Читаем без скачивания СКАЗОЧНЫЕ ПОВЕСТИ - Лия Гераскина

– Так скажи их мне.

– Извольте... Первое гласило так: «Не ночуйте там, где нет опоры для кровли».

– А второе?

– А второе очень простое: «Не ночуйте у людей слишком льстивых».

– Ну и память у тебя! – восхитился король, – а вот я их не запомнил.

– И вы не помните, мой король, как я отговаривал вас, просил не тратить золотые монеты на эти ничего не значащие слова?

– Это я припоминаю, потому что не послушал тебя и купил изречения. Купил, потому что пожалел бедного старичка.

– Ах, мой король! Как вы были правы, что купили их. Я бы себе никогда не простил, если бы вы меня послушали.

– Объясни, почему ты винишь себя, Томас?

– Потому, что если бы вы не купили эти изречения мы бы никогда не вернулись домой, нас давно бы уже не было на свете.

– Мне стыдно сознаться, Томас, но я очень смутно припоминаю, какие опасности нам грозили. Если в твоей памяти они ещё уцелели, расскажи. Отвлеки меня от мыслей о приближающемся конце моей долгой жизни.

– О, мой король, я уверен, что ещё много лет буду служить вам. И охотно расскажу, что с нами случилось после того, как вы изволили осчастливить бедного старичка, купив у него бумажки, на которых были написаны эти... как их?

– Ага! – усмехнулся король, – кое что и ты забываешь. Эти слова назывались изречения. Рассказывай, что было дальше.

– Простившись со старичком, мы поехали в своё королевство. Вы были озабочены и невеселы. Зная, что ваш отец...

– Он был очень суров... – прошептал король. – Через несколько часов пошёл дождь. Погода портилась, завывал ветер, набежали тучи, дорога вела нас в незнакомые места. Вскоре дождь усилился, сверкнула молния, прогремел гром.

– Помню, – тихо сказал король, – ты снял с себя плащ и укрыл меня. Снова сверкнула молния и осветила какой-то маленький домишко, двери которого были открыты, а крошечное окошко не светилось.

– Мы спешились, мой король, с трудом я привязал коней к стволу вяза и мы вошли в домик. Видно, в нём давно никто не жил. Пыль, грязь, поломанная дешёвая мебель...

– Господи! – вздохнул король, – он даже поломанную мебель запомнил.

– Я ещё запомнил кое-что более важное, – откликнулся на замечание короля Томас, – вы, мой король, подняли голову, посмотрели вверх и сказали:

– Ты видишь, Томас, какие щели в этой крыше?

– И никаких опор у неё нет... – заметил я, – мы тут вымокнем, мой король.

В эту минуту раздались сильные удары грома. Я посмотрел вверх и увидел, что крыша домика вся трясётся и трещит.

– Стоп! – сказал король. – Не перебивай меня, я очень радуюсь, когда что-нибудь вспоминаю. – Ты вскочил как сумасшедший, схватил меня на руки и выбежал со мной из дома. Когда ты поставил меня на ноги, я увидел, что крыши на домике нет. Она провалилась внутрь. Как ты мог это предвидеть, Томас?

– Я ничего не предвидел, мой король, просто я был не прав, когда не понимал, что мудрые советы дороже золота, но ведь вы милостиво простили меня, мой король?

– Томас, Томас! О чём ты говоришь! Ты спас мне жизнь, вытащив из этого дома, и я ещё должен был тебя прощать! Рассказывай, как мы добрались домой.

– О, до этого ещё далеко, мой король. Ехали мы весь день, голодные и продрогшие. И вот на одном повороте дороги нам попался постоялый двор.

– И ты закричал:

– Мы спасены, мой король, – улыбнулся король, – и это был счастливый миг в моей жизни. Рассказывай дальше, Томас, у меня нет сил говорить, – прошептал он и закрыл глаза.

– Извольте. Замёрзшие, усталые, измученные, мы попали в большую, темную комнату, сели за столик, к нам подбежал хозяин постоялого двора.

– Здравствуйте, дорогие гости! – приветствовал он нас. – Как же вы замёрзли!

Выпейте по кружке горячего грога, и разрешите я сниму с вас верхнюю одежду, чтобы её просушить.

– Но наши кони, – сказал я, – надо их...

– Не беспокойтесь, – перебил меня хозяин, – мой сын уже увёл их в конюшню и положил им по охапке сена. Пейте грог, а я сейчас принесу вам горячий ужин.

И он убежал.

– Какой хороший человек, – сказали вы, мой король, – обо всём позаботился.

Через несколько минут хозяин вернулся, неся поднос, на котором стояла супница с горячим куриным бульоном. Блюдо с большой жареной курицей и ещё много всякой еды.

– Ешьте на здоровье, дорогие гости, – суетясь, приговаривал хозяин, – какое счастье, что вы заметили свет в окнах моего постоялого двора. Ведь вы могли замёрзнуть. Даже страшно подумать, что такой красивый юноша мог погибнуть в расцвете своей жизни. Как я счастлив, что могу услужить вам.

