Всегда были и всегда будут люди, наделенные способностью предугадывать чужую смерть. Но, даже те из них, кто видел это по лицу, не понимал, что собственно он видит такое, что можно назвать печатью (стигмой) смерти? Те, кто чуял, как герой Шукшина или Вера Дмитриевна Шапошникова, особый запах, идущий от смертника, как правило, не могли описать точно этот запах. Я думаю, что запах, они действительно ощущали. Допускаю, что человеку, природой своей предназначенному скоро умереть, возможно, и свойственны какие-то особые запахи. Никто еще и никогда не определял гормональный профиль (то есть, сочетание всех гормонов) человеку, который бы сразу после этого умер или пустил бы себе пулю в лоб. Поэтому мы и не знаем, запахи каких гормонов превалируют незадолго до смерти.
Человек, как теплокровное животное, естественно постоянно пахнет. Раньше, до лабораторной эры (то есть, до того, как стали делать анализы, показывающие, как функционируют органы и системы организма человека), врачи серьезно относились к запахам человека, как подспорью в постановке диагноза. Да и сейчас, многие запахи человека быстрее экспресс анализа скажут, что человеку угрожает. Например, запах ацетона при диабете или гнилостный запах при инфицированной ране. Но есть и боле тонкие запахи, которые исходят от тела человека постоянно. Запах пота, с которым так борются, считая его неприятным, для опытного врача – хороший признак нормального или больного организма. Есть запахи, которые улавливаются за порогом нашего сознания и тем самым могут влиять на поведение (вызывать влечение к противоположному полу, например). Это запахи, выделяемые половыми органами, которые вряд ли что может заглушить. У Бунина есть великолепный рассказ, как можно влиять на людей, «управляя» своими запахами. Многие соблазнители и соблазнительницы, зная это, искусно манипулируют неосознаваемым обонянием выбранного ими человека, а, значит, и самим человеком. Фетишисты нижнего белья предпочитают трусики, лифчики или чулочки, носимые «объектами» их эротического интереса. Ни один фетишист (другое дело, трансвестит), никогда не украдет свой фетиш в галантерее.
Таким образом, у нас есть веские основания утверждать, что все, без исключения люди, наделенные предугадывать смерть человека, делают это, не осознавая, по функциональной асимметрии. А именно, по признакам ее исчезновения.
Здесь нужны пояснения. Во-первых, как я говорил выше, не только лицо, но все парные органы человека могут быть функционально асимметричными. В третьей книге «Четырех книг о пропорциях человека» Альбрехт Дюрер писал, что «индивидуальность человека особенно выражается, кроме его лица и затылка, всеми парными органами: руками, ногами, грудными железами у женщин, яичками у мужчин». Об индивидуальности и ее телесных носителях, мы будем говорить ниже.
Почти анекдотический случай произошел, когда я учился на пятом курсе Хабаровского медицинского института с одной нашей студенческой семьей. То, что я говорю правду, подтвердит каждый, кто окончил ХГМИ, лечебный факультет в 1968 году. У нас тогда в моде были комсомольские Фамилия студентов была Кучерявые. Имя студента Жора (кстати, громадный и красивый парень Жора действительно имел густые вьющиеся темно русые волосы). Инициатором развода была жена Жоры. Причиной, по которой она решила с мужем развестись, была супружеская неверность Жоры. С ее слов, Жора постоянно изменял ей с первой встречной. Когда кто-то спросил несчастную супругу, есть ли у нее неоспоримые доказательства, что муж ей изменяет, она привела «неопровержимый» аргумент, буквально сказав следующее: «После полового сношения у Жоры левое яичко всегда ниже правого. Я это знаю точно!» Оказывается, когда Жора приходил домой поздно, жена первое, что делала, снимала с него трусы и смотрела, в каком соотношении его яички. Так Кучерявые и развелись. Уговорить жену было невозможно. О функциональной асимметрии тогда в СССР никто не знал. Самое интересное в этом случае то, что женщина была правасвадьбы. Следовательно, пусть редко, но все же были, комсомольские разводы. Так вот, на расширенном комсомольском собрании «разводилась» одна пара студентов, поженившиеся еще на первом курсе и имевшие ребенка.! В «Камасутре» (не в тех бульварных фальшивках, которые продают сейчас по всей Москве, а в подлинной «Камасутре», которую с таким трудом перевел на английский язык, подыскивая восточным образам соответствующие западные аналоги, великий английский ученый и путешественник, тот самый, кто нашел истоки Нила, сэр Ричард Бартон), читаем: «Два глаза, два уха, две ноздри, две грудных железы, два яичка. Одно из двух всегда в напряжении, другое – отдыхает. Если в напряжении левое – работает дух. Если в напряжении правое – работает тело».
