и тренироваться – хоть и с другим человеком – выбивает из колеи.
С Адамом было по-другому. Сейчас намного страшнее, как будто я могу в любой момент все испортить. Это не проверка или простая демонстрация моих возможностей. Это вообще меня не касается.
Это касается Уиллоу – ее карьеры и будущего. Здесь нет места ошибкам, и эта ответственность тяжестью давит на плечи.
– Хорошо! – кричу я, нажимая кнопку на секундомере. Уиллоу тут же бросает клюшку на лед и наклоняется, упершись руками в колени. – Уже лучше.
– У меня во рту привкус сварки, – ворчит она, пока я еду к ней.
Я прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать смешок, и поднимаю со льда тяжелую черную клюшку. Убрав секундомер в карман кофты, мысленно отмечаю время.
– Так и должно быть. Ты сегодня выложилась по полной.
Она выпрямляется, поставив руки на пояс.
– Да, выложилась.
– Я внесла парочку изменений в первоначальный план тренировок, – начинаю я.
Надеюсь, она не станет возражать против моих задумок. Кожа зудит от нервов, я поднимаю руку и тереблю завязку кофты.
Планы занятий, составленные Адамом, были отличным началом, но изучив Уиллоу на сегодняшней тренировке и разложив в уме по полочкам ее сильные и слабые стороны, я считаю, что они не самые удачные для ее развития.
– Ты быстрая, Уиллоу. Очень быстрая. Я считаю, что мы окажем тебе медвежью услугу, если не сосредоточимся на том, чтобы сделать тебя еще быстрее. Ты достигла выдающихся результатов во всех других аспектах, не проявляя очевидных слабостей. Так что до тех пор, пока я не обнаружу то, что требует улучшения, думаю, нам надо сосредоточиться на скорости и физической подготовке.
Ее глаза распахиваются, но она не выглядит недовольной моим предложением. Это хороший знак.
– Безусловно, решать тебе. Мы работаем на тебя – я работаю на тебя. Но я правда считаю, что это лучшее направление на данный момент, – заканчиваю я на одном дыхании.
Я вздрагиваю, испугавшись звука коньков по льду за спиной. Он правда думал, что я не смогу справиться самостоятельно? Эта мысль заставляет меня заскрипеть зубами.
Развернувшись, я хмуро смотрю на Адама:
– Мистер Уайт.
В его глазах мелькает веселье.
– Здравствуйте, мисс Картер. – Он поворачивается к девушке рядом со мной. – Уиллоу.
Я до боли сжимаю клюшку Уиллоу, изо всех сил делая вид, что мне не хочется отвесить подзатыльник своему боссу. Но, судя по его самодовольной улыбке, он уже знает, о чем я думаю. Может быть, это значит, что я могу…
– Привет, Адам. Не знала, что вы смотрите, – говорит Уиллоу.
«Я тоже».
Адам качает головой, и его смеющиеся глаза встречаются с моими.
– Всего пару минут. Я шел обедать и решил заглянуть и посмотреть, как все идет. Похоже, Скарлетт здорово поработала.
– Так и есть, – с гордостью подтверждает Уиллоу.
В груди теплеет.
– Спасибо, Уиллоу.
– Мы обсуждали изменения в плане моих тренировок, – добавляет она, и тепло падает на несколько градусов, оставляя после себя холодную боль. Маленькая предательница.
Адам поднимает бровь:
– Да? И что мы меняем?
Я прочищаю горло.
– Она слишком быстрая и опытная, чтобы целыми днями тренировать меткость и упражняться с клюшкой. Над этим она может работать в своей команде.
– Ты права, – отвечает Адам без промедления. В его тоне нет ничего, кроме чистого согласия.
Я дважды моргаю.
– Я права?
Его губы слегка поднимаются, после чего растягиваются в широкую улыбку.
– Да. Отличное решение, Скарлетт. Мои планы занятий не подходят для ее особенных навыков.
Уиллоу начинает хихикать, и я в замешательстве смотрю на нее. Такими темпами у меня на лице навсегда застынет хмурое выражение.
