Отца я выловил уже на следующий день. Забил на школу! И проторчав в палате подле мамы полдня, дожидаясь, когда он наконец придет. Ведь врач сказал — если не каждый, то через день! И он пришёл. И в отличие от мамы — не выглядел столь печально. Отойдя в сторонку, я высказал ему много лестного и «красноречивого».
Извинился, высказался вновь. Услышал ответное пожелание с «дальней дорогой», и вообще все то, что обо мне таком красивом, папаша думает. Вплоть до эротики. И уже после взаимных извинений, наконец состоялся продуктивный диалог. Многого отец конечно не рассказал, и многое утаил, но в целом, картинка прояснилась. И картинка эта... похожа на жопу!
Сразу после нашего расставания, отец с матерью отправились искать себе временное жилье, ведь тетка их к себе пускать и не собиралась, и меня-то пустила с условием оплаты проживания с питанием, что родители исправно делали всё это время, передавая бабке крепенькую сумму на регулярной основе вот уже более полугода!
Новая жилая «конура», вышла конурой почти реальной, при довольно кусачем ценнике. Койка место, в виде двуспальной кровати, отгороженная фанерной ширмой от других таких же, и с проходом в полметра вдоль. Темно, душно, и полная «благоухания» пота, да так что плацкартный вагон покажется люксовым номером.
В таких условиях они прожили почти месяц! Приходя туда только ночевать. Мама, «зависая» у себя на работе, разгребая накопившиеся за, в том числе далёкий январь, завалы, и спешно готовя квартальный отчет.
Отец, на трех работах сразу, пусть и не делая ничего сверхъестественного — кормил собачек у одной дамы, гулял с другими у другой, плюс занимался уходом за газоном подле одного салона красоты. Правда деньги в сумме со всех трех все равно выходили смешными, да так что я на порно за день могу срубить его месячную сумму окладов.
А потом мамка каким-то образом подбила своё начальство на принятия отца на работу. На хорошую, оплачиваемую, и главное — понятную отцу должность! Они сняли квартиру, решили подкопить деньжат, все старались со мной встретиться, несмотря на плотный график, но я как будто избегал этого! За что сейчас получил легкий тычок по темени, с очередным выговором.
То на учебе был, то с друзьями, то гулял... они уже и с теткой говорили! Чуть не разругавшись. И так, и сяк, задабривали и её, и меня! Пересылали гостинцы, и передавали деньги на новую одежду... но я, по их мнению, обиделся, и, по словам бабки, «видеть их больше не желал!».
И это я ей еще припомню! Очень больно припомню! И теперь мне ясны те особые духи... неужто пронюхала, что я унюхать могу? Вот же... су... сумасшедшая старая пирожница!
Но все это было бы ерундой, если бы у самой фирмы не начались проблемы. Что там случилось — неизвестно, или батя не говорит, но их обоих уволили без объяснения причин, выкинув на улицу без трудового пособия — заставили подписать по собственному желанию. На счастье, все же произведя расчет, в том числе и за те два месяца, что отец успел у них проработать, не зажопив ни гроша.
Правда, счета то все так же заморожены! И денег он получил лишь ту часть, что выдали наличностью. То есть — черный нал, в конверте, в обход налогов. И хоть счет матери, на счастье, никто пока не трогал, деньги у них стали резко исчезать, и из только снятой жилплощади, пришлось в срочном порядке съезжать.
Вновь бомжатник – подвального типа. Вновь поиски работы, на этот раз обоим. Перебивка всякой ерундой, и мотание по столице... желание её скорее покинуть! Но тут матери начало становится всё хуже и хуже.
Смена жилья, как попытка поправить ситуацию! Запуск руки в иНЗе, для покупки продуктов, лекарств и витаминов, как попытка восстановить иммунитет. И вот она, больница...
— Маму надо отсюда срочно забирать! — провозгласил я, а сам с паникой подумал, что, если изменения минули стадию обратимых — и без хирургов уже не обойтись.
— Забирать? Куда? — горько усмехнулся на это папа, а я подумал — и правда, куда?
