Розабелла кисло улыбнулась – в ее недавней лондонской жизни присутствовали либо скука, либо ужас. Ей совсем не хотелось возвращаться в город. А как же тетя Лаура?
– Мисс Келланд?
– О, простите меня! Я задумалась. Что вы сказали?
– Я сделала то, что запретил мне Филип: я вас утомила!
– Нет-нет, мне очень приятно беседовать с вами.
– В таком случае могу ли я пригласить вас в Ширингс? А чтобы соблазнить вас, обещаю показать последние номера журналов мод. Филип на следующей неделе собирается в Лондон. Он всегда привозит мне журналы.
Следуя своему решению, которое она высказала Бекки несколько дней назад, Розабелла тепло улыбнулась и ответила, что с удовольствием приедет.
– Итак, каково теперь твое мнение о мисс Кслланд, Эмилия?
Филипу не терпелось услышать, какое впечатление произвела на сестру хозяйка Темперли.
– Должна признаться, Фил, что я была неправа в отношении ее. Правда, она посетила Ширингс всего один раз и тогда у нас была чета Кортни, так что мне не представилось возможности подольше с ней поговорить.
– Но тем не менее ты увидела достаточно, чтобы она тебе не понравилась?
– Дело не в этом! Просто я посчитала, что она тебе не подходит. Однако сейчас…
– Да? Что сейчас?
– Ты сказал, она была больна. Думаю, что болезнь пошла ей на пользу: она стала… менее резкой.
– Но не потеряла же она свойственную ей живость!
– Нет. Она великолепно шутит и умеет оценить чувство юмора в других. Я нахожу ее очаровательной, чего не сказала бы раньше. Может, на нее так повлиял визит сестры? Ее манеры явно улучшились.
– У нее всегда были отличные манеры, – натянуто заметил брат.
– Филип! Как ты можешь так говорить? Ты пристрастен. Раньше в отношении мисс Келланд ты высказывался более откровенно и тебя шокировало ее поведение. А как она назвала тебя? Тряпкой!
– Она не думала, что я услышу! – засмеялся он.
– А случай с Сэмом Картером? Она нагрубила тебе.
– Согласен. Ей хотелось самой с ним расправиться. Но, Эмилия, мы проявим огромную несправедливость к мисс Келланд, если забудем одну вещь: у бедной девочки не было возможности полагаться на других. Насколько мне известно, ей еще ребенком пришлось самой себя защищать. А где она могла научиться поведению в обществе, если постоянно привязана к дому и отец у нее живет словно рак-отшельник?
– Как всегда, ты прав, милый братец! Но твоя мисс Келланд приобрела любезные манеры. Что этому причиной? Может, твои чары наконец подействовали?
– Мне бы очень хотелось, чтобы это было так. Нет, скорее, пожалуй, я соглашусь с твоим предположением, что на нее повлиял приезд миссис Ордуэй.
– Ее сестры? Она ведь была здесь на Пасху. Конечно, она постоянно живет в Лондоне и знакома со светским обществом. Она просто обязана исправить деревенские привычки сестры, и, кажется, ей удалось кое-чего добиться. Хотя…
– Хотя что?
– Мне не хочется об этом говорить… но миссис Ордуэй могла указать сестре на преимущества брака с очень богатым человеком.
– Как ты можешь предположить подобное? Мисс Келланд не ищет богатых женихов. Готов поклясться.
– Пожалуй, ты прав. Но она не явилась бы исключением. Многие пытаются улучшить свое положение выгодным браком, – с горечью заметила Эмилия.
Брат взял ее за руку. Шесть лет назад богатство Эмилии привлекло человека, который обладал большим обаянием… но был корыстолюбив. К счастью, она успела раскусить его до свадьбы, но получила тяжелый урок и долго не могла оправиться от удара.
– Милая Эмилия, Аннабелла Келланд не похожа на Гарри Коулзуэрта. Я в этом уверен.
Они помолчали, затем Эмилия спросила:
– А ты? Какое у тебя мнение об этой леди теперь?
– Я… я… – Ему стало смешно оттого, что он не может подобрать нужные слова. – Эмилия, она самое прелестное и привлекательное создание. И я собираюсь на ней жениться.
– Ты очень самонадеян. Откуда ты знаешь, что она примет твое предложение?
– Возможно, на это уйдет время, но в конце концов она согласится.
– Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы сомневаться в этом!
Тем временем Розабелла продолжала старательно выполнять обязанности сестры. И снова столкнулась с Сэмом Картером. Сын Картера болел уже несколько дней, и хотя Розабелла не очень в этом разбиралась, она чувствовала, что маленького Сэмми лечат неправильно.
– Дженни, – сказала она матери мальчика, – я считаю, тебе следует позвать к Сэмми доктора Джардина. По-моему, бабушкина микстура ему не помогает.
– Но, мисс Белла, муж и слушать не хочет о докторе! Он верит только а бабушкину микстуру. Они все такие, Картеры! Да и денег у нас нет.
– Если у Сэмми инфлюэнца, то доктор Джардин посмотрит его бесплатно. Он считает, что такие болезни необходимо захватить сразу, пока никто не заразился. Но если все-таки придется заплатить, я это сделаю.
Дженни наконец согласилась, и Розабелла вышла из полутемного домика Картеров. На пороге стоял Сэм и загораживал ей путь. Он покачивался, и от него сильно пахло пивом.
Розабелла вежливо сказала:
– Доброе утро, Картер. – (Тот что-то пробурчал в ответ.) – Мне очень жаль, что Сэмми болен… Я договорилась с твоей женой, чтобы зашел доктор Джардин.
– Это еще зачем? Мальчишка и так выздоровеет – он пьет микстуру. Нам доктора не нужны.
– Я бы хотела быть в этом уверенной.
– Хотела бы! Нечего лезть не в свои дела! Повторяю – нам доктора не нужны!
– Нужны, если это инфлюэнца, мистер Картер! – решительно заявила Розабелла. – А теперь, пожалуйста, дай мне пройти.
– Инфлюэнца! – Картер насупился и не сдвинулся с места. – В моем доме нет инфлюэнцы! Нечего пугать порядочных людей всякими россказнями о заразе! У нас нет денег на шарлатанов.
– Денег не потребуется. Пожалуйста, пропусти меня!
– А вот и не пропущу, ваша светлость! Я в прошлый раз сказал, что мы в ваших подачках не нуждаемся…
– Картер, сейчас же отойди, – раздался сзади спокойный голос. – Если существует опасность заразной болезни в деревне, то доктора необходимо немедленно известить. Мисс Келланд, я провожу вас… если позволите.
– Спасибо! – с облегчением произнесла Розабелла и, обойдя Картера, с улыбкой взяла под руку мистера Уинболта. – Не обижай Дженни, Картер. Она и так волнуется. А возвращайся-ка лучше на ферму.
– Да, Картер, отправляйся туда. – Филип Уинболт сурово посмотрел на него.
Сэм, шаркая ногами и бросая на мистера Уинболта злобные взгляды, удалился.
– Какой неприятный человек! Как вы думаете, он пошел работать?
– Скорее всего, в трактир. Но по крайней мере не будет досаждать бедняжке жене. Я рад, что вас не оскорбило мое вмешательство, но когда я увидел вас с ним, то снова не удержался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
