— Я недолго.
Дверь за ним закрылась, и Саманта прислонилась к ней, вложив весь свой гнев и страх в один долгий вздох. Потом осмотрелась и увидела на шелковом покрывале кровати свою белую вышитую ночную рубашку. Взяла ее, глядя удрученным взглядом на две подушки. Если продолжать сопротивляться Гонсалесу, он ведь может устать от игривого обольщения и в своей злобной самоуверенности прибегнуть к более жестким методам, чтобы сломить ее.
Из-за закрытой двери слышался шум воды из душа. Саманта мысленным взором видела мощное мужское тело и с ужасом осознавала, что помимо ярости и страха в ней шевелятся какие-то новые чувства. Они совсем не походили на те, которые она испытывала к любому другому мужчине. Это было непреодолимое сексуальное влечение.
Она никогда не думала пережить такое на собственном опыте, так как всегда была решительно против подобных вещей. Так подействовал на нее горький пример родителей. Однако он совсем не повлиял на Роджера. Ее брат, очевидно, не мог обрести глубокой привязанности и переходил от одной кратковременной легкой связи к другой, в то время как она соорудила барьер против всяких увлечений — пустых или серьезных.
Но сейчас она догадывалась, что легко может уступить. Уступить — а потом каяться всю жизнь.
Шум воды неожиданно смолк. Саманта быстро сорвала с себя мантию, натянула ночную рубашку и завязала ленты на шее. Потом решительно сняла с постели покрывало. Постельное белье было шелковым, цвета морской волны. Она погладила прохладную ткань, затем, подбежав к окну, открыла жалюзи, чтобы проникал лунный свет, и скользнула между шелковыми простынями.
Дверь ванной открылась, и в проеме Саманта увидела силуэт Рауля с полотенцем вокруг бедер. Девушка крепко закрыла глаза, но ее уши ловили каждый звук. Она слышала, как он потянул за шнурок и выключил в ванной свет, как бросил одежду на стул, а потом подошел к кровати и сел. Матрас слегка прогнулся с ее стороны.
— Саманта!
Секунду она думала, не притвориться ли спящей, но потом отозвалась шепотом:
— Да?
— Мне, вероятно, следовало предупредить вас, — его голос ласково звучал в темноте, — что с пятилетнего возраста я сплю голым и сегодня не вижу причины изменять привычке тридцатилетней давности.
— Конечно.
Она отчаянно старалась отогнать возникший в воображении образ великолепного обнаженного мужского тела.
— И еще одна вещь, дорогая… — В его голосе слышалась насмешка. — Сегодня вы в полной безопасности.
Она открыла глаза от удивления, и Рауль засмеялся.
— Сегодня у вас был трудный день. А мне не хотелось бы, чтобы усталость притупила ваши чувства, когда мы будем заниматься любовью. Поэтому наши общие удовольствия откладываются на короткое время.
Подняв пальцы к губам, он поцеловал их кончики, а потом провел ими по ее рту.
— Спокойной ночи, маленькая злючка.
Она ничего не ответила и даже не пошевелилась. Тогда он встал, обошел кровать, проскользнул под простыни с другой стороны и, казалось, моментально заснул.
Саманта долго не могла заснуть, лежа на самом краю своей половины кровати, и смотрела в темноту. Ее губы чувствовали тепло, их покалывало в том месте, где кончики мужских пальцев прикоснулись к ним. Она неистово терла их, чтобы стереть это прикосновение, но тщетно — губы словно просили повторения этого жеста.
Итак, он решил пощадить ее в эту ночь. Но будут завтра, послезавтра и следующие дни и ночи. В отчаянии она решила совсем не спать, разве только ненадолго закрыть глаза…
Лунный свет уступил место яркому солнечному сиянию.
Очнувшись от сна, Саманта сладко потянулась, но тут же испуганно замерла. Может, это был только страшный сон? Но она лежала на шелковых простынях цвета морской волны. Со страхом девушка медленно повернула голову и увидела смуглое лицо на соседней подушке. Нет, не сон!
Рауль, однако, все еще крепко спал.
Ее рот искривился. Впервые в жизни — хочешь этому верить или нет — она проснулась рядом с мужчиной.
Движимая любопытством или каким-то неведомым чувством, девушка смотрела на Рауля, изучая его. Во сне его лицо казалось мягче, словно Рауль временно сбросил маску суровости. Его рот как будто улыбался, жесткие складки исчезли. Волосы упали на лоб, скрывая брови, обычно нахмуренные. Черные ресницы были такими густыми, что отбрасывали тень на щеки. Правда, это прекрасное лицо портили нанесенные ею две царапины, но она подумала, что они скоро заживут и нисколько не ухудшат его внешность.
Внезапно веки размежились. Рауль смотрел прямо на нее.
— Доброе утро, Сэмми.
Покраснев оттого, что он поймал ее взгляд, устремленный на него, Саманта отвернулась и не ответила.
— Надеюсь, вы хорошо спали?
Его ленивый замедленный тон разъярил ее.
— Если даже и так, то не благодаря вам. Впрочем, я спала.
Она смотрела на жалюзи, сквозь которые пробивался солнечный свет.
— О, пожалуйста! — Его голос звучал огорченно. — Давайте забудем все вчерашние неприятности. Такое чудесное летнее утро — я открываю глаза и вижу в своей постели очаровательную женщину.
— Очаровательную!
Смешок вырвался у нее раньше, чем она смогла сдержать его.
— Да, очаровательную, прелестную! Почему вы смеетесь?
— Перестаньте, — попросила она вдруг жалобным голосом. — Не шутите со мной, пожалуйста. Конечно, я некрасивая.
— Саманта!
Прежде чем она успела пошевельнуться, он оперся на локоть, а свободной рукой повернул к себе ее лицо, заставив встретиться с ним взглядом. Сонная улыбка все еще играла на его губах.
— Вы прекрасны!
— Я сказала вам… — начала она сердито, но он перебил ее:
— Сливочная кожа, гладкая, как эта шелковая простыня, ожидает прикосновения рук возлюбленного…
Она представила его руки на своем теле.
— Глаза, которые отражают каждую мысль, которые горят огнем или тают от нежности. Этот щедрый, дающий, нежный рот…
— Нет, пожалуйста!
Она хотела протестовать, но его палец мягко нажал на ее губы.
— И эти замечательные волосы — они делают вас похожей на бледное стройное пламя, храбро борющееся с ветром.
— Стройное? Скорее тощее, — не сдавалась Саманта.
— Стройное, — подтвердил он, — и безупречное. И очень скоро, — его голос снизился до шепота, — я уверю вас в его совершенстве. Но пока меня поражает то, что опытная двадцатипятилетняя женщина создает вокруг себя атмосферу полной невинности. Этим искусством владеют немногие женщины.
Искусством? Так вот какой он видит ее! Девушку пронзила такая боль, будто в нее всадили кинжал. Но она не показала этого и храбро ответила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