У меня, есть кое какие деньги! Я не стал покупать сотовый телефон, обзвонив всех поставщиков сантехники из будки-автомата. Денег ушло конечно немало, и не удивительно, что я не нашел нужной конторы — мама там уже не работала к этому времени.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И еще больше денег ушло на одежду — все же бегать голышом не позволяет «мода», а старые тряпки уже износились. И немало финансов постоянно утекает на хорошею еду, которую в столице «днем с огнем» не сыщешь. А кушаю я тоже неплохо. Но... у меня есть еще запас! Телефон бы стоил дороже.
Денег хватит, чтобы снять задрипанную квартирку на окраине. На месяц. Или быть может, на два или даже три, если не квартиру, а комнату, и где-то совсем на отшибе. Боже! Как же мало у меня денег! И ради них я, занимался...
— Возможно, ты и права. — выдал наконец отец, тоже о чем-то думав и наконец решив — Есть у меня еще один вариант с жильем, но боюсь тебе не понравится.
— Иии... чем?
— Понянял-Я! — произнес я, когда открылась дверка коммуналки.
Паровозик деток, бухой дед, вяжущая бабка в скрипучем кресле-качалке... мадмуазель маминого возраста в одном халатике и с толстой маской крема на лице, заявляющая, дословно «воды больше нет», на что остальные реагируют дружным стоном «опять все вылила!». Что за сумасшедший дом?!
— И сколько нам будет стоить эта комната? — проговорил я, оглядывая напрочь пустое помещение.
Даже штукатурки нет! Одна драная дранка на стенах!
— Нисколько. — нарисовался рядом с папой новый персонаж, интеллигентного вида, костюм-галстук, всё такое — Я давно тут не живу, все подумаю продать, а отец твой — мужик пожал батяне руку — в общем — я ему должен.
Я прищурившись, взглянул на отца, задавая всем видом вопрос «какого куя, а!?» вы мотались по ночлежкам, а тут... целая комната!!! Но довольно быстро узнал ответ — в районе очень туго с транспортом!
Здание, пусть и расположено сроду не на окраине, и вообще довольно близко к центру, но тут – «мертвая зона». И ни ходит ни один вид общественного транспорта! А на машине... разве что летающей. Выбраться отсюда, сравни побегу из Шошенка. И работы нет.
Так что для трудового населения, данное жильё — катастрофа! И мне придется, от школы до сюда, летать по четыре с лишним километра, если чисто по прямой. А уж для больной матери... шумно тут, звиздец!
Пришлось искать другой вариант, в итоге снимая комнату в общаге. Тут тоже шумно, но не настолько. И ближе к транспорту! И ближе к школе. Ну а с доктором, мы договорились. За не большую, реально небольшую, и даже скромную «взятку» в виде плитки шоколада… Он выписал мать так, что в случае чего её без проблем примут назад. А не так, как если бы она «сбежала», написав отказ от госпитализации.
Но мы все равно рискуем! Ведь я не знаю, что у неё там внутри и насколько все плохо. Про отца вообще молчу — он почему-то думал, что у меня есть какой-то хитрый план, как прописаться в платную клинику бесплатно, а не просто лежать в обнимочку. Он думал... а что он думал? Мне, типо, двенадцать! И я кое-как отговорил его не бежать обратно в больницу, слёзно уговаривая принять обратно. Не звонить в скорую, и не начинать усиленно пить.
Кое-как уговорил дать мне шанс! Завалив аргументами, что в больнице ей с временной регистрацией все равно не помогут, а продавать собственную почку нет никакого смыла — и ей не поможешь, и сам подохнешь. Ну и банальной — жалостью, слёзно умолив, поверить мне, сказав, что с матерью и раньше такое было, и я знаю что и как делать.
Народная медицина! Иглоукалывание! Акупунктура! Уринотерапия! У меня богатый опыт! Га-га-га! Главное — заболтать человека, до состояния, когда он уже ничего не соображает. Надавить на больное и мозг сам выдаст желаемое за действительное.
Мать оказалась совсем плоха, и мне первое время пришлось вообще, буквально все делать за неё. Даже в туалет самостоятельно не сходить! Даже в «утку»! Ей оказалось непосильно!!! Требовался массаж! Или катетер. Последнего у меня не было, и пришлось прибегать к первому.
