— Один? — ахнула Наула и быстро добавила. — Я тоже приду.
Олтер собрался возразить, но наткнулся на упрямый взгляд дочери Наместника. Поразмыслил немного… И нехотя кивнул.
— Здесь. В полночь, — буркнул он. Пригнувшись, наследник двинулся в сторону ограды. Обрадованная Наула вприпрыжку помчалась в собственные покои. Получилось! У нее получилось! Осталось ждать совсем недолго — и Тумма будет свободен! Будет жить!
Если бы Наула не была так окрылена, если бы Олтер не был так сосредоточен на ослабевшем оунманастри, которого он подпитывал своей внутренней живительной силой, то весьма возможно кто-то из них заметил, как из соседних зарослей смотрят полные злорадства и торжества глаза Гвинда и Дирга.
Не выпуская Кайхура из рук — вымахал уже, тяжеленный! — наследник вихрем пронесся по парку. Шмыгнув в приоткрытое окно, мальчик оказался в библиотеке. Его отсутствие прошло незамеченным, и вскоре наследник Дана Дорчариан с Баратом показался на крыльце. Пятерка Внутренней Стражи тут же умолкла и подтянулась. Двое бойцов затопали впереди, а трое пыхтели сзади. То-то же! И ведь блюдут себя, таскаются в полной амуниции. Ну, разве что без щитов и копий… Когда Олтер со своим новым сопровождением впервые явился на занятия после паготовых празднеств, то гвалт поднялся такой, что Хак Стурр едва не сорвал голос. Олтер хмыкнул, — а хоть бы и сорвал, не велика печаль.
Из-за ветвей показался дом с тремя входами для именитых, «почетных» школьников.
— Я к Бареану загляну, — предупредил наследник старшего охраны. — На пару слов.
Толкнув калитку, мальчик вошел во двор. Хмурые болары, пропустив горцев, преградили страже дальнейший путь. Пободавшись взглядами, те отступили. Раздался рык старшего — и стражники мигом выстроились вдоль невысокого заборчика.
Подопечный ненадолго скрылся за дверью и оттуда послышался короткий оживленный разговор. Вскоре дверь распахнулась.
— Ты точно решил? Тебе не нужна помощь? — поинтересовался Грубый Деан.
— Нет, — мотнул головой Олтер. — Не хочу Борю впутывать. Сделай то, о чем прошу, и жди нас ночью… сверху, — хмыкнул Олтер.
После ухода стражников через заднюю калитку выскользнул Грен. Перебежав дорогу, болар метнулся во двор к степнякам. Пошептавшись с раскосым стариком в стеганном халате, Грен тем же порядком вернулся.
Олтер скрылся в доме, захлопнув перед охраной дверь. Внутрянники расслабились — птенчик в гнездышке и теперь никуда не упорхнет. Двое стражников остались на крыльце, а троица отправилась на задний двор, караулить маленькое окошко спальни. Внутренняя Стража крепко знала свое дело.
А тем временем за плотно закрытой дверью состоялся непростой разговор.
— Я тебя не отпущу, Оли, — набычился Барат.
Обессиленный Олтер растянулся на кушетке.
— Мне надо чуть поспать, Барат, дружище, — сонно пробормотал Олтер.
Горец разжал кулаки и шумно выдохнул. Противостоять наследнику было выше его сил.
— Не будем спорить, Барат, — медленно продолжил Оли. — Я все решил и сделаю по-своему. Моя власть, мое решение. Не встанешь ведь ты у меня на пути? — он попытался разлепить глаза, но не смог.
— Вспомни… Вспомни… — уже засыпая, попросил Оли. — Что обещал наставник Тумме, когда тот меня спас? Ты же стоял рядом с Остахом? Там, под землей…
Барат задумался.
— Пусть благословения твоих богов будут с тобой, Тумма, — нахмурившись, медленно, словно читая по слогам, произнес горец. — Будут неприятности — и я, и дан Дорчариан в долгу перед тобой. Горы всегда укроют тебя.
— Кровь данов… честь рода, — пробормотал наследник в полусне. — Тумма должен быть спасен… Пока угли не обернулись пеплом.
Начало вечереть и стражников сменили. Окончательно стемнело и всё вокруг погрузилось в сон. Чтобы не задремать, стражники прогуливались туда-сюда, переговариваясь вполголоса. Посреди ночи вдруг взбеленилась собака купеческого сынка по соседству. Стражники вскинулись, всматриваясь в окна горского мальчишки, но все было тихо. Собака замолчала, и они вновь укутались в теплые плащи.
