скрывала довольную улыбку.
Кайл в ответ широко распахнул глаза, в которых читалось возмущение. О, да! Я знала, насколько он не любит этот вопрос. Тем больше балдела, задавая его.
— Мне обязательно отвечать?
А вот и в голосе оно появилось, и мышцы под моими ладонями словно закаменели. Правда, вместе с сопутствующим ему опасением я еще отчетливо различила предвкушение. Едва заметное, но все же. Поддавшись порыву, подарила ему нежный поцелуй, чувствуя, как он подо мной немного расслабился.
— Ты просил выпороть тебя. Я подумала-подумала и решила согласиться.
Игриво погладила его по щеке и снова поерзала, по-прежнему ощущая возбуждение парня.
— Но ты, вроде как, отказалась… — начал он осторожно.
К его эмоциям вновь прибавилась настороженность, а затем все начало затягивать виной. Вот могу поспорить — снова подумал, что из-за него мы попали в инферно. Мне такой вариант точно не подходит.
— Я не согласна с названными тобой причинами. Как думаешь, за что ты заслуживаешь наказания? — спросила уже полусерьезным тоном. Мне на самом деле хотелось знать, понимает ли он?
Кайл душераздирающе вздохнул, облизнув нижнюю губу, но больше ничем не выдал, что ему что-то не нравится. За что я снова начала наглаживать его грудь, плечи, руки, чуть надавливая ноготками.
— Кончил без разрешения.
— Верно. Еще? — правильный ответ поощрила, снова лизнув его сосок с пирсингом, покатав немного гладкий твердый шарик на языке.
— М-м… Обращаюсь на «ты»? Прости, не могу перестроиться… — договорить он не успел, судорожно вздохнув, когда я укусила его чуть ниже шеи.
Полюбовавшись ровным отпечатком зубов, ласково погладила покрасневшую кожу.
— Поступок, конечно, достойный наказания, но нет. Наедине можешь обращаться на «ты» и по имени. Надеюсь, понимаешь, что при посторонних этого делать не стоит?
— Что я, совсем идиот, что ли? В скалах повысил голос, — добавил еще причину после недолгих размышлений.
Я, довольно улыбнувшись, легко поцеловала его в губы.
— Еще? Нет? Ну уже хоть что-то. Как насчет испытать вон те крепежи на стене? Ты будешь чудесно смотреться там. И сможешь видеть все в зеркало, не прелесть ли? — я соскочила с кровати и даже довольно захлопала в ладоши на последней фразе.
Кайл счастливым не выглядел, но поплелся к указанным крепежам. Остановившись возле них, с сомнением осмотрел и бросил на меня жалобный взгляд.
— А приковывать обязательно? Может, как обычно, в колено-локтевую, и вперед? Или и вовсе обойдемся лишь словесным внушением? — в его голосе прорезались тоскливые нотки.
Это мне уже совсем не понравилось. Понимаю, что Кайл в принципе не любитель порки, хотя от легкой и получает удовольствие, но ведь знает, что ничего страшного с ним не произойдет. Не первый же раз через это проходим, грань не перехожу, по итогу забочусь о том, чтобы неприятные ощущения сгладить совсем иными. Да и временами начинаю сомневаться, так ли уж ему это не нравится — его тело говорит об обратном.
Конечно, на нашу долю за последние сутки выпало чересчур много испытаний, но ведь это не отменяет того, что он мой раб. Пусть любимый, пусть я за него буду бороться до последнего, защищая от всего на свете, не причиню ему вред просто так, от нечего делать, но оставлять его проступки безнаказанными не собираюсь.
Но прежде, чем я решила все это высказать, Кайл уже и сам сообразил, что перешел границу. А может, почувствовал по изменившейся атмосфере в комнате. Кажется, свой демонический дар не выпускала наружу, но кто знает.
— Прости, как скажешь. Сам не знаю, чего вдруг… — он покачал головой, не договорив фразу.
В воздухе разлился острый привкус его вины и раскаяния. Не дожидаясь команды, Кайл вставил запястья в рассчитанные для этого крепежи. При этом ему пришлось опереться на стену ладонями и немного наклониться, выпячивая часть тела, на которую он вечно находит приключения. Прислушавшись к его ощущениям, я немного успокоилась. Кайл действительно раскаивался, что пытался со мной спорить. Особой антипатии к происходящему в его эмоциональном фоне не заметила. Совсем капля возмущения, обычный совсем легкий страх наказания. Толика обиды. И густая смесь из вины и смирения…
Возможно, таким образом проявилась его реакция на стресс, но спускать такое тоже не собиралась. Подошла, молча отрегулировав высоту крепежей, чтобы ему было удобнее опираться на стену во время порки, но при этом в случае чего не мог самостоятельно отпустить и отойти. Конечно, сомневаюсь, что он бы это сделал — в нашу первую встречу ему досталось довольно сильно, но Кайл тогда даже не дернулся. И все же было что-то завораживающее в его положении, осознание, что при всем желании никуда не денется, пьянящее чувство власти…
Поймала в зеркале его настороженный виноватый взгляд. По-хорошему, стоило бы сейчас состроить высокомерную физиономию ледяной королевы, но… Зачем? Даже во время наказаний я предпочитала проводить порку, скорее, как игру, получая от этого все возможное удовольствие. Поэтому подмигнула отражению Кайла, чуть улыбнувшись. И с удовлетворением отметила мелькнувшее в его глазах облегчение. Он едва слышно перевел дух, и я, не удержавшись, погладила его между лопаток, чувствуя, как тело подается вслед за моей рукой, расслабляется.
— И на всякий случай уточню еще раз: как считаешь, ты заслуживаешь наказания? — со всей возможной строгостью.
— Определенно, — хмыкнул он, криво усмехнувшись.
Но в этот раз Кайл говорил искренне, без грамма фальши, веря в свои слова. Вот это уже другое дело. Что ж, пора узнать, насколько хорошим мальчиком он умеет быть.
8 глава
Кайл
Придурок! Как есть, самый натуральный придурок! Чуть ослабили поводок, дали почувствовать свободу и все, рванул на всех парах…
Я — раб, не стоит об этом забывать, как бы ни хотелось. Тем более сейчас, в этом еще более жестоком мире. Никто и ничего мне не должен. Лана сдерживается со мной, стоит только вспомнить того же Дрейка после общения с ней. Даже когда злилась всерьез, не переходила границу. Позволяла мне некоторые вольности, и, самое главное, я на самом деле временами чувствую себя рядом с ней свободным, практически на равных. Всего-то и нужно соблюдать некоторые правила.
И ведь прекрасно знаю, что ничего на самом деле болезненного со мной не сделают, а после неприятной части наверняка снова буду задыхаться от страсти и удовольствия. Да и не скажу, что так уж против, действительно ведь не прав в данной ситуации, начал наглеть практически в открытую… Нашел время, придурок!
Сам же, выдавая то признание в подвале у окровавленного алтаря, верил в свои слова, а сейчас, получается, пошел на