– Сколько я вам должен? – спросили вы, мой король, и вытащили из кармана кошелёк, набитый золотыми монетами.

– О, не беспокойтесь! – воскликнул хозяин, быстро взглянув на ваш кошелёк. – Расплатитесь, когда будете завтра утром уезжать.

Когда мы поели, он проводил нас в спальню, приговаривая по пути:

– Как я счастлив, как я рад, что могу вам услужить.

– Томас, – прошептал король, – я смутно припоминаю это происшествие, а ты мне кажется, запомнил всё. Говори же!

– В спальне для нас были приготовлены постели. Хозяин ожидал нас. Он суетился и приговаривал:

– Ложитесь, дорогие гости, спите в тёплой комнате, набирайтесь сил, а завтра буря утихнет и вы сможете продолжать свою поездку. Спокойной ночи, – он поклонился нам и вышел из спальни.

– А что было потом, – спросил король. – Хотя, постой, не говори я вспомнил. Спал я неделю, и вдруг ты вытащил меня из постели и, несмотря на то что я отбивался и ругал тебя, напялил на меня мою одежду, открыл окно, выбросил в него нашу поклажу, а затем вытолкал в окно и меня. Я здорово струхнул, сознаюсь тебе, я думал, что ты сошёл с ума. Потом ты потащил меня в конюшню, усадил на моего коня, сел на своего и мы с тобой стремительно умчались по дороге. Вскоре постоялый двор скрылся из виду.

И вдруг ты заботливо спросил меня:

– Как вы себя чувствуете, мой король?

– Как я себя чувствую? – закричал я. – И ты ещё смеешь спрашивать? Что это за безумная выходка? Как ты посмел вытащить меня из тёплой постели, силой усадить на лошадь и помчаться неизвестно куда? Да тебе следует отрубить башку за такое обращение с наследником престола! Помнишь, Томас, что ты мне ответил?

– Помню, мой король. Я спросил вас: значит, мне следует оторвать башку за то, что я спас жизнь наследника престола?

– Спас жизнь? Да ты совсем сошёл с ума! – гневно воскликнули вы, мой король, и тогда я рассказал вам, почему был вынужден так непочтительно обращаться с вами.

– Мне не понравилось льстивое, чересчур заботливое отношение хозяина к вам. Не понравился и его жадный взгляд, обращённый на ваш кошелёк. Неискренней показалась мне его не сходящая с лица улыбка. Когда вы заснули, мой король, я потихоньку встал и прокрался к комнате хозяина. Через полуоткрытую дверь я услышал как он тихо разговаривал со своим сыном.

– Идём, отец, они уже спят, – говорил сын.

– Не спеши, парень, можно всё испортить, – также тихо ответил хозяин.

– Найди два мешка да побольше, чтобы в них можно было засунуть трупы.

– Не учи, – прервал его сын, – возьму те мешки, в которые мы запихнули купцов на прошлой неделе. Рядом с ними закопаем и этих. Пошли?

– Подожди, – сказал отец, – пусть заснут покрепче.

Дальше я слушать их не стал. Надо было действовать быстро. Одеть вас, выбить окно, вытащить вас, успеть добежать до конюшни.

– Ах, Томас, Томас, мой верный Томас, ты спас мою жизнь.

– Нет, мой король, это вы спасли и свою и мою жизнь.

– Зачем ты прибедняешься, Томас? Разве не ты подслушал, о чём беседовал хозяин со своим сыном? Разве не ты вытащил меня сонного? Одел и усадил на коня?

– Я, мой король, но разве я сделал бы всё это, если б вы не прочли мне бумажку, купленную вами у старичка? Разве обратил бы я внимание на льстивость хозяина? Я ведь по глупости своей ещё уговаривал вас не тратить золотые монеты на какие-то бумажки. А эти слова дважды спасли нас от смерти.

– Послушай, Томас, ты знаешь, как красив и умён мой сын наследник престола. Кажется мне, что ты любишь его не меньше, чем я.

– Это так, мой король, – подтвердил Томас.

– Дни мои сочтены. Только, пожалуйста, не говори, что я проживу ещё долго. Готовясь к своему уходу из жизни, я решил, пока ещё дышу, женить сына. Я стал подыскивать ему невесту. Послал в некоторые государства письма королям с просьбой прислать портреты принцесс, чтобы он мог выбрать ту, которая придётся ему по душе. Я мечтал уйти из жизни после свадьбы сына. Пришло несколько портретов. Один из них меня поразил. Это был портрет удивительной красавицы, но ответного письма короля при портрете не было. Все короли, которые прислали портреты своих дочерей, учтиво выражали согласие выдать свою дочь за моего сына. Его же портреты я послал каждому королю. Какова бы не была причина такого пренебрежительного и неучтивого поступка со стороны короля, отца красавицы, я не знаю, но я был обижен за себя и своего наследника, поэтому я не показал сыну портрет красавицы. Ты понимаешь, Томас, почему я так поступил?