пальцем в город, помеченный красным. — В восьмидесяти километрах к западу от него протекает река Северский Донец.
— Какая широченная, — прокомментировал я, глядя на вертикальную синюю линию. — Километра два?
— Конкретно в этом месте даже два с половиной, — кивнул Феникс. — И, по сути, она отделяет нашу безопасную сторону от очень опасной противоположной. Как видишь, в сорока километрах западней реки Харьков, а в семидесяти к северу от него Белгород. Два крупных города прошлого, полные ресурсов и монстров, собственно, Северский Донец и не даёт им броситься на нас. Вот здесь, на нашей стороне реки, располагается город Хотомля, и сейчас он стал оплотом бандитов, по большому счету последним на этой части прилегающих территорий. Туда убежали все те, кто выжил после наших зачисток Озёрска и других городов. Я всю ночь с этим работал, и оказалось, что дружеских нам кланов там попросту нет. И именно в этот город из Европы сегодня с утра прибыл Золотой Глаз.
— А что он возит? — спросил я. — После того как мы захватили эту территорию и прошла война нижегородцев с пермяками, я думал, они потеряли все логистические цепочки.
— Скорее всего, так и есть. — Феникс кивнул. — Рабынь они сейчас точно не сумеют нигде продать, но в диких землях, помимо рабынь, есть много всего интересного. Вообще, я не исключаю, что он попробует наладить через Озёрск связь с нами, но ждать этого не намерен.
— Ясно.
Я посмотрел в иллюминатор и с удивлением обнаружил, что Воронеж уже остался позади, и мы стремительно приближаемся к Озёрску.
На самом деле основная задача — месть Золотому Глазу — никаких проблем не сулила. Я вызвался участвовать в этом предприятии просто для того, чтобы прикрыть ребят и посмотреть на Хотомлю.
Город, кроме интересного названия, действительно имел стратегическое расположение, ведь после того, как мы зачистим Воронеж, нужно будет двигаться дальше. Понятно, что мысли сразу же возвращаются к Москве, но перед тем, как зачищать бывшую столицу, нужно решить вопрос власти в Нижегородской империи. А если говорить прямо — мне надо стать её императором, при этом очень желательно одновременно присоединить Пермскую территорию и, разумеется, разобраться с османами.
Всё это, в теории, могло произойти достаточно быстро, а могло и занять несколько лет. Вот в последнем случае мы и будем двигаться на Запад, а линия из трёх городов: Курск, Белгород и Харьков, — расположенных совсем близко друг к другу, являлась поистине золотой жилой. Хотомля отлично подходила как центр разработки этих городов.
— План есть? — Я повернулся к Фениксу.
— Да план стандартный, — рассмеялся он. — Мои ребята уже поймали подходящую группу бандитов, сейчас мы заберём Карину и летим к ним. Надо будет быстренько в них превратиться, потом я кого-нибудь из них обработаю, чтобы у нас был провожатый. И пойдем.
— Как в старые добрые времена, — улыбнулся я.
— Именно. — Феникс свернул карту и откинулся в кресле. — Ты бы знал, как долго я ждал этого момента.
— Антон, я только хотел бы тебя попросить также учитывать интересы Савино. — Я серьёзно посмотрел на спутника. — То есть не пороть горячку.
— Какая горячка, Дим? — Феникс кинул на меня удивлённый взгляд. — Вообще-то, я планирую развлекаться с этим гадом очень долго и никуда не спешу.
— Вот и отлично. — Я снова посмотрел в окно и увидел появившийся на горизонте Озёрск.
* * *
Из десяти вошедших в Хотомлю наших, девять человек участвовали в османской операции, и только для одного это был новый опыт. Точнее, для одной — Карины.
Зато в другом у женщины опыта было побольше, чем у остальных, и, разумеется, слабым звеном она не являлась.
Феникс в очередной раз удивил — из группы захваченных, как прототипы, бандитов он с ходу сумел загипнотизировать аж четырёх, и потребовалось ему на это всего лишь пятнадцать минут. Теперь все они сопровождали нас, и мы уверенно шагали по улицам Хотомли.
Сам город мало чем отличался от других населённых пунктов диких земель. Дома разной этажности были выполнены преимущественно из кирпичей ручной работы, так же как и пятиметровая стена вокруг города. Благо глиняный карьер здесь был недалеко, и, идя вдоль Северского Донца, мы даже его видели. И да, ширина реки впечатляла — больше двух километров, и город стоял на холме прямо на берегу. Отличное место для обороны, а также как плацдарм для зачистки Харькова и Белгорода.
— Вон тот дом, — указал один из загипнотизированных бандитов.
Двухэтажное кирпичное здание стояло прямо на одной из радиальных улиц. Я быстро снял весьма посредственную магическую защиту, а Феникс открыл тяжёлый навесной замок. Первая часть плана была выполнена — теперь осталось найти Золотого Глаза и следить за ним.
* * *
— Да успокойся ты! — Карина преградила дорогу ходящему туда-сюда Фениксу. — Вон водички выпей, а лучше пивка. Ты мешаешь Дмитрию Николаевичу.
На самом деле Антон мне не мешал. Я сидел с закрытыми глазами в изрядно продавленном кресле и наблюдал за очередной встречей Золотого Глаза с одним из главарей бандитов. Да, этого торговца здесь знали хорошо, и к нему буквально выстроилась очередь. Крепкий мужчина лет пятидесяти с седыми висками и выпирающей челюстью занимался своим грязным делом всю жизнь.
Правда, последние несколько лет предпочитал работать в Европе, и именно поэтому Феникс не мог его достать. Я уже четвёртый час слушал разговоры в кабинете одного из трёхэтажных домов, и, признаться, это было достаточно интересно.
Когда Нижегородская и Пермская империи схлестнулись, хорошо понимающий механику войн Золотой Глаз тут же затарился оружием, а также жемчужинами, которые, благодаря соседству с Османской империей, в Европе стоили процентов на двадцать дешевле, чем у нас, и выдвинул караван. Шёл он месяц — и опоздал. Оружие стало не очень нужно, и жемчужины теперь гораздо выгоднее было покупать здесь и везти в Европу. Не судьба…
— Ну, что там? — нетерпеливо спросил Феникс, садясь напротив меня за стол.
— Предыдущий уходит, а в дом уже пришёл следующий. Судя по тому, что говорят люди Глаза, это будет последний на сегодня. Потом его можно брать.
— А говорят о чём?
— Да всё о том же самом.
— Блин, я бы порадовался, что он так опростоволосился, — зло буркнул Феникс. — Если бы не знал, что совсем скоро он умрёт.
