этим куском металла, чужак стремительно двинулся через оборонительные ряды рейнджеров. Не успевавшие поменять вектор огня Звездные Тюлени разлетались во все стороны, как сбитые кегли в боулинге, над грузовыми контейнерами повисла розовая дымка от взметнувшейся крови — странный клинок незнакомца мелькал со скоростью пропеллера легкомоторного самолета. Пространство грузовой палубы сотрясалось от нескончаемых плазменных выстрелов, пораженные вражеские диверсанты один за другим оказывались на полу, но ни один заряд пока не попал в их предводителя.
Пестрецов быстро поднял руку, привлекая внимание своих Горностаев, безмолвно отдал приказ: быстро отходим! Здесь им ловить было уже нечего. Вряд ли они сумели бы помочь рейнджерам остановить этого дьявола — а вот Алену Амельскую от него следовало уберечь любой ценой.
Они начали быстро отходить по техническому коридору, образованному контейнерами. Теряя помощников, незнакомец бешено рвался следом за ними с холодной целеустремленностью Терминатора. Расстояние между преследователем и преследуемыми быстро сокращалось.
Пока чужак добрался до поврежденной кран-балки, возле которой когда-то укрывались Горностаи, они успели отойти всего метров на сорок. Не оставалось сомнений, что им придется принять бой.
Казимир быстро втолкнул Алену в глухой коридорчик, образованный контейнерами:
— Не вздумай отсюда вылезать! И пригнись на всякий случай, чтобы не поймать рикошет!
Когда русские диверсанты рассредоточились по укрытиям, брезент, которым был накрыт один из контейнеров, внезапно шевельнулся. Не двигая головой, не отрывая взгляда от рвущегося вперед демонического противника, Родим сосредоточенно фиксировал вокруг себя едва заметное движение, возникшее у самого пола в десятке мест. Это определенно было менее опасно, чем враг-терминатор, но совсем сбрасывать такое удивительное явление со счетов было никак нельзя.
А потом по противнику внезапно ударил мощный плазменный залп.
Это были спецназовцы эфенди Ибргима, которые замаскировались на пути следования Горностаев — и, едва русские миновали их засаду, обрушили на преследователей сокрушающую лавину огня.
Их маневр стал неожиданностью не только для Звездных Горностаев, но и для врагов. В течении нескольких секунд половина вражеской группы оказалась выбита; застигнутые врасплох противники падали друг другу под ноги один за другим. Похоже, какой-то из плазменных зарядов продырявил бедро их вожаку, однако на резвости загадочного комбатанта это не сказалось.
Вообще-то человек с таким чудовищным ранением продолжать бой не смог бы, скорее всего, вообще потерял бы сознание от болевого шока. Но этот тип, казалось, вообще не ощущает боли.
Тем не менее создание из плоти противостоять множеству плазменных попаданий не способно. Мало какой материал вообще способен противостоять плазменному попаданию. Поэтому хоть могучий диверсант, вооруженный только ножом, и сумел увернуться от нескольких выстрелов, однако огонь арабов был настолько плотным, что ему в конце концов пришлось нырнуть за грузовой контейнер, чтобы не превратиться в дуршлаг — тот самый контейнер, за которым полминуты назад укрывались от него Горностаи.
Плазменные заряды с оглушительным визгом и омерзительным тупаньем начали пронзать пластиковый ящик. Однако чужак, видимо, сразу приник к полу, так что ни один из зарядов пока не достиг цели.
— Уйдет! — гаркнул Лось. — Следите за полом! Откатится в сторону и потеряется в коридоре!
— Он не потеряется! — рявкнул Песец. — Пойдет вперед на ускорении, гнида, и перережет наших!..
Родим быстро оценил диспозицию, отмечая, куда метнулся бы в такой ситуации он сам, обладая таким преимуществом. Да, сомнений быть не может: сейчас противник выберет момент, когда огонь неизбежно ослабнет — и рискнет выкатиться в коридорчик со своим гибким штыком в руке.
Может быть, его сразу удастся подстрелить. А может, он врежется в ряды обороняющихся, как волк в овечью отару — и тогда остановить его будет еще сложнее без риска попасть в своего.
Пестрецов рывком поднял взгляд. Воистину, в жизни не бывает совпадений и случайностей. Каждое совпадение — это плод напряженной работы нашего подсознания, тем более подсознания Горностая, находящегося в боевой медитации, которое не переставая подсовывает своему хозяину все новые и новые возможности для продолжения схватки.
Не давая себе больше промедлить ни секунды, Песец выстрелил из неудобного положения прямо поверх голов.
И попал, хотя практически не надеялся на это. Но боевая медитация не подвела и на тот раз.
После того, как огромная тяжелая кран-балка, которую чуть раньше нечаянно разнесла с краю Светлана Рысь, грохнула одним концом о решетчатый металлический пол, второй ее конец остался висеть на массивных опорах. Теперь же Песец сокрушил выстрелом верхушки и этих опор. Чудовищная грузоподъемная стрела медленно поползла вниз, набирая скорость и обдирая краску с вертикальных станин, и с невероятным грохотом всей массой обрушилась на пол, погребая под собой грузовой контейнер, за которым притаился странный вражеский диверсант.
Посреди мгновенно установившейся тишины арабские комбатанты начали короткими перебежками приближаться к поверженной кран-балке и бессильно торчавшей из-под нее руке трупа, чтобы убедиться, что жуткий враг уже никогда не выберется наружу.
Тыльной стороной ладони Родим Пестрецов тяжело отер пот со лба. Кажется, эту партию они все-таки выиграли.
— Командир! — глухо донеслось до него.
И тогда он понял, что немного поторопился.
За контейнером, куда Витковский на время боя посадил Алену Амельскую, никого не было. Еще пара изгибов импровизированного коридорчика, и между контейнерами открылся неширокий проход, который упирался в вертикальную лестницу, уходившую вниз, на следующий уровень корабля.
Песец слетел по лестнице до следующего пролета, не касаясь ногами ступенек — просто проскользил руками по металлическим перилам. Судя по всему, охреневший после пропажи Амельской Казимир тоже не стал тратить времени, перебирая ногами по ступенькам, потому что Пестрецов увидел его спину уже в конце коридора.
Прыткий, с долей неудовольствия отметил командир. Конечно, Горностаю положено быть прытким, но сначала ему в любом случае следует включить голову, и лишь потом начинать действовать, даже если у тебя только что украли любимую женщину.
Впрочем, пока Лось действовал вполне разумно. Секунды в такой ситуации действительно могли стать решающими, поэтому пока Казимир, сразу бросившийся за похитителями, был прав. А вот дальше коридор расходился на несколько рукавов, и вот тут голову включать приходилось неизбежно.
— Стоп, боец! — взревел Родим, поняв, что сейчас Витковский нырнет в один из проходов, выбранный по наитию. И, подкрепляя армейскую субординацию доводами логики, крикнул: — Спасательные капсулы!..
Неизвестно, что именно заставило Лося остановиться — первое или второе. Вероятно, он уже и сам понял, куда могут тащить Алену.
Когда Песец несколько секунд спустя догнал Казимира, тот, сдвинув на глаза студийные очки виртуальной реальности, уже сосредоточенно манипулировал руками в воздухе, нажимая невидимые сенсоры. Присоединившиеся к ним Рысь и Кюнхакль молча остановились за спиной
