Читаем без скачивания Блондинка - Картер Браун

- Ну да. Она собиралась мне обо всем рассказать.

- Ладно, возвращайтесь туда. Вы не хотите ни крошки упустить, я полагаю?

- Нет, лейтенант, - горячо воскликнул он. - Вы знаете, лейтенант, мне очень нравится работать с вами.

Кто, кроме вас, мог бы достать мне такую шикарную девочку? У меня внутри щемит, когда я думаю, что вы должны отсюда смотаться.

- Спасибо, - сказал я машинально и тут же спохватился:

- Что-что?

- Ну, так сказал капитан. - Он посмотрел на меня с несчастным видом. Я ведь не мог заткнуть себе уши!

- Что именно сказал капитан?

- Он сказал, что если бы вы делали все, как надо, - извините за выражение, лейтенант, - то упомянутый Коте не был бы прихлопнут. И еще сказал, что, если бы вы сказали, куда идете, он бы велел наблюдать за домом той девчурки Стейнвей, и Фарго взяли бы как миленького.

- Возможно, капитан прав, - должен был согласиться я. - Почему бы вам не попросить Тони станцевать для вас танец живота, смешанный с ча-ча-ча?

Его глаза заблестели.

- Идет! Я пошел, лейтенант.

- Если она на это способна, я бы на вашем месте потихоньку удрал, пока она не продемонстрировала, - добавил я.

Но Полник уже исчез. Я просмотрел последние вырезки.

Минуты через две я наконец напал на одну стоящую вещь. Статья о смерти Джеральдины Морган, девочки шестнадцати лет, у которой, возможно, было слабое сердце.

Заметка была опубликована за неделю до самоубийства Меннинга. Там не было никакого намека ни на Меннинга, ни на то, что она умерла в его доме. Это была одна колонка на пятой странице. Автор - вероятно, женщина - играла на сентиментальных струнах, и очень сильно. Она описывала надежды и стремления маленькой провинциалки, приехавшей в город Фабрикантов Иллюзий, чтобы найти там свой путь. И очень скоро Смерть оборвала ее мечты... Далее шли два отрывка из писем, которые она писала своей старшей сестре, где говорила, какой чудесной ей кажется жизнь в Голливуде. Письма были как раз такие, каких можно ожидать от шестнадцатилетней девочки, которую ничего не стоило поразить, - достаточно проехать по модным местам. Было упомянуто, что она провела уик-энд в Лагуна-Бич, но не уточнялось с кем.

Я дочитал статью и взял свой стакан. У меня сжало горло, когда я сделал глоток. Я понял, что это моя вина: надо было уточнить, что я хотел выпить. Полник принес мне чистого джина.

Я взял другую вырезку из того же номера газеты, что и статья о Джеральдине Морган. Это были два мутных фото, вырезанных из шестой страницы под рубрикой "События недели".

Заголовок: "Смерть оборвала мечты". Подпись под первой фотографией: "Молодая умершая, Джеральдина Морган, 16 лет. См, с. 5, пятую колонку". Подпись под второй фотографией: "Мэнди Морган, старшая сестра Джеральдины".

Я внимательно разглядывал второе клише. Чем больше я смотрел на это лицо, тем больше оно казалось мне знакомым. Я сложил обе вырезки и сунул в карман. Потом вернулся в гостиную.

Полник удобно устроился в кресле с громадным стаканом джина в одной руке и еще более громадной сигарой в другой. На лице его было написано блаженство.

Тони тихонько покачивалась перед ним на собственном фундаменте.

- Понимаете, - говорила она, чуть ворочая языком, - на этой набедренной повязке было нечто вроде бахромы, и когда я танцевала танец живота...

- Мне жаль, что я прерываю вас, - сказал я наполовину искренне.

Полник посмотрел на меня, поморгал и поспешно встал:

- Что прикажете, лейтенант?

- Я сейчас уеду, - сказал я, - вы оставайтесь здесь в засаде и ждите.

- Слушаюсь, лейтенант! - ответил он с энтузиазмом. - Вы сейчас едете в бюро шерифа?

- Не думаю.

- Но что же я скажу, если капитан позвонит? - обеспокоенно спросил он.

- Скажите ему.., что, возможно, не приеду.

Я взглянул на аквариумы. Мне показалось, что что-то изменилось, когда я вернулся в гостиную. Теперь до меня дошло: тропические рыбки больше не плавали.

- Что случилось с рыбками? - спросил я.

Тони громко закудахтала.

- Я их усыпила, - сказала она, указывая на пустую бутылку из-под джина. - У меня из-за них болела голова, когда они плавали по кругу. - Ее взгляд стал ледяным. - Фарго взбесится, - добавила она зловеще.

Глава 10

В половине одиннадцатого я припарковался у "Старлайт-отеля". Я дошел до апартаментов Дженис Юргенс и постучал. Она открыла не сразу и, открыв, не выразила удовольствия при виде меня.

- Вы никогда не отвяжетесь? - раздраженно вскричала она. - Как нам от вас избавиться? Просить защиты у полиции?

