целы. Безумно богат. Постоянно мелькает на обложках журналов, как и в скандалах. Женщины, машины, клубы. Лак, что значит, удача – это прозвище. Многие считают его простым везунчиком, у которого не прогорел еще ни один контракт, другие – хитрым лисом, очень внимательно заключающим договоры. Есть и те, кто думает, что он обычный аферист. Но пойман на незаконном бизнесе еще ни разу не был. Так что…
– Значит, говоришь, технологии, ювелирка и лекарства? – теперь еще и голова закружилась.
– Ника, можешь пояснить, к чему ведешь? Ты его знаешь?
– Похоже на то. Направления, которые весьма хороши для артефакторики и лабораторий, правда?
– Думаешь?
– Я узнала его. Это Андрей из нашей библиотеки.
– Что? Не может быть. Ты уверена?
– Не очень. Вдруг это брат-близнец. Но я много времени провела с ним, пока мы занимались поисками. Да, на нем сейчас нет толстых очков и клетчатой рубашки, и он не сутулится, но более, чем узнаваем. А еще он мастер переодеваний и на нем нет маски.
– Но он там, а мы здесь.
– Верно, а теперь давай вспоминать, слишком многое сходится. Мы ищем Михаила, который приехал из Риона и сразу после взрыва вернулся сюда. Тогда же и пропал работник хранилища, который, якобы повез мать на лечение. У него была моя фотография, а артефактор неоднократно намекал на наш с ним союз. Он долго проработал в библиотеке в секретном отделе и вполне за эти несколько лет имел возможность найти все, что ему требовалось, включая данные о запечатанных порталах. А еще он менталист. Вот откуда удачные контракты, а деньги мог заработать и на незаконной продаже запрещенных веществ и артефактов, прикрывая законным бизнесом.
– У нас нет доказательств. Мы даже не знаем, как выглядит наш разыскиваемый Михаил.
– Мне нужно подойти ближе. Отсюда плохо вижу энергетический центр. Вокруг много цветных огней, мешают.
Антон уложил изящную ручку себе на локоть и повел девушку мимо интересующей их компании в сторону бара.
И чем ближе они подходили, тем больше Ника уверялась, что это он и есть. Да, манера держаться изменилась, но движения, мимика остались теми же. Да даже взгляд. Ох!
Именно в тот момент мужчина посмотрел Веронике в глаза, широко улыбнулся и подмигнул.
Узнал? Дыхание перехватило, а сердце ухнуло куда-то в пятки. Не факт, так что, не стоит себя выдавать. Кокетливо улыбнулась и опустила взгляд, как раз в район солнечного сплетения, чтобы увидеть светло-зеленый магический центр.
Резко отвернулась и впилась пальцами Тони в руку. Благо друг все понял и никак не отреагировал, продолжая ровно вести девушку к заветной стойке с высокими стульями.
Да, последнее было как нельзя кстати. Голова кружилась, сердце стучало как ненормальное, а легкие стянуло, словно железным обручем, мешая дышать.
– Я так понимаю, это он? – кивок.
– Зовем ребят ставить маячок?
– Нет.
– Почему?
– Я сама. Дай мен один.
– Нет. Чересчур опасно, он может тебя узнать.
– Если может, то уже это сделал. Он мне подмигнул и здесь два варианта: либо дал мне понять, что знает, кто я, либо попросту заигрывал, увидев мой интерес к нему. На мне парик, маска и вуаль. Но мне нужно выяснить. От этого зависит успех нашей кампании.
Антон передал Нике маячок, а сам демонстративно удалился, подавая коллегам сигнал присмотреть за начальством. И только он скрылся из поля видимости, как за спиной прошуршало хриплое:
– Ну, привет.
Внутренности очередной раз заледенели, запуская по телу оголтелые мурашки. Узнал?
Вероника медленно повернула голову в сторону говорящего. Теперь самое главное — не делать резких движений, не сорваться. Причинить зла он ей все равно не сможет. Магия блокируется, артефакты проносить нельзя, насильно вывести тоже, на празднике действует отменная охрана. Да и сотрудники, в случае чего, тут же за нее вступятся.
Ответить на приветствие она не могла, да попросту потому, что язык прилип к небу. Ну или примерз с перепугу. А вот владелец того бархатистого голоса подобное молчание явно воспринял иначе. Он вышел из-за спины, подошел ближе и занял соседний стул. Интересно, а спутниц своих куда дел? Но сейчас на них не следует отвлекаться, нужно следить за каждым движением сего хищника.
– Какой любопытный костюм. – мужчина прошелся по девушке оценивающим, даже каким-то плотоядным взглядом, и, кажется, удовлетворившись увиденным, повернулся к бармену, делая заказ. – Черная вдова. Завлекает, утягивает, чтобы убить после того, как муж станет ненужным?
Ника уже несколько раз поблагодарила вселенную за идею укрыться не только маской, но и вуалью, иначе бы ее увеличившиеся от страха глаза и красные щеки было бы видно даже в полумраке.
– Зависит от мужа. – попыталась произнести фразу шепотом, боясь, что Андрей, если все-таки это действительно он, ее узнает. Правда, голос с перепугу вышел необычно хриплым, хотя это даже лучше. – Последний, пусть и не муж, ушел в целости и сохранности. Но да, когда стал не нужен. Претендуете на его место?
– Возможно. – ухмыльнулся собеседник.
Узнал или не узнал?
– И какая от Вас польза?
– Большая, но подробности не расскажу.
– Почему? – произнесла лениво и также потянулась за своим бокалом безалкогольного мохито. Спокойствие, только спокойствие. Важно держать себя в руках, не сорваться. И чем больше Вероника общалась с этим человеком, тем сильнее уверялась, что это он и есть – тот самый Андрей из библиотеки.
– Пока Вы не знаете моей тайны, не причините мне вреда. – ага, значит, все-таки, не узнал.
– Ошибаетесь. – хмыкнула, сделав еще один глоток. – Пока я ее не знаю, Вы мне неинтересны. Не поможете спуститься?
– Уже уходите? – новый все еще незнакомый, так как имени своего он назвать до сих пор не удосужился, казалось, искренне удивился. Не привык, что от него женщины уходят? Ничего, все в жизни бывает в первый раз. А ведь руку при этом не подал. Параноик?
– Да, пойду искать другую жертву, посговорчивее. – и спрыгнув с высокого стула, якобы подвернула ногу, тут же ее подгибая и зашипела.
Поверил ли подозреваемый в игру? Насколько она была натуральной? Не имеет значения. Главное – он не узнал, иначе бы не пытался заигрывать.
Но руку так и не протянул. И что же теперь делать? Как же на него посадить маячок?
Вместо этого мужчина подхватил Нику за талию и водрузил обратно на барный стул. Сам сел
