— Вы ничего нам не должны. Я не нуждаюсь ни в ваших деньгах, ни в вашей помощи.
Что ж, это ее задело. И очевидно, она кривит душой, подумал Джексон, снова с грустью оглядев крохотное, тесное жилище Кейси.
Кейси встала со стула, и Джексон про себя одобрил это. Ей не хотелось сидеть, потому что тогда пришлось бы смотреть на него снизу вверх, поэтому она сделала так, чтобы они оказались в более или менее равном положении.
— Я не желаю, чтобы моя дочь жила здесь, — заявил Джексон.
Кейси задохнулась, как будто он ударил ее.
— С нашим домом все в порядке.
— Моя дочь заслуживает лучшего.
— Это моя дочь, и ей хорошо здесь.
Джексон понимал, что эта словесная перепалка может продолжаться часами, и решил положить ей конец. Подойдя ближе к Кейси, он посмотрел в ее глаза, вдохнул источаемый ею аромат лаванды и сказал:
— Мы можем решить это двумя способами. Первый: вы с Миа переезжаете ко мне, скажем, на полгода. Я поближе знакомлюсь со своей дочерью, и по истечении срока покупаю вам дом, там, где ты захочешь.
— Мне не...
— Или второй, — продолжал он громко, чтобы заглушить голос Кейси и заставить ее выслушать контрпредложение. — Ты настаиваешь на том, чтобы остаться здесь, я звоню в семейную коллегию адвокатов, и всего через пару часов тебя известят о том, что я подал иск на установление совместной опеки над ребенком. Между прочим, это ты связалась со мной и нарушила условие анонимности.
Глаза Кейси от ужаса стали круглыми. Она, как попавший в ловушку зверь, в отчаянии искала выход. Но выхода не было, и Джексон об этом знал. Он мастерски загнал ее в угол.
— Зачем вы так...
— В этой истории отрицательный герой — не я, — заявил Джексон. — Позволь напомнить, что я только что узнал о существовании Миа. Я хочу поближе познакомиться со своей дочерью. Неужели тебе это кажется таким нелепым?
— Нет, но думать о том, чтобы полностью изменить мою и вашу жизнь — да.
— У тебя есть выбор.
Помотав головой, она уставилась на него, и блеснувшие у нее в глазах слезы на миг выбили Джексона из колеи. Он изо всех сил надеялся, что она не расплачется. Он терпеть не мог женских слез, поскольку чувствовал себя беспомощным, а это ему не нравилось.
— Вы — бандит, — прошептала Кейси. — Вы богаты, всесильны и думаете, что стоит раздобыть денег — и вы получите то, что хотели.
Он обдумывал это почти целую минуту, позволяя себе скользить взглядом по соблазнительной фигуре Кейси.
— Когда я очень сильно хочу чего-нибудь, то да.
Она глубоко вздохнула.
— Ладно. Эта победа за вами. Мы переедем к вам на полгода. Вы поближе познакомитесь с дочерью, а потом мы уедем.
— Хороший выбор.
— Но только не думайте, — продолжала Кейси, что добьетесь всего своей тактикой. Вы не можете заполучить меня. Помните ту, первую ночь? Этого больше не произойдет. Вам понятно?
Джексон сглотнул. Он костьми ляжет, чтобы игнорировать желание, возрастающее всякий раз, когда он переводил взгляд на Кейси. Ведь у него свои планы в жизни. И в них нет места Кейси Дэвис, какой бы обворожительной она ни была.
Поэтому он улыбнулся и ответил:
— Это все не ради тебя, Кейси. Это ради моей дочери.
Грузчики приехали в субботу. Кейси сидела в шезлонге на переднем дворе, рядом с ней Дани, и они вместе наблюдали, как дети резвятся на клетчатом покрывале под палисандровым деревом. Трехлетний мальчик и две крохотные девочки вели себя очень шумно.
— Знаю, тебе это не понравится, — сказала Дани, когда два грузчика выносили из дома упакованные коробки, — но Майк рад, что ты переезжаешь.
— Что? А я думала, что твой муж хорошо ко мне относится.
— Конечно, балда, — ответила Дани. — Но ведь он полицейский, и говорит, что этот район — не самое лучшее место для одинокой женщины с грудным ребенком.
Кейси нахмурилась. Конечно, это не шикарный квартал, но дома в большинстве своем опрятные, и подростки не слишком досаждают: только один раз расписали ее гараж граффити.
— Он никогда не говорил ничего...
— Ему не хотелось, чтобы ты чего-то опасалась, — нашлась Дани, сразу бросаясь на защиту обожаемого мужа. — Но он по ночам всегда ходит в твоих краях, присматривает, все ли в порядке. Поэтому меня и не удивляет, что твой Джексон настаивает на вашем переезде.
— Умоляю тебя, он — не мой Джексон. И поверь мне, он хлопочет не ради моей безопасности. Ему всего лишь нужна Миа.
— Она же его дочь.
Кейси метнула в ее сторону мрачный взгляд.
— Предательница!
Дани рассмеялась:
— Я просто хочу сказать, что в жизни бывает и кое-что похуже, чем ситуация, когда красавчик-миллионер хватает тебя и тащит в свой шикарный особняк.
Конечно, если представить это именно так, подумала Кейси, то получается сцена из какого-то романтического фильма. Почти история Золушки. Бедная, но честная девушка встречает красивого и богатого принца, они влюбляются и живут долго и счастливо. Но Кейси смотрела правде в глаза. Единственное, что связывает ее с Джексоном, — это дочь.
— Он угрожал отнять Миа.
— Если бы он действительно этого хотел, то уже давно так бы и поступил. Кейси, постарайся не воспринимать переезд как заключение под стражу. Считай, что это мини-каникулы. У него огромный дом. Там хватит места и тебе поработать, и Миа поиграть. В кои-то веки тебе будет на кого рассчитывать. Тебе не придется делать все самой...
Кейси сама проложила себе дорогу, основала свое дело, воспитывает прелестную дочку. Зачем же ей помощь, если она в ней не нуждается?
— А кстати, ты можешь представить себе Джексона Кинга, меняющего ребенку подгузник? — спросила она.
— Думаю, ты это выяснишь. В любом случае прекрати накручивать себя заранее.
Грузчики вынесли из дома кроватку Миа и кресло-качалку, которую Кейси расписывала собственноручно.
— М-м, разве я не слышала от тебя, что Джексон говорил, будто обустроил детскую?
