- Ты будешь выделяться из толпы, - заверила его Сиани.
Дэмьен тихо рассмеялся.
- Что касается незнакомых людей... Мужчины просто умрут от зависти, а женщины сочтут тебя... гм, интригующим.
- Это я как-нибудь переживу.
- Ну, а насчет тех, кто тебя знает... Если не ошибаюсь, таких в Джаггернауте немного? - Ее карие глаза лукаво сверкнули. - Я считаю, что ты выглядишь очаровательно. Ученики будут трепетать перед тобой даже сильнее, чем до сих пор, но это, пожалуй, не важно. Зато я знаю по крайней мере одну официантку, которой ты покажешься просто неотразимым.
- А об этом, пожалуйста, поподробнее.
- Она замужем! - прищурилась Сиани.
- Вот досада.
- Что же касается твоих настоятелей... - Сиани на мгновение заколебалась. - Или настоятеля? Сколько их у тебя?
Дэмьен поймал себя на том, что непроизвольно напрягся.
"Спокойно, Дэмьен. Тебе придется провести здесь не один месяц. Держи себя в руках".
- На самом деле один.
Сиани еще раз осмотрела его с головы до пят и с пят до головы.
- В этом наряде, - пришла она наконец к выводу, - ты будешь ужасно его раздражать.
Дэмьен с минуту смотрел ей в глаза, потом усмехнулся и повернулся к хозяину лавки, теребившему красный шелковый лоскуток.
- Я беру этот костюм.
Холодный осенний день постепенно переходил в тенистые сумерки. Темные силуэты дрожали в узких переулках, в арках дверных проемов, вокруг немногочисленных продрогших пешеходов. Было ли это простой игрой теней, обманом зрения или некая сила жадно тянулась к жизни и воплощала свои желания в наступающей темноте?
- Эй, - толкнула его Сиани. - Расслабься. Ты не на работе.
- Извини.
Дэмьен переложил сверток с покупками в правую руку, дав отдохнуть левой. Он остро ощущал близость молодой женщины и даже сквозь плотную шерстяную рубашку чувствовал тепло ее тела. Ладонь Дэмьена поглаживала руку Сиани.
- Тебе не кажется, что твой Патриарх этого не одобрит?
- Чего? Обновления гардероба?
- Того, что ты часто бываешь со мной.
- Тебя это беспокоит? - хмыкнул Дэмьен.
- Я думаю, ты можешь подтолкнуть его к этому.
- Патриарх нечувствителен к любым толчкам. Как и к большинству прочих человеческих чувств. Что же касается нас... Достаточно сказать, что боевые порядки уже построены и сейчас мы замерли позади наших армий и выжидаем. Он - со своими высокоморальными поучениями, а я - с убежденностью в своем праве на личную жизнь. Если же битва все-таки начнется, мы устроим грандиозное сражение.
- Ты говоришь так, словно заранее это предвидишь.
Дэмьен пожал плечами:
- Я предпочитаю открытую схватку, а не обмен выпадами, намеками и взаимными обвинениями. Я неважный дипломат, Си.
- Но хороший учитель?
- Стараюсь быть.
- Могу ли я спросить, как это происходит? Или... это секрет?
- Вряд ли. - Дэмьен поморщился и снова переложил пакеты из руки в руку. - У меня двенадцать учеников от одиннадцати до пятнадцати лет. В лучшем случае они обладают слабыми задатками. Двух младших я забраковал сразу - у них слишком тяжело протекает переходный возраст. И все равно я даром трачу время - ни одного из них не удалось научить хотя бы почувствовать Фэа... И я думаю, Его Святейшество об этом знает.
Дэмьен вспомнил собственные грехи молодости - кучку довольно скверных существ, которые он по глупости ухитрился сотворить. Учитель заставил его выследить всех этих тварей, одну за другой, и безжалостно истребить - и это не было самым приятным воспоминанием в его жизни.
- Трудно сказать, что внушает им больший страх - я или Фэа. Конечно, это не самое лучшее начало. Но все же кое-какие достоинства у них есть, а значит, есть и надежда. Вот, например, вчера...
Внезапно Дэмьен заметил, что его спутница насторожилась.
- Сиани, что случилось?
- Потоки меняются, - прошептала она и побледнела. - Разве ты не видишь?
Поскольку Дэмьен предпочитал оценивать ситуацию самостоятельно и поскольку только посвященные могут видеть потоки Фэа без предварительной концентрации, он быстро обратился к Видению и огляделся. Но если в неторопливо струящихся у их ног потоках Фэа и произошли какие-то изменения, они были весьма незначительны, и колдовского зрения Дэмьена не хватало, чтобы заметить отличия.
- Я ничего...
Сиани стиснула его руку внезапно похолодевшими пальцами:
- Мы должны предупредить...
Вечерние сумерки пронзил рев сирены тревоги. Отвратительный визгливый вопль, похожий на завывания баньши, пролетел по узким мощеным улочкам, отразился от стен домов, и все вокруг задрожало от пронзительного воя. Дэмьен прикрыл одно ухо ладонью и постарался дотянуться до другого, не растеряв при этом все свертки. Визг был настырным и очень болезненным.
"Тот, кто придумал эту штуку, обучался своему ремеслу в аду", - подумал Дэмьен.
Вой оборвался так же неожиданно, как и начался. Дэмьен осторожно опустил руки, готовый при малейшем намеке на повторение снова заткнуть уши. Но Сиани схватила его за руку:
- Идем!
В ушах звенело, и Дэмьен не расслышал ее слов, но жест и без того был достаточно красноречив.
- За мной!
Сиани потянула его вперед, и он позволил себя увлечь. Они бежали по внезапно заполнившимся улицам среди десятков людей самого разного возраста и профессий: рабочих, держащих в руках миски с едой, детей с ученическими тетрадками, женщин с грудными младенцами, а одна из женщин даже сжимала в руках только что сданные карты. Все они покинули дома и лавки и высыпали на узкие улочки Джаггернаута, словно пчелы из разбитого улья. Но могли быть и другие сравнения...
Дэмьен внезапно остановился и заставил задержаться и Сиани. Теперь и он своим колдовским зрением мог видеть потоки Фэа, струящиеся у их ног. С замирающим сердцем он следил за мерцающими ручейками. Они действительно изменились! Не по направлению или скорости, а по _интенсивности_... Дэмьен сильнее сжал руку женщины. Такого не могло быть, он не мог себе такого даже представить... Это выглядело так, будто Фэа по своей воле уходило отсюда, чтобы собраться где-то в другом месте для сокрушительного удара, внезапностью и мощью подобного цунами.
- Землетрясение! - Дэмьен застыл, потрясенный своей догадкой.
- Идем же! - Сиани настойчиво увлекала его за собой.
Они добежали до северного конца улицы, выходившей на большую базарную площадь, и там остановились, переводя дыхание. В маленьком сквере на краю площади собралось уже несколько сотен людей, и каждую минуту прибывали еще и еще. Лошади беспокойно прядали ушами, их вздрагивающие ноздри словно пытались уловить запах опасности. Как только Дэмьен и Сиани выбежали на простор площади, вывески нескольких лавок начали раскачиваться, сквозь раскрытые двери донесся звон бьющегося стекла. Лавочники торопливо выбегали из магазинов, сжимая в руках самые ценные безделушки - хрусталь, фарфор, изящные статуэтки, а вывески над ними раскачивались все сильнее, заставляя привязанных лошадей в ужасе рваться на свободу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
