Такой короткий отрезок времени имел такие последствия. Колумб чувствовал это, потому что свой журнал он закончил следующими словами: «Чудесным образом это плавание направлял сам Бог, сотворив для меня великое чудо, для меня, прожившего так долго при дворе Ваших Величеств, постоянно преодолевая сопротивление придворных, воспринимавших это предприятие как безумство. Но я надеюсь, что с Божьей помощью оно принесет всему христианскому миру великую славу».
В этот же день Мартин Алонсо Пинсон пришел на «Пинте» в Палое. Быстрым ходом он перегнал Колумба и в конце февраля пристал к берегу в маленькой гавани Байоне в Галисии. Он даже попытался поспешить ко двору, но ему отказали. Спустя месяц после возвращения он скончался в отчаянии.
ВТОРОЕ ПЛАВАНИЕ
Бесконечные приемы и торжества следовали в Палосе один за другим. Но Колумбу вскоре наскучило это бесполезное времяпрепровождение, и он отправился на две недели к своим друзьям в монастырь Рабида. Оттуда он поехал в Севилью в сопровождении десяти индейцев-рабов, которых маленький Бартоломео де Лас-Казас разглядывал удивленными детскими глазками, даже не зная, что однажды он будет страстным защитником их братьев.
Вскоре, получив очень дружелюбное послание своего покровителя адмирал и вице-король Индии отправился в Барселону ко двору короля. Шесть индейцев сопровождали его. Они несли клетки с пестрыми попугаями, привезенными из «Индии», заморские диковинки и несколько проб золота. Из Севильи через Кордову, Мурсию, Валенсию необычный отряд отправился к Средиземному морю и через Таррагону в Барселону. Повсюду любопытство было огромным.
В Барселоне король и королева приняли первооткрывателя с невероятным блеском и усадили его рядом с собой напротив всей свиты. Обсуждались планы второго плавания. Колумб был гостем своих господ. После торжественного богослужения он остался жить во дворце. Никогда больше на его долю не выпадала такая честь. Он хотел продолжить начатое предприятие, отыскать Великого хана, приумножить свои открытия, найти золотые прииски и обратить язычников в свою веру. Скольких конкурентов ему пришлось преодолеть, сколько ненависти выдержать!
Но в этот момент он наслаждался величием своей славы. В течение пяти или шести недель он принимал участие во всех торжествах. Он принимал просителей, среди них и придворных, которые прежде свысока относились к нему. Король и королева советовались с ним по дипломатическим вопросам. Архиепископ из Толедо, первое лицо Испании и самая влиятельная фигура при дворе, пригласил его на обед и оказал ему королевские почести.
Колумб получил тогда герб с изображениями по углам: кастильский замок, леонский лев, острова и якорь. Его братья — Бартоломео и Диего (младший Джакомо, которого он вызвал из Генуи) — были возведены в «caballeros»[8] и перед их именем теперь ставили «Дон».
Между тем проходили оживленные переговоры между испанскими властями и папой Александром VI Борджиа, который тоже был испанцем. 3 мая 1493 года он пожаловал Католическим королям владение землями, открытыми Колумбом. Но так как король Португалии тоже начал действовать, испанский посол в Риме добился от папы две новых буллы, под которыми он задним числом поставил даты 3 и 4 мая. Согласно второй булле пограничная линия между португальскими и испанскими владениями проходила в ста лигах западнее от Азорских и Кабо-Верде островов Зеленого Мыса. По всей видимости, принимая такое решение, Испания находилась под влиянием Колумба. Таким же образом по его совету испанская корона потребовала и получила четвертую буллу, датированную 26 сентября, расширяющую ее права, а все права, которыми до этого пользовались другие князья, короли и религиозные общины, объявлялись недействительными. Это должно было коснуться непосредственно Португалии. Там забеспокоились и сейчас же начали переговоры с Католическими королями. В результате появился Тордесильясский договор от 7 июня 1494 года. Пограничная линия была проложена на 370 лиг западнее островов Зеленого Мыса. Восточнее этой океанской границы любая уже открытая земля или та, которая будет открыта, считается португальской. Это сделало возможным создание будущего лузо-бразильского сообщества.
Между тем новость об открытиях распространилась повсюду, не только в Испании и Португалии, которые были непосредственно заинтересованы в этом, но и в Италии, и в Риме, во многих торговых городах и при дворах просвещенных королей. Письмо Колумба Сантанхелю на латинском языке было напечатано в Париже, Базеле и Антверпене. На итальянский язык его перевели стихами. На немецкий язык оно было переведено лишь в 1497 году. Казалось, что эти открытия вообще-то слишком мало интересовали Северную Европу. Должен был появиться второй генуэзец, Джованни Каботто, или Джон Кабот, прежде чем Англия начала пробивать себе путь в «Индию».
Колумб, со своей стороны, начал приготовления ко второму плаванию. Всеми делами управлял Хуан де Фонсека, архидиакон Севильский, добрый, но жаждущий наживы делец. Тогда он сотворил поистине чудеса, так как предоставил в распоряжение адмирала 17 кораблей и примерно 1200–1500 человек команды. Это была настоящая армада. На борту было все, что считали необходимым для начала колонизации.
На этот раз экспедицию сопровождали священнослужители, главой которых был отец Буй ль. Разве объявленной целью путешествия не было обращение коренного населения в свою веру? Но во всяком случае с ними хотели вести и обменную торговлю, обменивая дешевые безделушки на золото, причем восьмая часть дохода должна была отойти Колумбу, а семь восьмых — короне. В общем приоткрыть дикарям небеса обошлось Католическим королям довольно дорого, если не забывать при этом и некоторых светских интересов.
В июне 1493 года Колумб покинул Барселону и двор. Через Сарагоссу он прибыл в Мадрид, Талавера-де-ла-Рейна и Трухильо, где жил молодой свинопас по имени Франсиско Писарро, будущий завоеватель Перу. Цель этого перехода была Гуадалупе в Эстремадуре, большой монастырь иеронимитов. Находясь на грани гибели в шторм при возвращении из плавания, Колумб поклялся совершить туда паломничество. Его сопровождали пять индейцев, шестой остался при дворе. Монахи настолько заинтересовались ими, что попросили Колумба дать одному из островов, которые он наверняка еще откроет, имя монастыря, что и произошло. Так орден иеронимитов познакомился с индейцами, большинство из них они впоследствии окрестили. Мадонна Гуадалупская стала покровительницей всей Латинской Америки.
Из Медельина, родины Эрнана Кортеса, завоевателя Мексики, Колумб через Кордову и Севилью отправился в Кадис, где, несмотря на все старания Фонсеки, флотилия еще долгое время не была готова к отплытию. Колумб был крайне недоволен, что и послужило началом будущих раздоров между ними.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