– Он вас проверял, Скарлетт. Ну же, – хохочет она.
Я обдумываю это и чувствую себя идиоткой, когда понимаю, что она права. Прищурившись, смотрю на Адама.
– Я так понимаю, что проверку я прошла? – спрашиваю я, сдерживая сарказм, который отчаянно прорывается в голос.
– С блеском, – ухмыляется он.
Уиллоу смотрит на часы, расположенные на табло, округляет глаза и бледнеет.
– Это столько времени? Блин!
Улыбка Адама тает.
– Все в порядке?
– Уиллоу, если тебе надо идти, то мы закончили, – настороженно добавляю я.
– Да, надо. Увидимся в пятницу. Спасибо, Скарлетт.
Она глубоко вдыхает, затягивает резинку на волосах и убегает.
– Это было странно, да? – Я протягиваю клюшку Адаму. Уверена, что выгляжу такой же озадаченной, как он.
– Определенно. – Он забирает у меня клюшку и засовывает ее под мышку. – Сегодня пусть полежит у меня в кабинете. Только скажи ей, чтобы забрала в пятницу утром.
Я согласно киваю и качусь к выходу. Почувствовав, что Адам следует за мной, говорю:
– Она так и не сказала мне, согласна ли с изменениями в плане тренировок.
– Составь его сегодня вечером. Она совсем не возражала, так что я назвал бы это одобрением.
Адам едет рядом, и его рука задевает мою. Кожу покалывает даже через плотную ткань моей кофты и его куртки. Я стискиваю зубы.
– Тебе обязательно быть так близко? – огрызаюсь я, когда его костяшки касаются тыльной стороны моей кисти.
У него вырывается смешок, но он слегка отстает.
– Мои извинения, Скарлетт.
Закатив глаза, я скольжу вперед, толкаю калитку в бортике и выхожу со льда. Дверь с грохотом закрывается, и Адам оказывается рядом, наши коньки впиваются в мягкое резиновое покрытие.
Не сбавляя шага, я оставляю его стоять у борта и иду к трибунам, чтобы забрать свой планшет и бутылку с водой. Сначала физиотерапия, потом тренировка – утро было долгим, и я не уверена, что продержусь еще хоть сколько-нибудь, если не проглочу что-то питательное.
– Ты сейчас похож на извращенца, – бормочу я, когда поворачиваюсь и обнаруживаю, что он смотрит на меня.
Он издает что-то среднее между смехом и кашлем:
– Извращенца?
– Да. Разве ты не знаешь, что пялиться невежливо?
Мой желудок урчит, и я морщусь.
Адам склоняет голову к плечу, забавляясь.
– Я не пялился.
– Ну да, конечно.
У меня в животе раздается еще один неуместный звук, отчего мне хочется скукожиться и умереть.
– Ты хочешь продолжать спорить со мной или сходим пообедать? – спрашивает он, кивая на выход.
– Вместе?
Я внутренне морщусь от глупого вопроса. Вряд ли он хочет пообедать вместе. Не знаю, можно ли нас хотя бы формально считать друзьями.
– Конечно. Почему нет? Мы оба проголодались, и Бриэль уже вернулась со своего перерыва. Моя любимая закусочная прямо на окраине города.
Я покусываю нижнюю губу. Прилично ли соглашаться на обед со своим начальником? Полагаю, мы идем не обедать, а только купить еды. Ох. Есть разница? Мне следует отказаться.
– Хорошо. Но я плачу за себя, – сдаюсь я через несколько секунд, глядя на него с выражением «не спорь со мной» и выдыхая, когда он не спорит.
– Чудесно. Только отнесу клюшку Уиллоу в кабинет. Встретимся через несколько минут у главного входа? – спрашивает он.
Я киваю, и он идет к выходу, беззаботно улыбнувшись мне через плечо, прежде чем скрыться за дверью.
В животе затягивается узел, и меня бесит, что я не могу понять, это от нервов или от предвкушения.
Глупости какие. Это не имеет значения. Единственное,
