Послышались голоса. Я оглянулась к парку и увидела свет фонарей. Уже обнаружили, что меня нет? Черт! Я вгляделась в дорогу: никого, ни намека на карету. Я закусила губу. Что же делать?
Голоса и огни приближались, и я сдалась. Была не была! Я бросилась назад к темной карете, постучала и, не дождавшись ответа, открыла дверцу.
– Извините, сэр, вы знаете мистера Портера?
Незнакомец покачал головой. Я очень надеялась, что он не соврал.
– Вы случайно не едете в Ривермист? Не могли бы вы подвезти меня? Я могу заплатить, правда не очень много, – выпалила я. Губы дрожали от холода и напряжения.
Мужчина раздраженно вздохнул. Стало страшно, что откажет, ведь он наверняка ждал кого-то. Но, помолчав, он кивнул.
Мое сердце забилось чаще.
Я огляделась: голоса и огни охраны приближались, никаких карет на горизонте не было. Этот незнакомец – мой единственный шанс на побег, даже если он прикопает меня в ближайшей канаве, даже если моя репутация после этой поездки окажется все в той же канаве, – это лучше, чем брак с Портером.
– Благодарю вас, сэр! – сказала я и закинула в карету котомку. Мужчина подхватил ее, а потом подал мне руку, помогая подняться.
Я села напротив него, и свет газовой лампы в углу кареты осветил его лицо. Нет, оно все еще было скрыто высоким воротом, но пронзительный взгляд его изумрудных глаз я не перепутала бы ни с чьим другим, ведь слишком часто видела его во сне. Нет, этого не может быть!
Сердце пропустило удар.
– Не стоит благодарности, мисс, – этот голос все еще вызывал боль, хотя прошло почти пять лет. Но как этот человек может быть здесь? Я остолбенела, не в силах вымолвить ни слова.
Тем временем мой спутник постучал по стенке кареты и захлопнул дверцу. Карета пришла в движение.
Глава 15
Тот месяц в столице оказался непростым. Папа ехал, чтобы встретиться с будущей леди Маклейн, моей теперь уже мачехой, и увезти ее в наше поместье. И так как папа был занят большую часть дня, тетя сопровождала нас в мой первый столичный, тогда еще я не знала, что последний сезон. Она давала мне советы, как держаться, с кем говорить, кому отвечать.
И без тети я бы потерялась в столичном урагане. Аркендолл поражал масштабом: широкие проспекты, монументальные здания, огромные бальные залы, в которых, кажется, мог бы поместиться весь мой маленький родной Хампфилд. В бальных залах, салонах и галереях толпилось столько народу, что не протолкнуться, и ни с кем мы не были знакомы, и потому полвечера я проводила обычно, общаясь лишь с тетей, пока распорядитель не представит нам кого-то из гостей. Тогда у меня появлялся шанс с кем-то потанцевать.
Папа очень негодовал, что поиск жениха занимает так много времени, а тетя лишь закатывала глаза и называла его обросшим мхом деревенским пнем, который слишком давно не выходил в свет и ничего не понимает. Ну а я, рассматривая других леди, четко поняла, насколько мы скромны в финансах. Я не знала, насколько это может повлиять на чье-то решение жениться, в моей голове брак являлся результатом исключительно взаимного чувства и ничего более.
Я больше переживала за то, как разглажено мое платье, как уложены волосы, как я иду, как стою, как говорю. Мне казалось, я все делаю не так, пока я не встретила его.
В душной зале было не протолкнуться, казалось, вся столица съехалась на этот бал. Я обмахивалась коротким веером и высматривала тетю, которая искала знакомых или распорядителя, чтобы он нашел для нас места присесть. Ведь по правилам приличия мы не имеем права говорить с кем-то, кто не был нам представлен, иначе сойдем за дикарей. Ноги уже гудели от усталости, но все кресла и скамьи были заняты, кроме одного, рядом с богато одетым джентльменом с пронзительными зелеными глазами. На свободном кресле рядом лежали его перчатки, а подойти и попросить уступить мне место было бы страшным нарушением этикета.На бал в тот день приехал принц или какой-то еще очень важный человек, и казалось, что все столичное общество набилось в одну бальную залу. Толпа гудела, все старались пробраться ближе к монаршей особе, и меня едва не сносило потоком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мимо прошмыгнул официант с подносом, и ровно в этот момент меня кто-то толкнул в спину. Я налетела на официанта, и тот опрокинул бокал с подноса ровно на брюки джентльмена, сидевшего в кресле напротив.