Когда ближе к полуночи Олтер с Баратом пробирались по чердаку над комнатой Фиддала, внизу подняла шум Хинда. Вот уж от кого беды не ожидали! Умный Кайхур и не думал отвечать сестре. Послышался сонный вскрик Феди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Ну же, девочка, не лай, — мысленно взмолился Олтер. — Это мы ползем, Хинда, по важному делу. Разобрали у себя потолок и забрались. А выберемся у Бареана…»
То ли услышав просьбу Оли, то ли пожалев спящего хозяина, Хинда успокоилась.
Вскоре во дворе боларов мелькнули две тени, покидая дом. Олтер смог обмануть стражников и теперь мальчик вместе с Баратом крался по ночному саду. Лунный свет пробирался сквозь вечнозеленую крону, дорожка белела под ногами, — и вскоре показалась приметная ель у ограды.
— Пришли, йок? — раздалось в ночи. Старый степняк поджидал их в укрывище мохнатых еловых ветвей. — Принес, йок?
Подойдя к старику, Олтер осторожно достал из заплечного мешка две коротких стрелы, которые тайком хранились у него в память о страшном походе под землю, когда замотанные слуги Безносого уволокли беднягу Йолташа.
— Осторожно, Юсси, — остерег наследник. — Ядовитые! Тумма осмотрел и сказал, что от любой царапины противник мигом с ног валится. Живой — а даже пикнуть не успеет.
Старик уважительно поцокал языком, убирая стрелы. Прежним порядком перебравшись через ограду, вскоре они пробрались к нужному двору.
— Пришли? — встретил их шепот Наулы.
Разглядев девочку, старик с Баратом переглянулись и каждый заругался по-своему. Еще бы! Про дочку Наместника Олтер благоразумно не сообщил ни тому, ни другому.
— Будет вам ругаться-то… — виновато пробурчал Олтер. — Так нужно… Попробовали бы сами ее остановить, — оправдываясь, он кивнул на девчонку. — Скажи лучше, Юсси, сможешь подстрелить караульных?
Что-то тревожило наследника, царапало из темноты. Он глянул вокруг своим особым взглядом, но увидел лишь размытые оранжевые пятна двух караульных. Где-то за строениями перемещались другие постовые, но это было далеко…
— Попаду. Не сурков стрелять буду: людей, йок, — проворчал под нос степняк.
Старик вскинул небольшой фигурный лук. Бум-бум — басовито тренькнула тетива и дозорные кулем свалились там, где стояли. Пора! Барат рванулся вперед, сжимая в руках клинок. Нетерпеливая девчонка сунулась за ним, но наследник отбросил ее в сторону.
— Всё, — прошипел он. — А теперь брысь отсюда.
Барат полоснул по путам и Тумма сполз со столба. Горец поймал гиганта, подставив плечи, и крякнул. Даже исхудав, Тумма весил немало.
— Ага! Попались! — расколол ночь торжествующий мальчишеский крик.
— Стража! Стража! — завопил второй писклявый голос.
Из кустов напротив выбежали две фигурки, сжимая в руках лампы, до поры до времени скрытые плащами. Не переставая вопить как резаные, Гвинд и Дирг бесстрашно бросились на похитителей. Барат с тяжелой ношей на плечах с надеждой глянул на степняка.
Йок, — негромко сказал Юсси, достав из колчана боевую стрелу.
— Оставь, оставь… — прошипел Олтер и кинулся навстречу несносным дуболомам. Подскочил к старшему и со всему маху залепил в ухо, свалив наземь. Кайхур, глухо рыкнув, вцепился в руку второго крикуна. Оли подбежал и треснул сзади вопящего от страха Дирга, который судорожно пытался стряхнуть щенка. Рыжий мальчишка наконец-то заткнулся и рухнул.
Со всех сторон неслись встревоженные крики, слышался топот, звучали отрывистые команды десятников, стучали распахиваемые двери оружейной, звенело железо. Наследник бросился со двора прочь и вскоре догнал Барата. Тот упрямо пер вперед, слегка пошатываясь под тяжестью ноши. Старик семенил рядом, озабоченно поглядывая на спутника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Стой, стой, — негромко велел Олтер, придерживая горца. Взяв ладонь Туммы, сухую и холодную, наследник прижал ее к своей щеке. Усилием воли он мысленно разогнал, разжег внутри себя обычно спокойное пламя, заставив его взвиться. Огонь внутри загудел и языки пламени поднялись ввысь. Он перегонял и перегонял из себя жар в Тумму, чувствуя, как теплеет его рука.
