Русь в духовных стихах становится местом действия лиц из священной истории Нового Завета:
Посылает Ирод-царь посланниковПо всей земле святорусской.
Рай – и тот созидается на Русской земле, как поется об этом в "Плаче Адама":
Прекрасное солнцеВ раю осветилоСвяторусскую землю.
Но это не гордыня. В стихах нет и намека на утверждение своей национальной исключительности. Вопросы национальной принадлежности вообще не занимают певцов. Вера и верность, чистота и полнота исповедания Православного вероучения – вот единственные значимые для них человеческие качества. С ними связана особая судьба России, русского народа и Православного царя – Помазанника Божия. Вот как говорит об этом знаменитая "Голубиная книга":
А сама книга распечаталась,Слова Божии прочиталися:У нас белый царь над царями царь.Почему белый царь над царями царь?Он принял, царь, веру хрещёную,Хрещёную, Православную,Он и верует единой Троицы,Единой Троицы неразделимыя:Потому тот царь над царями царь.
Пусть тяжела русская судьба, полон скорбей и теснот путь служения "святорусского" – верность своему долгу не остается без небесного воздаяния. Эта мысль характерна для духовного стиха. Особенно показательно, что подтверждения берутся из реального исторического опыта народа:
По тому ль полю КуликовуХодит сама Мать Пресвятая Богородица,А за ней апостоли Господни,Архангели-ангели святыи…Отпевают они мощи православных,Кадит на них сама Мать Пресвятая Богородица.
К Матери Божией на Руси отношение испокон веку было особенно трепетным и ласковым – не зря называли Русскую землю Домом Пресвятой Богородицы. Ощущение этой особой близости, особого почтения и одновременно дерзновения не могло не отразиться и в духовной поэзии. "Вся тоска страдающего человечества, все умиление перед миром божественным, которые не смеют излиться перед Христом в силу религиозного страха, свободно и любовно истекают на Богоматерь, – пишет современный исследователь. – Вознесенная в мир божественный… Она, с другой стороны, остается связанной с человечеством, страждущей матерью и заступницей".
Самые нежные и трогательные слова посвящает Ей певец, обращаясь к Ней в дерзновении искренности и простоты, как к собственной матери – ласковой и близкой:
Мать моя – Матушка Мария,Пречистая Дева, Пресвятая,Свет Мати Мария,Пресвятая Богородица,Солнце красное,Пречистая голубица,Мати Божжа, Богородица,Скорая помощница,Теплая заступница,Заступи, спаси и помилуй…
Мир, освященный кровью Христа, освящен и слезами Его Матери:
А Плакун трава всем травам мати.Почему Плакун трава всем травам мати?Мать Пречиспгая БогородицаПо своем по Сыне по возлюбленнем,По своем по Сыне слёзно плакала.А роняла слёзы на землю пречистыя,А от тех от слез от пречистыхЗараждалася Плавун трава – травам мати.
Событиями Священной истории обусловлена жизнь мира. Не только земля и растения, но и человеческое общежитие – его устроение и бытие – укоренены в мистической библейской первооснове. Русское общество четко и ясно признавало эту связь, освящая сословное деление как деление единого для всех религиозного долга, а сами сословия – как церковные послушания, разные пути "израбатывания" спасения души:
От того у нас в земле цари пошлиОт святой главы от Адамовой;От того зачались князья-боярыОт святых мощей от Адамовых;От того крестьяне православныеОт свята колена от Адамова.
Это благоговейное отношение к миру земному вовсе не означает, однако, его идеализации. Чуткая народная совесть безошибочно определяет грех – искажение, искривление Божественного порядка вещей – как первопричину мирских неустройств:
От Кривды земля восколебалася,От того народ весь возмущается;От Кривды стал народ неправильный,Неправильный, злопамятный:Они друг друга обмануть хотят,Друг друга поесть хотят.
При свете церковного вероучения видней и собственные изъяны, собственное недостоинство:
Дает нам Господь много,Нам кажется мало:Ничем мы не насытимся…Очи наши – ямы,Руки наши – грабли,Очи завидущи,А руки загребущи.
Особенной укоризны заслуживает уклонение от исполнения своего религиозного долга:
Вы за xpecт, за молитву не стояли,Господней вы воли не творили,Господни заповеди нарушали,Земных поклонов не кладали.
