Читаем без скачивания Беседы о журналистике - Виктория Ученова

Вряд ли это эффективный способ очеловечить коммерческую журналистику.

Вот другой пример. Американский гражданин Р. Кэйни, ставший жертвой бандитского нападения, после которого попал в больницу, возбудил уголовное дело против американской телевизионной компании Эн-би-си. Он обвинил компанию в преступной деятельности. Р. Кэйни обратился в суд после того, как полиция задержала покушавшегося на его жизнь Р. Спэка. Злоумышленник заявил, что идею и детали нападения на Р. Кэйни, так же как и других своих преступлений, он позаимствовал из телевизионных передач Эн-би-си под названием "Полицейские истории". Р. Кэйни обвинил компанию в том, что она явилась "сценаристом" преступлений, совершенных Р. Спэком, и потребовал от нее возмещения причиненного ему и другим пострадавшим ущерба в размере 5 миллионов 848 тысяч долларов.

Что и говорить: каждый обороняется как умеет. Меж тем монополии и подобные факты используют ради своего "паблисити", то есть громкой известности и новых шумих. А слово по-прежнему превращается в орудие убийства и шантажа.

- Право, трудно поверить в то, что газетные магнаты задались сознательной целью взращивать убийц и преступников.

- Цель у них иная - получить прибыль, выжить в конкурентной борьбе. Эта цель в глазах бизнесмена и оправдывает любые средства.

Более века назад К. Маркс писал: "Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживленным, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы".

Вот на этих дрожжах и замешано варево сенсации в буржуазной журналистике. Это варево не случайность, пе редкий деликатес. Готовить его начинающих журналистов обучают планомерно и методично. Обучение восходит к заповеди Р. Херста-старшего - основателя империи "желтой" прессы в Соединенных Штатах Америки.

Почему "желтой"? В борьбе за читателя он первым догадался сочинять "прессу для неграмотных" - комиксы. Минимум слов и максимум всем понятных рисунков - рассказы в картинках с бесконечными продолжениями. Первые циклы повествовали о приключениях "желтого" мальчика. Они имели успех, "пресса для неграмотных" обогатила инициатора и даровала его потомкам наследственный трон магнатов "желтой" журналистики. Свою заповедь Р. Херст-старший сформулировал в 1927 году: "Читатель интересуется прежде всего событиями, которые содержат элементы его собственной примитивной природы. Таковыми являются: 1) самосохранение, 2) любовь и размножение, 3) тщеславие. Материалы, содержащие один этот элемент, хороши. Если они содержат два этих элемента, они лучше, но если они содержат все три элемента, то это первоклассный информационный материал".

Такова сенсация. Но для чего она? В чем подлинные цели поиска и тиражирования материала? Потрафить обывателю, пощекотать нервишки, а дальше что? На это ответил великий русский сатирик М. Салтыков-Щедрин задолго до теоретизирующих обобщений Р. Херста. Спросите такого газетчика, рекомендовал он, "чего он хочет, какие цели преследует его газета? - и ежели в нем еще сохранилась хоть капля искренности, то вы услышите ответ: хочу подписчика!.. О, господи, спаси и помилуй!

О каких же тут целях может идти речь, кроме уловления подписчика? "Scripta" (письмена. - В. У.) исчезают бесследно, не оставляя в памяти ничего, кроме мути; но подписчик остается (вон он, слоняется по улице! где у тебя портмоне... дур-рак!), и запах его имеет одуряющие свойства. Надо изловить его; а чтоб достигнуть этого, необходимо давать ему именно ту умственную пищу, которая ему по вкусу... Всякая новость передается в газете бойко, весело, облитая пикантным соусом. Завтра девять десятых этих слухов окажутся лишенными основания, но зато они заменятся таким же количеством других слухов, которые окажутся ложными послезавтра.

По части слухов, кроме системы приспешничества, много способствует и дар выдумки. Существует целая армия сотрудников, репортеров, странствующих витязей, которых единственное назначение заключается в том, чтобы оживлять столбцы и занимать читателя целым ворохом небывальщины".

Да, небывальщина - это еще одно херстовское кредо.

Оно звучит приблизительно так: истинный ас журналистики не только ищет сенсацию, но и создает ее сам.

Хрестоматийный пример продемонстрировал сам "дедушка" Р. Херст. "Обеспечьте публикацию снимков начала войны между США и Испанией", - дал он приказ по редакции в 1898 году. "Но война не началась", - удивились подчиненные. "Опубликуем снимки, и она начнется", - спокойно парировал босс.

