Корум поднес к глазам левую руку. Культя была покрыта какой-то клейкой массой; боли больше не чувствовалось. Он коснулся правой рукой пустой глазницы и ощутил ту же клейкую массу — видимо, изуродованный глаз был залит той же мазью.
Рядом на опушке леса пели птицы. Небо сияло синевой. Если бы не очевидные увечья, Корум с облегчением счел бы события нескольких минувших недель просто страшным сном.
И тут Мохнатый Человек встал и враскачку направился к нему. Остановился. Откашлялся. Глаза на морщинистом лице по-прежнему лучились сочувствием. Глядя на Корума, он осторожно коснулся своего правого глаза и левой кисти.
— Ну как ты? Очень болит? — пробормотал он невнятно, явно с большим трудом произнося слова.
— Нет, я совсем не чувствую боли, — сказал Корум. — И очень благодарен тебе, Мохнатый Человек! Ведь ты спас меня от неминуемой смерти.
Его собеседник нахмурился — видно, он понимал человеческую речь едва ли наполовину, — потом улыбнулся, кивнул и заключил:
— Это хорошо!
— А кто ты? — спросил Корум. — И кого приводил с собой тогда ночью?
Мохнатый Человек шлепнул себя по заросшей коричневым мехом груди:
— Я — Сервд. Твой друг.
— Сервд, — Коруму не сразу удалось выговорить непривычное сочетание звуков. — А я Корум. Но кто был тот, второй?
Сервд назвал какое-то совсем уж труднопроизносимое имя, состоявшее, похоже, из нескольких сложных слов.
— Но кто он? Я никогда раньше не видел подобных существ. Да и таких, как ты, я тоже никогда не видел. Ты откуда?
Сервд жестом очертил вокруг себя круг.
— Живу здесь. В лесу. Лес называется Лаар. Мой хозяин тоже здесь живет. Мы живем здесь уже много, много, много дней — вы, вадхаги, живете гораздо меньше!
— А где твой хозяин сейчас? — снова спросил Корум.
— Ушел. Не любит, чтобы люди его видели.
И тут Корум смутно припомнил одну легенду. В ней говорилось о странном, покрытом коричневой шерстью существе, жившем в западном краю, далеко от замка Эрорн. Согласно легенде, существо это называлось «Мохнатый Человек из Лаара». Стало быть, это не сказка, а быль! Однако Корум не помнил, чтобы в древних сказаниях хотя бы раз упоминался тот темнолицый великан, имени которого он даже произнести был не в состоянии.
— Хозяин говорит, тут недалеко есть одно место. Там тебе будет хорошо, — сказал Мохнатый Человек.
— Что же это за место, Сервд?
— Там живут мабдены.
Горькая улыбка появилась на губах Корума.
— Нет, Сервд, мабдены не принесут мне добра.
— Это другие мабдены.
— Все мабдены — мои враги. Они ненавидят вадхагов, — Корум мельком глянул на свою культю. — И я тоже их ненавижу.
— Эти мабдены старые. Хорошие.
Корум, шатаясь, встал, и дикая боль тут же пронзила голову, забилась в раненой руке. Обнаженное тело его, покрытое множеством ссадин, порезов, ожогов, было кем-то заботливо вымыто.
Постепенно в душе утверждалось сознание того, что он стал калекой. Его, разумеется, спасли от самого ужасного — от мучительной смерти, которую задумал для него проклятый Гландит, — но все равно: теперь он калека, урод, недочеловек! Его привлекательное лицо и ловкое стройное тело до безобразия изуродованы.
И он, последний из племени благородных вадхагов, опустился на землю и заплакал.
Сервд, что-то ворча, ковылял вокруг. Потом коснулся плеча Корума своей лапой и погладил по голове, пытаясь как-то утешить.
Корум вытер слезы здоровой рукой.
— Не беспокойся, Сервд. Мне необходимо выплакаться, иначе горе задушит меня. Я оплакиваю свой истребленный народ и всю свою погибшую семью. И то, что я последний вадхаг на всем белом свете…
Сервд опять заворчал, засуетился, завозился и снова тронул Корума за плечо:
— Таких, как мы, тоже больше нет.
— Значит, ты именно поэтому спас меня?
— Нет. Мы помогли тебе, потому что мабдены тебя мучили.
— А вас они никогда не мучили?
— Нет. Мы от них прячемся. У них злые глаза. Но видят они плохо: нас увидеть не могут. Мы и от вадхагов тоже прячемся.
— Почему же?
— Это знает мой хозяин. Так спокойнее.
— Жаль, что вадхаги сами куда-нибудь не спрятались… Но мабдены напали так внезапно!.. Нас просто застали врасплох! Мы ведь очень редко покидали свои замки, даже друг с другом мало общались. И совсем не были готовы к войне.
Сервд явно понимал не больше половины, однако вежливо слушал. Когда Корум наконец замолчал, он предложил:
— Ты ешь. Хорошие плоды. И спи. А потом пойдем туда, где живут мабдены.
— Мне необходимо оружие, Сервд. И доспехи. И одежда мне тоже нужна. И лошадь. Я намерен вернуться и преследовать Гландита, пока не встречусь с ним лицом к лицу. И тогда я его непременно убью! А потом мне хотелось бы одного: умереть.
Сервд печально посмотрел на Корума.
— Ты… хочешь убить?
— Только Гландита! Он убил всех вадхагов.
Сервд покачал головой.
— Вадхаги никого не убивают.
— Я убиваю, Сервд. Я — последний вадхаг. И первый из нашего племени, кто научился убивать, познав чувство мести. И я непременно отомщу тем, кто изуродовал меня и лишил семьи!
Сервд с несчастным видом проворчал:
— Ешь. Спи.
Корум еще раз попытался встать на ноги, но понял, что сил на это не хватит.
— Возможно, ты прав. Сперва мне нужно восстановить силы, — он сел и стал есть. Но съесть сумел совсем немного и снова уснул, уверенный, что в случае опасности Сервд его, конечно же, разбудит.
Пять дней прожил Корум в лощине у ручья с Мохнатым Человеком из Лаара. Он очень надеялся, что появится и тот темнокожий великан, но этого так и не произошло.
Раны Корума почти полностью зажили. Он чувствовал в себе достаточно сил, чтобы пуститься в путь, и однажды утром сказал Сервду:
— Что ж, прощай, Мохнатый Человек из Лаара. Я очень благодарен тебе за все. И твоему хозяину тоже. А теперь мне пора.
Корум махнул на прощанье рукой и двинулся на восток, но вскоре услышал за спиной шаркающие шаги Сервда.
— Корум! Корум! Куда ты? Ты идешь совсем не туда!
— Только в той стороне я смогу встретить своих врагов, — ответил принц Корум. — Это верная дорога.
— Но мой хозяин велел мне отвести тебя вон туда!.. — Сервд указал на запад.
— В той стороне только море, Сервд. Это самая западная оконечность Бро-ан-Вадхаг.
— Хозяин говорил, что надо туда, — настаивал Сервд.
— Спасибо тебе за заботу, Сервд, но я все-таки пойду на восток. Мне непременно нужно найти мабденов и отомстить за гибель вадхагов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