Согласно древним учениям Востока (Индии, Китая, Японии), все парные органы человека выражают двойственность его сущности, Доброе или злое начало в нем. Но, точно также, активное или пассивное, мужское или женское. Так, например, если человек, разговаривая с вами, дышит через левую ноздрю, то отношение его к вам враждебное. Точно также – если он смотрит вам в правый зрачок левым глазом. В знак доброго расположения, мы протягиваем для приветствия правую руку. Человек, собирающийся вас ударить, будет опираться на левую ногу. Это, так сказать, капля в океане функциональной асимметрии человека, известном восточными мудрецами около тридцати тысяч лет назад! Для того, чтобы понять, как разнятся восточные и западные представления о конкретных вещах и их обозначениях, укажем хотя бы на одну вещь: Восток не знает, например, разницы между центром и периферией. А еще предлагаем читателям перевести двустишье, которое так не давалось для перевода Ричарду Бартону в «Камасутре» и, которым он закончил свой перевод этой великой восточной поэмы любви:
«So long as lips shall kiss, and eyes shall see,So long lives This, and This gives life to Thee.»
Итак, еще раз повторю, что все парные органы человека выражают асимметрию, следовательно, при ее исчезновении, возникает в этих органах стигма смерти. Так, некоторые психически больные и старики вдруг начинают перед смертью прыгать, как воробьи. Двигать руками, как куклы, одновременно поднимая их вверх или опуская вниз. Взгляд в пространство, направленный параллельно смотрящими глазами, тоже есть стигма смерти.
На функциональную асимметрию лица, несмотря на то, что она присуща всем лицам живых людей, мы почему—то не обращаем внимание. Иногда она бывает очень выражена (буквально рот сворачивает у говорящего в сторону, если он охвачен какой-нибудь напряженной эмоцией, или – лжет). Это – в отношении лица. Здесь еще можно добавить: поднятая одна бровь, прищуренный взгляд, развернутая ушная раковина вперед, когда человек внимательно слушает; при этом, если ближе к говорящему левое ухо слушающего, то его слушают со вниманием, активно; если же – правое, то невнимательно, пассивно. «Пар из ноздрей», когда человек злится, повторяем, он выпускает в действительности только через левую ноздрю. Естественно, что все сказанное о парных органах лица верно только для правши. У левши – все наоборот. У амбидекстра (когда обе руки могут работать как правая рука), разобраться в стигмах функциональной асимметрии бывает сложно. В отношении же функциональной асимметрии затылка, состоящего из волосяной части, покрывающей мышцы и другие ткани двух костных теменных бугров, на первый взгляд, сказать что – либо, тоже сложно. Здесь нужны знания профессионала. Хотя люди с особой интуицией, присущей анатомам и художникам, видят функциональные различия затылка, довольно-таки ясно. Функциональные различия ягодиц видны при ходьбе, когда он стоит прямо и когда сидит, принимая те или иные позы. Для того, чтобы понять, что такое функциональная асимметрия затылка, нужно хотя бы раз посмотреть на затылок мертвого человека. Роботоподобные движения указывают на то, что тело человека теряет функциональную асимметрию (душу!), особенно, в своей нижней части. Кстати, мне не понятно, почему великий знаток человеческой индивидуальности Дюрер, не придавал никакого значения таким парным органам, как плечи? А, ведь, положение плеча – весьма выразительный асимметричный жест (стигма). Вспомним хотя бы военную команду перед маршем, внушающую солдатам, стоящим в шеренге, бодрость, силу и решительность духа: «Левое плечо вперед! Шагом—ма арш!»
