух, сказала Кармина. — В любом случае операция эта была весьма сложной, и увезли ведь огромное количество масла.

— И... где оно сейчас может храниться? — спросил Салинас.

— Ну, скажем, в таких же цистернах, в которых его держал Сала, — не раздумывая ответила Кармина.

— А кто может располагать такими емкостями? — поинтересовался адвокат.

— На это ответить непросто. Масло ведь можно хранить в специальных цистернах для пищевых продуктов или в баках, зарытых в землю. А также в таких емкостях, которые имеются на химических предприятиях. Кроме того, его можно спрятать в цистернах для воды.— Девушка приводила все эти варианты, мягко выдыхая дым от «Мальборо».