Однако нравственное несовершенство человека исправимо. Путь исправления – путь христианского подвижничества, путь православной аскезы. При общей целомудренной строгости народной жизни аскетические подвиги вызывают у певцов особое уважение, описываются с особой любовью. В описаниях "пустынного жития" – на удивление (для постороннего взгляда) поэтичных и ласковых – отражается богатейший благодатный духовный опыт русского благочестия, монашеского и мирского, внешне различный, но единый в сокровенных, таинственных глубинах мистической жизни Церкви. Так идет спасаться в девственную пустыню младой царевич Иоасаф:
Научи меня, мать пустыня,Как Божью волю творити,Достави меня, пустыня,К своему небесному царствию.
Красота пустыни – главная тема стиха. В некоторых вариантах он так и начинается: "Стояла мать прекрасная пустыня". Однако красота эта безгрешная, духовная, неземная:
Тебя, матерь пустыня,Все архангелы хвалят…
Трудничество – вот самое постоянное выражение, которым народ отмечает православную аскезу. "Трудник, трудничек, тружданик, труженик, тружельник", – так именует народ подвижников. "Со младости лет Богу потрудитися", жаждут герои русских духовных стихов. Их подробное исследование еще ждет своего часа. И все же в области религиозно-нравственной, в области народного самосознания их свидетельство беспрекословно – к моменту расцвета духовной поэзии русский народ ясно и безоговорочно сознавал смысл своего существования в том, чтобы "Богу потрудитися", то есть привести свою жизнь в возможно более полное соответствие с Заповедями Божиими и промыслительным Его смотрением о земле Русской. Вместе с героями своих любимых песен всю свою надежду в этом святом деле возлагает народ на помощь свыше:
Я надеюсь, сударь батюшка,На Спаса на Пречистого,На Мать Божию Богородицу,На всю силу небесную,На книгу Евангелия…
Надежда эта и доныне помогает народу нашему претерпевать скорби его нелегкого, исповеднического пути…
ЛИТЕРАТУРА
1. ПВЛ. См., напр.: Памятники литературы Древней Руси: начало русской литературы Xl – начала ХИ вв. М., 1978, с. 167.
2. Альманах библиофила. М., 1989, с.155 – 207. (Перевод текста на современный язык – авторский, митр. Иоанн).
3. М о н а х и н я Т а и с и я. Жития русских святых. Джорданвилль, 1984, т. 2, с. 11.
4. Б о л о т и н Л. В каком веке жил Илья Муромец? М., 1989 (на правах рукописи).
5. Преподобного отца нашего Макария Египетского духовные беседы, послания и слова. Сергиев Посад, 1904.
6. Добротолюбие. М.,1895, т. 2, с.7.
7. Там же, с.650.
8. Сочинения епископа Игнатия Брянчанинова. СПб., 1905, т. 2, с. 116.
9. Летописные тексты издавались неоднократно. Поскольку настоящий труд не является научной работой в строгом смысле этого слова, мы позволили себе не перегружать текст ссылками на первоисточники. Любой желающий может их легко найти, например, в Полном собрании русских летописей (М. 1926, т. 1) или в фотовоспроизведении этого издания (М., 1962). В некоторых случаях цитируемый текст приближен к современному языку.
10. Исследования по истории опричнины. М., 1963, с. 255-256;
А л ь ш и ц Д. Н. Иван Грозный и приписки к лицевым сводам. Исторические записки. М., 1947, т. 23, с. 251 – 289.
11. 3 а к о н Б о ж и й. Пятая книга о Православной вере. Ч. П. История русской церкви, с. 245-246.
12. Красноречие Древней Руси. М., 1987, с. 413.
13. Т а м ж е, с. 219 – 220.
14. Т о л с т о й М. В. История русской Церкви. Издание Валаамского монастыря, 1991, с. 272 – 273.
15. Тексты Домостроя цитируются по изданию: 0 р л о в А. Домострой. Исследования. М., 1917.
16. А л ь ш и ц Д. Н. Начало самодержавия в России. Л., 1988, с. 52.
17. К л ю ч е в с к и й В. О. Сочинения. М., 1957, т. III, с. 19.
