— Это, конечно, твое дело, Рани, но я бы не советовал туда идти. Раньше там уличные шайки орудовали. Не всех же подлецов темный владыка… тьфу-тьфу, не в ночь будь упомянут… с собой забрал.
Тут он прав. Не всех. Аристократия осталась почти в полном составе. Тут мой папочка проявил неожиданное милосердие. Наверняка чтобы не остаться без шпионов. И гильдии воров, мошенников и нищих по-прежнему процветали. Только самые отъявленные негодяи, у кого руки были по локоть в крови, канули вместе с Темной страной, как мне докладывал советник по внутренним делам. Но на освободившиеся места быстро пришли новые главари.
В городе было темнее, чем за его стенами: дома стояли плотно. Улицы почти пустовали — ставшие поголовно добропорядочными горожане мирно спали. Нам попались на пути лишь тройка подозрительных личностей, ушмыгнувших в подворотни, одна безбоязненно прогуливавшаяся парочка влюбленных да две небольшие группы селян-паломников, помахавших нам выкрашенными охрой ладонями. Мне было больно смотреть на их лохмотья и изможденные лица. Голодный рай, да…
И кстати, ни разу не встретились разъезды стражи. Непорядок. Впрочем, я сама же, вдребезги поссорившись с главой городской стражи, на две трети сократила эту армию бездельников, при которых прежде вольготно чувствовали себя бандиты. Все равно платить нечем. Освободившиеся солдатские и командирские руки направила на сельские работы, причем с оплатой в счет будущего урожая. Надо было пользоваться небывалой оттепелью, срочно пахать и сеять с трудом добытое зерно. Как я его добывала при пустых, как и казна, королевских закромах — отдельная неприглядная история.
— Тут, что ли? — Канис остановился у распахнутых ворот с качавшимся на цепи знаком гильдии, неприязненно оглядел двухэтажную облезлую халупу, видневшуюся в глубине двора. — Клоповник какой-то, рассадник кровопийц. Может, ты лучше с паломниками переночуешь, а к брату с утра пойдешь?
По пути я рассказала донимавшему расспросами пастушонку легенду о старшем брате, подавшемся на столичные заработки. Мол, устроился и прислал мне письмо. А тут внезапно отец умер (в конце концов, Роберт считался моим отцом, а о том, как обстоят дела на самом деле, знали только высшие вейриэны), и я отправилась к брату. Кстати, если верить слухам, что у Азархарта армия бастардов, то братьев у меня должно быть навалом.
От этой мысли я поежилась.
Во дворе раздался истошный вопль, и я вздрогнула от неожиданности.
С одной стороны, маг всегда должен быть наготове, держать щит, чтобы даже стрела, прилетевшая из темноты, не пробила. С другой — такой щит сразу выдаст меня тем, кому открыто невидимое. Северный принц — многоликий маг — обладал такой проницательностью. Во всем мире пока только два огненных мага, и только во мне дар раскрыт полностью, опознать — легче легкого под любой внешностью. Высшие вейриэны наверняка видят, хотя никто из них не раскрывал мне своих истинных возможностей. Но разве стали бы они высшими, не обладай особыми умениями?
— Кошки, — ухмыльнулся Канис.
В этот момент дверь дома распахнулась.
И два моих телохранителя-вейриэна, которых здесь и близко не должно быть, вышли из дверей харчевни на первом этаже.
А я тут, понимаете ли, путешествую инкогнито. Вовсю нарушаю собственную страшную клятву, взятую с меня белоглазым Таррэ.
Что ж… Полное владение магическим даром означает и способность его игнорировать. Сделать вид, что никакого дара и отродясь не было. Иначе не ты будешь владеть даром, а дар — тобой, как случилось с впавшими в безумие к концу жизни огненными королями рода Ориэдра, чье имя я незаконно носила. Потому я с самого начала, еще едва приблизилась к стенам столицы, погасила бушевавший в жилах огонь. Словно пеплом подернулась. Но поможет ли предосторожность?
Воины, конечно, сразу увидели двух всадников, остановившихся в нерешительности посреди двора.
А пусть попробуют прищучить. Во-первых, король Лэйрин сейчас сидит себе в убежище. Бездыханный и слегка недоделанный, правда. Но ведь сидит! И может предъявить свой королевский лик, если так уж нужно (хотя очень нежелательно, над фантомом еще работать и работать). Во-вторых, Таррэ требовал, чтобы я без сопровождения никуда и носу не высовывала. Так вот оно, сопровождение, в наличии. Я покосилась на пастушонка. Он перехватил взгляд и решил, что я струсила. Вейриэны, хоть и прекрасны, как большинство горцев, но смертельно опасны даже на мимолетный взгляд. А уж если присмотреться…
— Говорил же я тебе, подозрительная здесь ночлежка! — громким шепотом сказал Канис. — Поехали отсюда, Рани, другую гостиницу поищем. Или к паломникам вернемся.
Я промолчала. Боялась, что меня выдаст голос. Самое тяжелое — это даже не внешность изменить, а голосовые связки трансформировать.
Уйти нам никто не дал, разумеется. Белые воины вновь оправдали прозвище «ветер ущелий». Не успел пастушонок договорить, как один из телохранителей, только что стоявший на крыльце, оказался за нашими спинами. А второй — предмет воздыханий бесстрашных придворных дам, изумительный Миар с яркой пурпурной прядью в черных волосах, словно в них запутался луч закатного солнца, и такими же глазами, неторопливо приблизился, поигрывая сельтом.
— Кто такие?
Канис нервно сглотнул.
— Мы… это… паломники.
— Покажите пропуска.
Я, не поднимая на него глаз, вытащила из-за пазухи свой и… передала Канису. Не хочу, чтобы Миар изловчился и прикоснулся ко мне. Пастушонок показал документы, но вейриэна это не удовлетворило.
— Вашу ладонь, барышня.
Моя дрожащая, еще не отмытая от «охры» ладонь накрыла отпечаток на документе. Миар сверил. И все-таки прикоснулся, гад! Поправил якобы съехавшую по причине испуганного трепета ладошку. Будет недостоверно, если беззащитная селянка вот совсем-совсем не испугается такого опасного воина, не так ли?
— Совпадает, надо же, — хмыкнул. — Значит, Айрани. Красивое имя. А ты знаешь, девушка, что блуд в столице запрещен?
Еле сдержалась. Пепельная корка, скрывшая магию, не шелохнулась.
— Моя сестра не блудница, фьерр! — встрял смелый пастушонок.
— Сестра? — вздернулась черная бровь Миара.
— Двоюродная. Я ее сопровождаю к брату.
— Она что, немая?
Я шепнула еле слышно:
— Нет, фьерр.
— Тогда скажи-ка, барышня Айрани, откуда у тебя наш сельт?
Мама, я пропала! Но кто ж знал, что они узрят свое оружие даже сквозь кожу сапожка, прикрытого еще и юбкой? Вейриэны так же хранят от меня свои секреты, как и я теперь свои от них. Надо сказать, у них получается лучше. Ведь я еще месяц назад доверяла им безоговорочно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