Война действительно началась, так как положение давно уже было весьма напряженным. Необходимой искрой в груде сухого хвороста оказалась провокационная публикация сфабрикованных снимков.

Фельетонист В. Дорошевич сочинил подобную сцену в сатирической миниатюре из жизни русских буржуазных газетчиков "Южные журналисты".

Редактор дает поручение едва начавшему свой путь репортеру:

"- Когда нет новостей, их надо выдумывать. Самые интересные политические новости - это всегда те, которые выдумываются. Вы помните этот огромный успех, который имело наше известие о бешенстве Гладстонавнука?

- Да, но потом пришлось опровергнуть.

- Ничего не значит. Публике это доставило только удовольствие. Все сказали: "И слава богу, что этого не случилось". Все очень любят этого государственного человека. А что сегодня у наших конкурентов?

- Описание революции в Испании, которой не было.

- Ничего не значит. Публика с интересом будет читать подробности..."

В. Дорошевич сатирически преувеличивал. Однако нынешняя буржуазная журналистика по бесцеремонности некоторых приемов превосходит любые преувеличения.

Особенно когда дело касается клеветы на Советский Союз, страны социалистического содружества и страны, следующие курсом прогрессивного национального развития.

Здесь не только погоня за подписчиком, за прибылью, за популярностью, но и стремление достигнуть зловещей цели - усиления мировой напряженности. Вот корреспондент английской газеты "Дейли телеграф" сообщает из ЮАР: в Анголе подвергают насилиям мирных граждан.

Особенно велики гонения на португальцев и христиан.

А через номер-другой газета дает опровержение: мол, наблюдение южноафриканского корреспондента не подтвердилось. Группа западных журналистов, недавно посетивших Анголу, ничего подобного там не видела. Точно по сценарию фельетониста. Но на юмористическую ноту не настраивает. Опровержение - так и задумано! - прочтут немногие (мелкий шрифт, неброское место в газете), а клеветническое обвинение посеет неприязнь в душах множества читателей.

Не только под едким пером фельетониста, но и в реальной жизни чудище сенсации больно поражает подчас и самых своих ярых служителей. Семейство Херстов стало его жертвой после того, как сотни раз приносило в жертву других людей.

4 февраля 1974 года внучка первого магната Р. Херста Патриция Херст была похищена из своего дома.

Эта история побила все рекорды в прессе и на телеэкране. На протяжении двух лет не было такого события из похождений "блудной дочери", которое не попало бы на страницы газет. Более того, не собрало бы столь обильного урожая заголовков, строк и повышенных гонораров.

Еще бы: похищение, ограбление банка, убийства, исчезновения, а по классификации Херста-деда: самосохранение, любовь, тщеславие - все в избыточных, прямо-таки чудовищных количествах присутствовало в этой истории.

Что и говорить, зловещая расплата за нажитый на сенсации капитал! Зловещая в моральном, гуманистическом отношении. Но вот в финансовом? Злоключения внучки Херста пока не привели газетную империю к разорению.

Американская Фемида оказалась благосклонной к именитой преступнице - ее досрочно освободили из тюрьмы.

А вскоре издательство "Даблдэй" объявило о публикации воспоминаний "блудной дочери". Она детально описывает свое участие в преступлениях и за это получает гонорары в сотни тысяч долларов. Так умножаются всходы духовной отравы, рассеиваемой буквами - семенами "желтой" прессы.

В буржуазной журналистике разработаны очень тонкие, психологически изощренные способы установления контактов. И здесь же, рядом, самые беспардонные способы извлечения дефицитной информации, перешагивание через любые барьеры - такта, нравственности, порядочности, уважения к человеческому достоинству. Не без гордости, не без профессионального гонора рассказывает о своей карьере французский буржуазный репортер:

"Благодаря журналистике я соприкасался с королями и мошенниками, с учеными, убийцами и сумасшедшими; я познакомился с бурными заседаниями палаты, с рыданиями в зале уголовного суда и слышал ропот мятежей; в течение многих лет, вставая рано и возвращаясь поздно, я приближался к людям великим и ничтожным в самый важный момент их существования, когда смерть или жандарм, богатство или слава собирались войти к ним... Так, например, я вспоминаю себя в один дождливый зимний вечер на окраине города у дома, заселенного рабочими.