косточки присоединятся к коллекции.
Не в силах преодолеть болезненного любопытства, я и Актеон синхронно двинулись к страшной находке, но не дошли несколько шагов. Я остановился, пытаясь понять, что меня встревожило. Оглядел пирамиду, посмотрел по сторонам, перевел взгляд вниз. На полу лежало только два куска мяса. Не три.
Сверху мне на руку упала капля крови. Я едва успел задрать голову и в этот момент он «выстрелил».
Рефлексы сработали намного быстрее мозгов, поэтому удар чего-то омерзительно воняющего и липкого, словно язык жабы, я принял на появившийся в руках щит, который тут же дернули вверх с такой силой, что я лишь чудом избежал вывиха. А вот Актеону повезло меньше. Тварь подцепила его за плечо и уже приподняла над полом, но я земляным мечом рассек «щупальце». Мы бросились в разные стороны, и я, не раздумывая, швырнул один из «снарядов», хорошенько начинив его огнем. Тут же разочарованно заскрежетал зубами, потому что пришедшая в движение тварь увернулась от летящей смерти и моя «пулька» взорвалась от удара в потолок. Высвободившееся пламя лизнуло бок твари и та недовольно заорала, да так, что у меня заложило уши.
В свете огня я наконец-то смог разглядеть Монстра. Он оказался очень толстым. Землистая, с трупными пятнами, кожа. Похожие на протухшие окорока длинные руки с десятисантиметровыми кривыми когтями. Слоноподобные толстые ноги, переходящие в необъятное брюхо, из которого росло с десяток щупалец. Именно этими штуками он нас чуть не заарканил. Они явно умели удлиняться в несколько раз, потому что сейчас не превышали метра, хотя мгновение назад он без труда выстрелил ими на пять метров вниз. Над огромным пузом торчал бочкообразный торс с могучими плечами, поверх которых, без намека на шею, возвышалась огромная лысая голова, больше всего напоминающая младенческую. Сморщенное личико с черными, словно ониксы, глазами и внушительным набором иглообразных зубов в незакрывающейся пасти.
Актеон отодрал от плеча обрубок щупальца и с омерзением швырнул подальше. Даже со своего места я видел, что на коже остались рваные раны, но помочь сейчас ничем не мог. Монстр понял, что враги могут достать его на расстоянии, поэтому с визгом сиганул вниз. Я едва успел отскочить в сторону, когда эта туша всем весом рухнула на то место, где я только что стоял. Усмехнувшись, я активировал еще одно заклятие, полученное в Кругах. «Зыбучие пески». До этого момента я считал его бесполезным, так как его не удавалось замаскировать, к тому же сил жрет столько, что это сводит его полезные свойства на «нет». Но не в этот раз. Огромная тварь увязла в превратившемся под ней в песок мраморе и второй «снаряд» угодил ей точнехонько в брюхо. Вспыхнуло.
Как же он завизжал! Все вопли до этого можно было смело записывать в легкий шепот по сравнению с этим ошеломляющим, явно магическим звуком. Подчиняясь наитию, я успел выбросить перед собой «Янтарную сферу», охнув от разом просевшего источника. По верхней губе потекло что-то теплое.
А вот Актеону повезло куда меньше. Однорогий упал на пол, зажимая уши руками, из под которых хлестала кровь. Впрочем, монстру тоже досталось. Из всех щупалец уцелело только одно, а в животе зияла дыра со смердящими сгоревшими краями. Вонь стояла такая, что меня едва не вывернуло наизнанку. Тем не менее тварь уверенными рывками выбиралась из трясины и я развеял бесполезное теперь плетение.
Проигнорировав меня, обретший свободу монстр рванул в так и не оклемавшемуся минотавру, но я метнул в него новый огненный снаряд. Выругался, когда тварь снова, изогнувшись всем телом, увернулась. Зато мне удалось привлечь к себе внимание, давая Актеону шанс прийти в себя.
Понимая, что запас сил стремительно сокращается, я не стал призывать еще один «снаряд». Вместо этого вытянул руку и в ней появился земляной меч, который тут же вспыхнул огнем. Вовремя. Тварь уже была в паре метров, мимоходом своротив угол пирамиды. Я успел отбить «выстрел», но удар вышел неловким, так что невредимое щупальце вернулось обратно к брюху.
Тварь оказалась потрясающе быстра. Я едва успевал отражать удары длинных когтистых лап. Каждый раз мой клинок оставлял заметные быстро чернеющие раны, но монстра этот факт, кажется, нисколько не смущал. Краем глаза я заметил, что Актеон смог встать, быстро вылил на плечо какой-то бутылек и поднял с пола секиру.
Монстр не считал нужным прощать мне отвлечение внимания. Страшные когти без труда прорвали плотную кожаную куртку и оставили на животе четыре кровавых борозды.
— Вот сука! — я широкими движениям отмахнулся от атак твари, держась левой рукой за рану.
Сзади с ревом подскочил Актеон и со всего маху всадил секиру в плечо твари. Острое как бритва лезвие впилось в гнилую плоть на ладонь, и монстр, рыкнув, наотмашь махнул оставшимся щупальцем. Минотавр успел подставить руку, но все равно кубарем покатился по полу, оставив секиру торчать в плече потрясающе живучей твари.
Эта атака подарила мне мгновение, чтобы осмотреть мою рану. Я ожидал увидеть все, что угодно, включая собственные потроха, но никак не четыре прижженных раны. И заметно побледневшие в месте ранений узоры яда огненной гончей, который просто-напросто выжег заразу, попавшую в раны с когтей голема плоти.
Подскочив к твари, я поднырнул под стремительный горизонтальный удар и со всего размаху, наплевав на опасность нарваться на ответ, всадил вспыхнувший с новой силой клинок в глаз монстра.
Он снова завизжал и попытался меня ударить, но, видимо, последний удар наконец-то подкосил его. Вместо того, чтобы превратить мои внутренности в фарш, я лишь почувствовал, как треснуло ребро и из глаз катятся кровавые слезы — последствие крика голема.
Лихорадочно, пока эта ублюдочная тварь не очнулась, я потянулся к растворенному в моем теле яду Ищейки. Я смог его почувствовать почти сразу после сродства с огнем, но до этого момента не знал, как использовать этот факт. И вот теперь понял.
По клинку в голову монстра потекла выжигающая огненная отрава. Одновременно с этим я чувствовал, как стремительно бледнеют щупальца яда на моем теле. Огонь столкнулся со Смертью. И смерть оказалась слабее.
Как только я почувствовал, что полностью перекачал яд в новую жертву, то выдернул клинок и обессиленно рухнул на пол, сквозь кровавую пелену наблюдая, как в агонии корчится непобедимый страшный монстр, пожираемый огненным ядом. Рядом уселся минотавр, протянул мне открытую флягу. Я благодарно кивнул, сделал два хороших глотка. Чистый вискарь провалился в глотку, словно вода, я даже не почувствовал вкуса. Отдал флягу обратно, внимательно приглядываясь к никак не желавшему