Джентльмен вскочил, меня снова толкнули, и я наверняка упала бы, если бы незнакомец не подхватил меня. Но вот незадача, теперь мы оказались непозволительно близко. Не представленные друг другу! Я залилась краской, постаралась отступить, но места не было совсем.
– Присаживайтесь, – джентльмен указал на кресло рядом с тем, где он сам сидел минуту назад, и забрал оттуда перчатки. – Я берег это место для сестры, но не думаю, что она присоединится, учитывая этот балаган. – Он обвел глазами толпящихся людей и досадно скривился.
– Благодарю, – кротко сказала я, чувствуя, как пылают щеки.
Незнакомец присел рядом и принялся отряхивать брюки, хотя это не имело никакого смысла.
– Извините, я не специально, – сказала я и сразу поняла, что это было неприлично и неуместно.
Джентльмен усмехнулся, а потом взглянул на меня, и я потерялась в завораживающем взгляде его зеленых глаз.
Смутившись, я предпочла прикрыть пылающее лицо веером. Толпа, словно река, неслась бушующим потоком разноцветных юбок, вееров, перьев и блесток.
Мой собеседник вздохнул, положил белые перчатки на подлокотник кресла.
– Такое ощущение, что здесь собрался весь свет Аркендолла.
Я не поняла, обращался незнакомец ко мне или восклицал в пустоту, но ответить все равно не смогла бы, не нарушая этикет.
– Почему вы не ищете аудиенции монарха? – спросил незнакомец, уже явно обращаясь ко мне. Я промолчала, лишь посмотрела на него. Он хитро улыбался, и мне хотелось бы ответить ему и улыбнуться в ответ, но тетя строго запретила так делать, ведь я будущая леди!
– Конечно, согласно этикету, мы не можем общаться, пока не представлены друг другу, – сказал джентльмен, склонившись ко мне и делая вид, будто обращается в пустоту. – Но я очень сомневаюсь, что мы сможем найти распорядителя сегодня вечером, чтобы сделать это по правилам.
– Мы можем просто не говорить друг с другом, – ответила я, не отнимая веер от лица и нескромно разглядывая красивые черты незнакомца. Прямой нос, точеный подбородок, алые губы, с которых не сходила озорная улыбка, и я сама не осознавая улыбнулась в ответ.– Боюсь, это невозможно, – драматично вздохнул незнакомец.– Почему? – искренне удивилась я. Обычно молчание не было проблемой, люди в столичных салонах прекрасно справлялись с задачей игнорировать друг друга в самых стесненных обстоятельствах.
– Потому что мне непременно надо узнать ваше имя, обязательно, – сказал он полушепотом, таким глубоким, таким интимным. Мое сердце пустилось вскачь.
Отвечать было нельзя, но, если бы не смущение, сковавшее горло, я ответила бы. Этому человеку мне хотелось ответить на любые вопросы. Тетя все еще не нашла меня, как и папа, и никто не осудил бы меня за то, что веду себя не как подобает леди. Я осмотрелась и решилась. Пусть этот этикет пропадает пропадом, я за весь месяц танцевала всего с двумя кавалерами. И они не так чтобы нравились мне. Ну, подумаешь, поговорю с ним немного, потом найдем распорядителя и представимся как подобает.
Слова уже готовы были сорваться с губ, как я увидела тетю. Я вскочила с кресла, джентльмен тоже поднялся. Я взглянула на него – в его глазах читалось нетерпение.
– Элионор, наконец-то я нашла тебя. Здесь сегодня не протолкнуться, я предлагаю поехать к Коллинам, а завтра снова сюда, приглашения я нам взяла, – выпалила тетушка, а после заметила джентльмена. Она кротко и вежливо улыбнулась ему, а потом лукаво посмотрела на меня. Незнакомец вежливо поклонился тете, бросил на меня задумчиво-удовлетворенный взгляд пронзительно-зеленых глаз и скрылся в толпе.