- Вы скрытничали, - с упреком сказал я, - не правда ли... Мэнди?

Она плотнее запахнула халат, и ее глаза внезапно застыли.

- Я не знаю, о чем вы говорите, - сказала она.

- Разрешите войти, и я объясню, - ответил я.

Она посторонилась и пропустила меня в комнату.

Остановившись у письменного стола, она повернулась ко мне:

- Вы, должно быть, не в ударе, лейтенант. Вы меня больше не забавляете.

Я вынул из кармана газетные вырезки и показал ей фотографии. Она молча смотрела на них несколько секунд, потом медленно подняла голову.

- Мэнди Морган, Дженис Юргенс - имена разные, но не настолько.

Она подошла к окну и раскрыла его настежь, как будто ей не хватало воздуха. Она стояла неподвижно, спиной ко мне.

- Когда вы сменили имя? - спросил я. - Сразу после смерти вашей сестры?

- Не понимаю, что вы хотите сказать, - ответила она, задыхаясь.

- Даже на скверном газетном фото трехлетней давности я узнал в вас Мэнди Морган, - устало сказал я. - Если вы предпочитаете молчать, я не против. Нетрудно найти в Луисвилле кого-нибудь, кто вас узнает.

Например, ваш отец.

- Он умер, - угрюмо объявила она. - Он умер два года назад, попав под машину. Пьян был, конечно.

- Это уже лучше. Вы - Мэнди Морган.

- Да. - Она отошла от окна и приблизилась к столу. - Я Мэнди Морган.

- Зачем вы трудились менять имя?

- Мне все опротивело. Опротивело жить в Луисвилле, осточертело видеть вечно пьяного отца... Да еще Джеральдину убили! Я хотела начать все с нуля, не иметь ничего общего с прошлым, даже со своим именем. Я уехала в Нью-Йорк и стала Дженис Юргенс.

Я сел в ближайшее кресло и слегка дотронулся до лба.

Он был какой-то липкий у корней волос.

- Рассказывайте дальше, - попросил я.

Она села за стол и закурила:

- Что я вам могу еще сказать?

- Все, что угодно, со всеми подробностями, даже если это вам кажется несущественным.

Она машинально трогала клавиши пишущей машинки.

- Я окончила курсы секретарей и некоторое время работала в агентстве. В этом агентстве Паула отыскала продюсера для своей телепередачи. Я часто виделась с ней тогда. Она вечно торчала в бюро или звонила туда.

Когда ее программа наконец подошла к концу, она предложила мне стать ее секретаршей. Она платила больше, чем агентство, и работа была интересной. И я приняла ее предложение.

Я снова взглянул на вырезки:

- Как случилось, что одна газета Лос-Анджелеса опубликовала письма, написанные вам Джеральдиной?

- Один из инспекторов, занятых расследованием, приехал в Луисвилль и допросил меня. Видимо, он и рассказал о них газете.

- Вы помните его имя?

Она задумалась:

- Лейтенант, очень милый... Кажется, Монро.

Я мягко спросил:

- Он вам сказал, как умерла ваша сестра?

- Он сказал, что она была убита, - бесстрастно ответила она. - Он рассказал мне о Ли Меннинге и его уик-эндах в Лагуна-Бич. Это явилось для меня дополнительной причиной для перемены имени. Я чувствовала себя замаранной.

- В конце концов Меннинг поплатился, - сказал я. - Он покончил с собой через неделю после смерти вашей сестры.

- Я знаю.

- Но кое-кто не поплатился. Джорджия Браун.

- Что вы хотите сказать?

Я встал, подошел к столу и посмотрел ей в глаза:

- Вы знали, кто была Джорджия Браун, не так ли?

- Звезда кино, - ответила Дженис, отводя взгляд. - Все это знали.

- Но не все знали, что существовала сводня между Меннингом и вашей сестрой. И не все знали, что этой сводней была Джорджия Браун. Она была во всех отношениях гораздо хуже Меннинга. Она хладнокровно торговала девушками типа вашей сестры, и даже не ради денег, а из порочности. Монро это знал, и, если он говорил вам о Меннинге, он говорил и о Джорджии.

- Куда вы клоните, лейтенант? - спросила она терпко.

Что бы я дал за то, чтобы хлебнуть глоточек...

- Я разговаривал с лейтенантом Монро сегодня утром. Ему можно позвонить, и он вспомнит, говорил ли он вам о Джорджии Браун.

- Ладно! - бросила она. - Он действительно говорил о Джорджии Браун. Ну и что из того?

- В руководстве по составлению настоящего детектива перечислены некоторые основные правила, например: в преступлении сначала надо искать мотивы и возможности. Джорджия назвала Пауле имена четырех особ, которых она предполагала разоблачить и у которых были причины ее устранить; я пошел по следам четырех подозреваемых, имеющих мотивы. Но я пренебрег рассмотрением вопроса о возможностях.

- Вы собираетесь наказать меня лекцией? - спросила она устало.