и связи.
Мажор. Точно. Он крутой парень. Одежда у него качественная и дорогая. Если бы Кристина была здесь, сразу бы это отметила, а я в таких вещах плохо разбираюсь, могу лишь догадываться.
— Но ты, — запинаюсь. — Тебе там нравится? Раз это университет высокого уровня, то в нем должны быть хорошие преподаватели. Диплом такого заведения откроет путь в любую компанию.
— Наверное, — бросает с явным безразличием. — Я туда не учиться пошел.
— А зачем же еще? — изумляюсь.
— Решаю вопрос.
— А потом?
— Выйду на свободу.
— Ты выражаешься так, будто сейчас отбываешь в стенах университета тюремный срок, — бросаю с нервным смешком.
— Ну если бы ты увидела мой универ, — тянет насмешливо. — В тюряге с правилами попроще.
— Ты шутишь?
— Ты никогда не узнаешь, — припечатывает. — И это…
— Дай угадаю, — мне впервые удается перебить его. — И это хорошо?
Но я не замечаю, что в пылу нашего странного разговора невольно придвигаюсь к парню, оказываюсь практически вплотную к нему.
Я никогда не видела таких глаз. Такого взгляда. До жути темного, мрачного, опасного, и при этом горящего. Таким взглядом можно касаться. Вести по коже будто остро заточенным лезвием.
Ангел подается вперед. Совсем немного. А может, это сам мир сейчас качнулся и сблизил нас, толкнул друг к другу?
Наши губы соприкасаются через ткань банданы. Никаких движений. Просто шепот напрочь сбитого дыхания. Тишина. Оглушительная.
Я обо всем забываю. Сердце гулко бьется о ребра и ранит, каждым своим толчком умоляет — укради меня, укради. На край света, на край земли.
18
— Плохо, — говорит Ангел, отстраняясь и разрывая контакт.
— О чем ты? — бормочу, ничего не понимая.
Я прижимаю ладонь к дрожащим губам и обжигаюсь, чувствуя, как дико они пылают. Но парень даже не поцеловал меня. Только дотронулся через плотную ткань. А чувство такое, будто смял мой рот, сжал, стиснул, поэтому теперь кожа саднит, точно стерта до крови.
Я никогда не целовалась, не могу знать, как это бывает, как правильно. Лишь от подружек слышала их впечатления. Мне всегда казалось, это должно быть очень мерзко. По сути ведь это обмен слюной, а в ней множество микробов, вирусы, всякая гадость. Да я даже после кого-то из стакана выпить чай не могла, не то, чтобы облизать чужой рот. Фу, гадость. Может, по этой причине меня никогда не тянуло попробовать целоваться ради опыта. Я ни к кому из парней не тянулась. А тут моя отлаженная система восприятия впервые дала сбой. Разочарование кольнуло изнутри.
Что за безумные мысли роятся в моей голове? Неужели я хочу, чтобы Ангел сдернул эту бандану и поцеловал меня по-настоящему?
Теперь горят не только губы, но и щеки. Все мое лицо полыхает краской смущения, и я чувствую себя полной дурой. Мы же с ним знакомы меньше суток! Я его совсем не знаю. Что он обо мне подумает? Что я готова целоваться с первым встречным парнем? Что таю от внимания любого красавчика и полностью теряю голову?
Ужас. Просто кошмар.
Хотя если Ангел и есть мой Сталкер, то мы знакомы гораздо дольше. Ну да, он ходил за мной, следил, прятался в тени. Завязать отношения с таким парнем еще более жутко. Разве такое вообще нормально? Влюбиться в своего преследователя?
Хватит. О чем я думаю? «Отношения». «Влюбиться». Как глупо. Мысли окончательно спутываются и радует лишь одно — Ангел никогда не поймет, что творится в моей голове. Надо оборвать эти дурацкие фантазии.
— Плохо, что я не могу забрать тебя, — говорит парень.
— Куда? — пораженно округляю глаза.
— А куда бы ты хотела?
Вопрос напрочь сбивает с толку.
— В каком смысле? — бормочу я, совершенно не понимая, к чему он клонит и для чего о подобном спрашивает.
— Назови место, — невозмутимо заявляет Ангел. — Любимая страна. Город. Где ты была или где хотела бы побывать.
Я в тупике. Из родного города никогда не выезжала. Ну разве только в деревню к родственникам. Тут, поблизости. А уж страны… такое выглядит совсем фантастикой. Ну куда я могла бы поехать? Или хотела бы? Мне нравилось смотреть передачи о путешествиях, только всерьез о поездке я не задумывалась. Не было у моей семьи таких возможностей.
— Море, — выпаливаю. — Я никогда не видела море. Ну по-настоящему. Только на фото или по телевизору, а это красиво, хотя все равно не то. Или океан. Ты бывал возле океана?
Он смотрит на меня так странно. Задумчиво. Изучающе. И от этого взгляда я все сильнее смущаюсь. Но отвернуться не могу.
— Бывал, — отвечает Ангел. — Ничего особенного.
— Тебе не понравилось? — мне даже грустно становится от его реакции. — Ну как это? А свежий морской воздух? Соленый. Будоражащий. Закрываешь глаза, чувствуешь, что ветер ласкает лицо. Волны шумят, бьются о берег, а ты представляешь себя пиратом.
— Пиратом? — хмыкает.
— Ну да, недавно я прочитала классную книжку про благородного капитана, которому пришлось стать пиратом. Так сложились обстоятельства. Но он не был плохим, ему пришлось мстить за гибель семьи, его враги оказались опасными преступниками.
— Чем все закончилось?
— Он победил. Справедливость восторжествовала. Он встретил любимую девушку и женился на ней.
— Интересно, — заключает Ангел. — Расскажи еще.
Хотя я сомневаюсь, что история и правда могла его заинтересовать. Парень смотрит куда-то вдаль, мимо меня, но по мере того, как я добавляю больше подробностей, он задает наводящие вопросы и отпускает комментарии, по которым становится ясно, мои слова находят отклик.
— Я должен уехать сегодня, — говорит Ангел, когда мой рассказ подходит к финалу и возникает короткая пауза. — Но через несколько месяцев вернусь за тобой. Закончу дела и приеду.
— Тебе надо сдать экзамены?
— Вроде того, — заявляет уклончиво. — До осени справлюсь.
— А как же универ?
— Я туда не вернусь, — бросает он. — Если все пойдет по плану.
— Будешь поступать в другой?
— Сначала я хочу поехать к морю, —
